«Надо было настоять на скорой».
«Я мало звонила».
«Я не успела сказать главное».

Знаком этот внутренний прокурор, который включает допрос на полную громкость, стоит только закрыть глаза? После смерти близкого чувство вины часто накрывает с такой силой, что нам физически трудно дышать.

Еще Фрейд в своей работе «Печаль и меланхолия» описал этот механизм. Когда ярость и протест от потери невозможно направить наружу (ведь на покойного злиться нельзя, а мир абстрактен), психика разворачивает всю эту агрессию на единственную доступную мишень.

На саму себя.

Беспощадное самобичевание - это часто та самая запрещенная злость, которой не дали выхода. А дальше, как напоминает Ван Дер Колк, невыраженные эмоции уходят в тело: бессонницей, комком в горле, сдавленной грудью или сердечной болью. Получается, что мы сами искусствено сдвигаем себя вперед по очереди в мир иной.

Вина в горе - это крик о беспомощности. Мы придумываем себе всемогущество (я могла все предотвратить!!!), просто чтобы не встречаться с фактом: мы не боги, и мы не могли это остановить.

И работать здесь нужно не с «искуплением вины», а с тем огромным пластом боли и злости, который под ней похоронен. Если вы годами казните себя за то, что не смогли изменить - приходите на бесплатную 30-минутную диагностику. Мы снимем мантию с вашего внутреннего судьи и выстроим четкую систему, как вернуть себе право дышать.

Берегите себя и свое здоровье.

С заботой, ваш психолог
Анастасия Дементьева 🍃