Флориан Хан из баварского ХСС в итоге не занял пост государственного министра по европейским делам, им стал депутат от ХДС c 2002 года Гюнтер Крихбаум. Но всего в министерстве иностранных дел три госминистра, и одним из них Хан все-таки станет.

Да-да, три госминистра на один МИД. Сейчас попробуем объяснить.

Федеральное правительство состоит, как и почти везде в мире, из министерств. Причем в Основном законе ФРГ прямо упомянуты только три из них (обороны, юстиции и финансов), существование всех остальных теоретически факультативно – но, разумеется, ни один кабинет не обходился без МВД или того же МИДа. В будущем правительстве Германии будет шестнадцать министерств и Ведомство федерального канцлера. Всеми ими будут руководить федеральные министры (Bundesminister). Но вот заместителей в привычном для многих других стран смысле у них нет. Зато есть госсекретари (Staatsekretär), или статс-секретари («статс» – это как раз от немецкого слова со значением «государство»). А еще – госминистры (Staatsminister).

Так чем госминистры отличаются от обычных министров? Кто кем руководит?
Федеральные министры руководят ведомствами. Например, федеральным министром иностранных дел станет Йоханн Вадефуль. А госминистры (это будут Хан, Крихбаум и Зерап Гюлер, тоже из ХДС) помогут ему в организации работы, смогут принимать участие в заседаниях правительства и представят ведомство в случае, если Вадефуля не будет на том или ином мероприятии – например, на заседании Бундестага.

При этом в коалиционном договоре прописывается партийная принадлежность не только федеральных министров, но и госминистров, что подчеркивает роль последних и дополнительно отличает от заместителей министра в других странах. А еще госминистры есть только в МИДе и в Ведомстве федерального канцлера. Во всех остальных министерствах аналогичные функции выполняют парламентские секретари (Parlamentarischer Staatssekretär).

То есть госминистр и госсекретарь – это почти одно и то же?
Да. На самом деле, «госминистр» – это не должность, а титул (так прямо сказано в одном из законов), который из-за особой значимости министерства иностранных дел и Ведомства канцлера получают назначенные туда парламентские госсекретари. Министерский статус, пусть даже формальный, может быть важен, например, на дипломатических переговорах.

В свою очередь, госминистры, приписанные к Ведомству федерального канцлера, часто обладают особым влиянием, поскольку курируют значимые политические направления.

Общее число госминистров и других парламентских секретарей, как правило, колеблется вокруг тридцати, рекорд установила «светофорная» коалиция – 37. В процедуре их назначения есть небольшое отличие: парламентскими секретарями, как правило, автоматически становятся представители той же партии, что и федеральный министр, с которым им предстоит работать. И еще: помимо парламентских госсекретарей, в министерствах есть еще «обычные» – beamteter Staatssekretär.

Что?!
Да, это профессиональные чиновники, которых назначают сами министры для помощи в организации работы ведомства. В отличие от парламентских госсекретарей и госминистров «обычные» госсекретари лишь в исключительных случаях представляют ведомство во «внешнем мире», но могут замещать федерального министра в повседневной бюрократической работе.

Это всё?
Нет. Еще есть федеральные уполномоченные (например, по цифровизации), уполномоченные правительства (например, по вопросам миграции) и координаторы работы на том или ином направлении (например, по польско-немецким отношениям). Их число растет от кабинета к кабинету: во время работы «светофорного» правительства оно составило 43.

Пост федерального уполномоченного обычно учреждается после принятия какого-либо закона, а координаторов работы и своих уполномоченных правительство назначает само. Иногда ими становится кто-то из госминистров или госсекретарей, а иногда люди, в правительство не входящие вовсе.

В следующий раз расскажем о Вольфраме Ваймере – новом госминистре, уполномоченном по вопросам культуры и СМИ, пожалуй, самом неоднозначном назначенце Фридриха Мерца.