Ковёр-самолёт

За последний час над Москвой сбито 65 беспилотников, сообщает мэр; за ночь над Подмосковьем, по данным m24, уничтожен 201 аппарат. В 02:45 ввели план «Ковёр», Внуково, Домодедово и Жуковский встали.

Дальше по сводке: «на местах падения обломков работают специалисты экстренных служб»™. И это, товарищи, вся коммуникация государства с четырнадцатью миллионами человек, над головами которых всю ночь что-то грохотало. Ни сирены, ни оповещения, ни строчки о том, куда идти, если хлопнуло над твоим подъездом. Зато аэропорты закрыли за сорок минут, потому что борт с пассажирами, в отличие от самих пассажиров, кем-то застрахован.

Тридцать пять лет назад, в Катамонах, я эти ощущения проходил вживую: Саддам пускал скады на Тель-Авив и Хайфу, и мы сидели в заклеенной скотчем комнате с противогазами. Прелести мало. Но там всё было устроено с оскорбительной для здешнего уха простотой: воет сирена, радио объясняет, в каком районе упало, в каждом доме по закону есть укрытие, а наутро печатают карту прилётов. Не потому что власть добрая, я про израильскую власть иллюзий не питаю ни малейших. А потому что там гражданин существует как отдельная сущность, с которой приходится разговаривать.

Здесь субъекта нет нигде. Беспилотники, «летевшие на Москву», летели сами, по собственной инициативе, как перелётные птицы. Кто их послал и почему четвёртый год подряд, в сводке не уточняется, поскольку название этого явления в русском языке проходит по уголовной статье. Сняли на телефон, выложили — тоже статья. У человека отняли даже право знать, что именно упало ему во двор.

Единственная работающая в стране система оповещения — телеграм-канал мэра, где ночью считают сбитое, а утром рапортуют, что аэропорты вернулись в штатный режим.

Штатный режим, ага. План «Ковёр» на то и ковёр, чтобы накрывать всё.