Сан-Франциско в середине шестидесятых было особым временем и особым местом. Может быть, это что-то значило. А может быть и нет… но никак не передать — ни словами ни музыкой — и не забыть то чувство причастности, биения жизни на том отрезке времени в том уголке мира.

Историческую науку пишут графоманы-проститутки, поэтому правды мы никогда не узнаем, но даже без понимания «истории» кажется абсолютно закономерным, что время от времени накопленная энергия целого поколения вдруг вырывается яркой красивой вспышкой, причины которой остаются непонятными ни современникам, ни последующим поколениям, даже задним числом.

Главное, что я помню о том времени, крутится вокруг предрассветных часов, когда я, едва соображая, выезжал из «Филмора» и гнал свой большой мотоцикл 650 Лайтнинг через Бэй-бридж на скорости 150, в шортах и джинсовой куртке … грохотал по туннелю Трежер-айленд к огням Окленда, Беркли и Ричмонда, не зная еще, куда свернуть на выезде (я всегда глох на турникете, не в состоянии нащупать нейтралку, одновременно копаясь в поисках мелочи) …. но будучи совершенно уверен: куда бы я ни взял путь, попаду в мест, где люди так же веселы и безумные, как я … в этом сомнений не было.

Безумие царило повсеместно, постоянно. Хочешь, езжай вверх через Голден Гейт, хочешь – вниз по рут-101 в Лос-Альтос или Ла-Хонду. Отрываться можно было где угодно. Повсюду царило всеобщее магическое убеждение в том, что всё, что мы делаем - правильно, и мы побеждаем...

В этом, я полагаю, была фишка: чувство неизбежной победы над силами Старых и Злых. Не агрессивной, военной победы; она нам была ни к чему. Мы верили, что просто возобладает наша энергия. Бороться бессмысленно — ни на их, ни на нашей стороне. Мы набрали полную скорость; мы мчались на гребне высокой и прекрасной волны...

А сейчас, меньше пяти лет спустя, можешь подняться на крутой холм в Лас-Вегасе и посмотреть на Запад, и если у тебя все в порядке с глазами, то ты почти разглядишь уровень полной воды - ту точку, где волна, в конце концов, разбилась и откатилась назад.