Сегодня рассказываем о деле, в котором - вся триада вопросов: и был ли обман способом изъятия, и кого обманывали, и является ли кредитный договор недействительным. 🔎
Свидетель № 1 предоставила своей коллеге М. доступ к своему мобильному телефону, пароли от установленных на нем банковских приложений. М. сообщила, что приложения ей необходимы для перевода средств на банковские счета Свидетеля № 1. С помощью доступа к приложениям банков осужденная дистанционно оформила от имени Свидетеля № 1 потребительские кредиты в двух разных банках.
➡️ Следствием действия М. были квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ.
🏦 Один из банков, признанных потерпевшим, настаивал на том, что действия М. должны были быть квалифицированы как кража, а признание его потерпевшим было необоснованным. Согласно доводам банка, осужденная не обманывала кредитную организацию, для банка действия по заключению кредитного договора являлись тайными.
1️⃣ Центральный районный суд г. Хабаровска (суд первой инстанции) преступные действия М. квалифицировал по ч. 3 ст. 159.3 УК РФ, указав, что М. обманула банковские организации, не намереваясь выполнять обязательства по договорам и не являясь их стороной.
"Как установлено в ходе судебного следствия, подсудимая ... похитила денежные средства ... не обращаясь в банк лично, а используя техническое устройство - смартфон марки «Samsung Galaxy A21s» Свидетель №1, а так же приложения этих банков, установленные в данном смартфоне, то есть использовала в целях хищения способ, позволяющий клиенту банка составлять, удостоверять и передавать распоряжения в целях осуществления перевода денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов с использованием информационно-коммуникационных технологий и технических устройств".
См. Приговор Центрального районного суда г. Хабаровска от 21.01.2025 по делу № 1-94/2025.
2️⃣ СКУД Хабаровского краевого суда не согласилась с квалификацией действий М. по ч. 3 ст. 159.3 УК РФ, хотя и признала содеянное хищением в форме мошенничества:
"М. денежные средства с использованием электронных средств платежа не похищала, распоряжений банкам по осуществлению переводов денежных средств ... с использованием каких-либо вышеуказанных средств, не давала. ... Несмотря на то, что кредиты были предоставлены Банками по заявкам, проверенным банковской программой без участия сотрудников банка, обман, как способ совершения преступления имеет место, поскольку банковская программа в любом случае контролируется сотрудниками банка и в данном случае выступает в качестве способа доведения до банка не соответствующих действительности сведений о том, что за получением кредитов обращалась ФИО1. Перекладывая на банковскую программу функции по обработке заявок, заключению договоров и выдаче кредитов Банки тем самым опосредовали при ее помощи интеллектуальную составляющую волевого момента при заключении договоров и выдаче кредитов".
См. АО СКУД Хабаровского краевого суда от 25.03.2025 по делу № 22-774/2025.
3️⃣ Наконец, Девятый кассационный суд общей юрисдикции: 1) признал верным признание кредитных организаций потерпевшими; 2) согласился с квалификацией по ч. 3 ст. 159 УК РФ; 3) признал договоры недействительными, отвергнув доводы о нарушении Свидетелем № 1 Условий банковского обслуживания.
" ФИО9 [Свидетель № 1] не совершала действий, направленных на возникновение гражданско-правовых отношений с ПАО ... и Банком... и заключение с ними кредитных договоров. Действия ФИО1 по завладению деньгами не носили договорной характер, а значит, не могли повлечь для ФИО9 последствия договора потребительского кредита (займа). В связи с этим ФИО9 [Свидетеля № 1] нельзя признать лицом, взявшим кредиты"
См. Кассационное определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 06.08.2025 № 7У-2353/2025.
🖍 Отметим, что практика неоднозначна ни по вопросу действительности кредитного договора, ни в части признания потерпевшим банка.
А еще это интересный пример квалификации по ст. 159.3 УК РФ, которая после дела Кактана мало востребована.