👨‍🔬 Когда ошибки экспертов становятся проблемой всего уголовного дела

Таганский районный суд Москвы признал Т. виновным по ч. 3 ст. 285 УК. В основу обвинения и приговора, среди прочего, легло заключение комплексной технической экспертизы МГТУ «СТАНКИН».

Эксперты исследовали исполнение государственных контрактов на проведение НИОКР и пришли к выводу о несоответствии выполненных работ требованиям ГОСТ и нормативной документации, невыполнении части работ, а также определили стоимость фактически выполненных работ.

Первоначально апелляция оставила приговор в основной части без изменения. Однако Второй кассационный суд с таким подходом не согласился, поскольку доводы защиты о нарушениях при проведении экспертизы фактически остались без проверки.

Кассация, в частности, обратила внимание:

🖍 в заключении не были приведены все необходимые сведения об экспертах, включая их образование, специальность и стаж работы; кроме того, суды не выяснили основания включения в комиссию одного из специалистов;

🖍 заключение было утверждено и.о. проректора, который в состав экспертной комиссии не входил. Какое правовое значение имело такое «утверждение» заключения, суды не установили;

🖍 из постановления о назначении экспертизы невозможно было установить, какие именно документы следователь передал экспертам: там содержалась лишь общая ссылка на «документацию по исполнению государственных контрактов». При этом сами эксперты указали, что исследовали 31 том документов, относившихся к другому уголовному делу;

🖍 поскольку экспертиза являлась комплексной, в заключении должно было быть указано, какие исследования провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Также каждый эксперт должен был подписать свою часть исследования. Проверено это судами не было;

🖍 непонятно, почему стоимость работ по отдельным этапам определялась по одной методике, тогда как общая стоимость фактически выполненных работ включала в себя еще и другие этапы и рассчитывалась с использованием иных подходов;

🖍 наконец, согласно распискам эксперты были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения почему-то «по ст. 308 УПК». Кассация отдельно поставила вопрос о том, предупреждались ли они в действительности об уголовной ответственности по ст. 307 УК.

Второй кассационный суд отменил апелляционное определение и направил дело на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении Мосгорсуд уже отменил обвинительный приговор, а в суде первой инстанции дело вернули прокурору. Прокуратура попыталась оспорить это решение, но безуспешно.

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 25.04.2024 № 77-1094/2024; апелляционное определение Московского городского суда от 01.07.2024 по делу № 10-10714/2024; постановление Таганского районного суда Москвы от 26.11.2024 № 01-0434/2024; апелляционное постановление Московского городского суда от 18.02.2025 по делу № 10-3710/2025