В последнее время я стал редко делать посты по той причине, что я решил погрузиться в совершенно новую для себя философскую традицию, которая вошла в историю философии как "философия длительности" или "философия процесса". То есть вот уже больше месяца я изучаю работы Анри Бергсона, Альфреда Норта Уайтхеда и параллельно читаю "Божественную Среду" Пьера Тейяра де Шардена. Конкретно сейчас дочитываю "Творческую эволюцию" Бергсона и хотелось бы поделиться парой мыслей об этом.

В своей работе Бергсон бросает вызов двум наиболее влиятельным способам объяснения реальности своего времени: механицизму и телеологии. Механицизм у Бергсона представляет собой взгляд, согласно которому настоящее и будущее полностью определяются прошлым и действием причин. Телеология это взгляд, согласно которому происходящее определяется заранее заданной целью или планом, то есть будущим, здесь Бергсон в первую очередь критикует идею предустановленной гармонии Готфрида Лейбница. Хотя Бергсон признает, что телеология ему ближе, обе системы он критикует за то, что они пытаются свести сложность и изменчивость жизни к заранее заданной схеме, не оставляя места для подлинного становления и возникновения нового.

Бергсон, а позднее и Пьер Тейяр де Шарден, не отвергают достижения естественных наук. Скорее, они критикуют статичную сциентистскую картину мира, которая стремится описать реальность через неизменные схемы и тем самым недооценивает ее динамику, которая выражается в способности порождать новое. В этом плане интересна мысль Бергсона касательно понятия беспорядка. Он не утверждает, что в жизни отсутствует порядок, скорее то, что кажется нам беспорядочным, может просто не укладываться в привычные схемы и представлять собой иной, более сложный тип организации реальности. Сложнасть эта связана с понятием длительности. Бергсон не отрицает достоинств человеческого интеллекта, но считает, что он лучше приспособлен к практическому действию и анализу устойчивых вещей, чем к постижению самой текучести жизни.

Отсюда у меня возникает мысль о том, что даже если в естественных науках может быть некое ограничение в описании постоянно изменяющейся природной реальности, то тем более странной выглядит претензия на то, что социальные науки должны стремиться к абсолютной точности, выражаемой в количественной измеримости. Речь идет о тех случаях, когда некоторые социологи прямо утверждают, что научной ценностью обладают исключительно количественные методы и статистика. Отсюда возникает стремление формулировать «законы», по которым якобы должно развиваться общество, и посредством них схватить всю сложность социальных отношений. Такой подход начинает искать за изменчивостью общественной жизни некие устойчивые и почти неизменные структуры, сводя многообразие конкретных социальных процессов к набору повторяющихся закономерностей.

Поэтому социальные науки - штуки конечно полезные, и, конечно, что-то они объясняют, но проблемы начинаются тогда, когда мы начинаем социальные теории превращать в догмы, подобно некоторым марксистам, дюркгеймианцам, сторонникам теорий линейной модернизации и секуляризации, критическим социологам и т.д. Гораздо разумнее, мне кажется, спускаться на микроуровень и следить здесь за многообразием сетей социальных отношений, пребывающих в динамике, к чему нас призывает Бруно Латур в "Пересборке социального".