Работа в аналитическом подходе - это взаимодействия с живым. А, значит, с неизвестностью. Если другой человек живой - мы не можем предугадать его ход мысли и то, как развернется работа. Поэтому мы должны помнить, что наши гипотезы могут быть ошибочны и оставлять эту степень свободы, при которой мы можем развернуть свою мысль в другую сторону. Отсюда и то, что лучшим вариантом для нас будет строить несколько гипотез или вовсе уметь пребывать в состоянии неведения. И то, что не существует нарциссов, шизоидов, депрессивных личностей и та далее. А есть нарциссическая/шизоидная/депрессивная линии (регуляция) в любом человеке. Как только мы ставим такой «диагноз», аналитическая работа завершается и мы обмениваем живость на спокойствие и определенность. Кто знает, может быть, терапевтическую позицию можно лучше описать толерантностью к неопределенности и незнанию, чем «нейтральностью»? А понятие «нейтральность» оставить прошлому?
На 5 июня формирую ридинг-группу. Читаем статью Дениса В. Карпи «Выдерживать контрперенос: мутативный процесс».
О том, как работать с пациентами, вызывающими чрезмерно сильные чувства. О том, когда есть смысл интерпретировать, а когда тактичное молчание будет лучше любой искусной интервенции. О том, что нам практически дает концепция проективной идентификации непосредственно в самом кабинете. И, кстати, верно ли мы понимает, как она работает? Как из отношений терапевта и пациента можно воссоздать младенческие отношения матери и младенца?
Встречаемся 5 июня (12:00 - 13:30 по мск, с интервизией или упражнением), статью нужно будет прочитать к этой дате (вышлю в личные сообщения). Стоимость - 1000 руб. Запись - в личном чате.
Бонусом - вышлю структурированный конспект после встречи.
На завтра делаю небольшой семинарчик (на 1,5 часа), где собрала разные подходы к тому, как можно воспринимать материал на сессии.
Я вижу так, что мастерство, к которому мы, как терапевты, можем стремиться, состоит из двух вещей:
- Теоретическая оснащенность: концепции и теории, переключаясь между которыми мы можем воспринимать материал разнообразно и объемно. Мы можем переключаться между способами воспринимать материал в ходе одной сессии или длительного периода терапии. Думаю, что с опытом все эти "линзы" и то, как мы ими пользуемся, формируют наш стиль работы.
- Личная психическая способность воспринимать материал и переваривать его. Это формируется в личном опыте, через собственную терапию.
Мы завтра поговорим о первой составляющей. Постаралась собрать и коротко описать те инструменты, которые помогают мне в работе сейчас, которые я вижу на супервизиях у коллег, работающих очень по-разному.
Будет несколько упражнений по клиническим зарисовкам.
Орг. взнос - 300 руб. Для записи пишите в личные сообщения. Завтра, 17 мая в 20.00 по мск.
Май будет довольно насыщенным. Приглашаю желающих принять участие в майских событиях! Будет интересно, лампово и полезно!
1. 11 мая начинаем читать статью Антонино Ферро «Трансформация Супер-Эго через способность аналитика к ревери» в нашей ламповой и теплой ридинг-группе на английском. Два основных ее плюса - это: (1) повышение уровня английского языка: расширение профессиональной (и не только) лексики, снятие языкового барьера (вы сможете говорить, я отвечаю), улучшение грамматики (времена, условные предложения, модальные глаголы - мы над этим всем работаем в лайтовом варианте; и (2, неожиданное) хорошее и глубокое понимание текста - мы переводим на русский, а для этого нам нужно хорошо понять, о чем идет речь. Изучаемые статьи будут откладываться в голове в простом и доступном виде, какими бы сложными они ни были. В общем, лозунг этой нашей группы: «С нами вы сможете»)))). Сейчас есть 3 места у нас.
2. 15 мая на ридинг группе (на русском языке) обсуждаем статью Герберта Розенфельда «Деструктивный нарциссизм и инстинкт смерти». К обзору я добавлю некоторые моменты из статьи Йоманса о нарциссизме (которую мы недавно закончили на англоязычной группе) и у нас получится достаточно объемное описание нарциссического функционирования. Статью Розенфельда разложим по полочкам, так что после встречи точно уйдете со структурированным понимаем проблематики. Время: 12:00 - 14:30 Орг. взнос: 1000 руб (10 евро) ‼️Сообщайте о желании участвовать заранее, тогда я смогу выслать Вам статью для прочтения, а вы - успеть прочитать!
3. 17 мая в 20:00 приглашаю желающих обсудить тему «Аналитическое слушание и интерпретация». Под этим названием я объединила концепции и идеи, которыми сейчас увлечена, которые видятся мне взаимосвязанными и которые помогают сейчас в практике. Программу обозначаю так: - Способы аналитического восприятия материала клиента (персонаж/диада/перенос-контрперенос/нарратив/эдип) - Уровень организации личности - определение и что нам это дает? - Интерпретация: концепция мутативного процесса. Хочу сделать программу наиболее практикоориентированную. Если получится и материал зайдет, можно будет более расширенно и подробно на эти темы собраться. Орг. взнос - 300 руб. (я первый раз делаю подобное мероприятие, поэтому стоимость исключительно символическая).
Рада поделиться, наконец-то оно готово. Продолжим тему работы с переносом-контрпереносом, посмотрим, как развивается теория и техника в рамках этой концепции.
Будет у нас и о насущном - об онлайн работе, да еще и от Антонино Ферро (сначала глазам своим не поверила, что нашла).
И еще будет статья, посвященная символизации - одной из важнейших функций психики, через наблюдение которой мы можем понять и глубину нарушения психики, и то, на каком языке с пациентом нам говорить.
Участие можно принимать как разово, так и на постоянной основе. Можно приносить случаи для обсуждения (получите интервизию, да еще и материал лучше усвоите сквозь призму собственной работы).
Запись заблаговременно по предоплате. Стоимость участия - 1000 руб. Встречи проходят с 12:00 до 14:30. Первая часть - обсуждение, вторая - разбор случая или другое практическое упражнение.
Так меня вдохновила тема мутативной интерпретации, о которой мы будем говорить на ридинг-встрече, что я вчера:
Впервые перевела клинический случай из другой статьи, чтобы проиллюстрировать материал;
Попробовала разложить каждую интервенцию терапевта на фазу 1 и фазу 2 интерпретации и выделить отыгрывания. А еще - посмотреть, в ответ на какие реплики терапевта защиты пациентки ослабевают.
Эксперимент вышел интересным - очень наглядно и понятно раскрывается тема мутативного процесса внутри сессии. На этой неделе буду отмечать, помогает ли это дело в работе.
Я уверена, что рефлексия о смысле и источнике терапевтических интервенций помогает нам более точно понимать смысл и происхождение собственных.
"<...>проблема, которую я имею в виду, как правило, возникает с наибольшей интенсивностью в самый разгар аналитической ситуации; куда легче думать над правильной интерпретацией после сессии, чем в течение нее (l'esprit d'escalier). Это наводит на мысль, что во взаимоотношениях между аналитиком и пациентом действует некий специфический фактор, который действительно приводит к временному ухудшению мыслительных способностей аналитика – ограничению или торможению его Эго. Этот феномен, который Эго-психологи называют регрессией аналитика в анализе, известен хорошо."
Р. Кэпер, "О трудности осуществления мутативной интерпретации"
Зачем вообще изучать все эти акцентуации, если диагнозы мы все равно не ставим? Ведь в клинической работе это не так на многое влияет - назовем мы пациента шизоидом, нарциссом, ромашкой… Мало кого вообще можно уложить в одно понятие, а уложишь - есть опасность того, что это будет Прокрустово ложе.
Другое дело, все эти акцентуации (типы характера, конфигурации, радикалы и иже) - это некие черты или функции, которые есть у каждого. Например, у меня есть какие-то психические операции, нарушение которых можно назвать шизоидностью или нарциссизмом. И у вас. Также с остальными - истерическими, обсессивными штуками и тд. В той или иной степени каждый из нас обладает всеми возможными радикалами, просто какими-то в меньшей степени, а какими-то в большей. И степень их выраженности еще меняется от жизненной ситуации. Если мы называем пациента нарциссическим, то это значит, что конкретно в этот момент или на этом этапе работы у него на первый план выведены нарциссические вопросы. Не более. Этот же нарциссический пациент может показать совсем другую картину на следующей встрече или через месяц-год работы. Поэтому тут бионовский принцип про «без памяти и желания» наглядно важен. Как и смысл невынесения диагноза в аналитической работе.
Думаю, так объясняется еще и "болезнь первого курса», когда мы находим у себя все, что читаем: это (один) вопрос интерпретации, когда видим то, что хотим и (два) действительного наличия в нас тех или иных процессов. Впрочем, про себя очень сложно в таком контексте думать - такое себе занятие отказываться от человеческого языка и мыслить о себе в терминологии. Как, наверно, и о других.
Тем не менее, вся эта терминологическая штука не тщетна: если вы читаете про нарциссизм, вы видите больше нарциссических моментов в своих пациентах и можете их анализировать. Читаете про истерию - то же самое и с истерическими моментами. И в этом и есть цель изучения всех таких штук - быть восприимчивым к разнообразным процессам в работе и в способности видеть более полную картину. Ну и наш инструментарий, конечно же, тоже расширяется.
Есть у нас, терапевтов, тенденция интерпретировать неудобные или неприятные проявления пациентов как агрессию. В целом-то да. Если посмотреть на агрессию как вообще на любое действие, каким-то образом меняющее реальность, то да, можно и так называть. Ну или мы можем чувствовать обиду или какое другое неприятное чувство и тогда называть нечто агрессией.
Но само по себе называние какого-то процесса агрессией не несет в себе никакой ценности. И больше похоже на интеллектуализацию, чем на гипотезу или зарождающуюся идею. На защитную реакцию терапевта даже, возможно. А, более жестко говоря, мы легко можем с подобными пациентами стать, скорее, обиженными и напуганными, чем помогающими.
Вспоминается пациентка, которую описывал Франк Йоманс в статье про фокусированную на переносе терапию нарциссических пациентов. Там он описывает случай его пациентки, Грейс, которая его, так сказать, и в хвост и в гриву его… в общем, довольно жаркая была женщина, с которой терапевт ощущал себя и обесцененным, и отверженным. В протоколах встреч она будто только и занималась тем, что проявляла к нему агрессию.
Только практического толка в том, чтобы говорить об агрессивности пациентки нет. В этой статье мне очень понравилась черта терапевта - проникать сквозь центрированность на себе к выстраиванию картины переживаний пациентки. Он фокусировался на том, что происходит между ними и, по классике интерпретационной работы, не добавлял собственного материала. Не агрессия, а "какая-то штука». Какая-то вот такая штука вылезла у нас тут. А что Вы вообще об этом думаете? Как мы вообще тут очутились? Что это сейчас произошло вообще? Какие ее переживания терапевта (her/his experiences of therapist) заставляют ее/его вот эту штуку делать? Что ей вообще с того, что терапевт обесценен? (В случае Грейс она бесконечно говорила, что терапия ей не помогает и что это какая-то ужасная терапия и ничего она ей не дает).
Спойлер: В статье этот процесс обесценивания терапевта раскрывается на трех уровнях: 1 Негативная диада: терапевт переживается как невнимательный, неслышащий, непонимающий. 2 Идеализированная диада: желание пациентки иметь идеальный объект, который точно и безошибочно бы ее понимал и был на нее безукоризненно настроен. 3 Диада преследования: терапевт переживается как имеющий нечто ценное, но не дающий это, а, наоборот, даже отнимающий.
Кроме того, пресловутое обесценивание в этом случае раскрывается еще и как попытка пациентки избавиться от чувства зависти и зависимости. А также заставить терапевта переживать чувства, близкие к тому, которые переживает она (с помощью проективной идентификации). Ну и не просто так, а для того, чтобы терапевт был в похожем положении. Тогда есть надежда на какое-то взаимодействие с ним.
Выбирая быстрое простое и однозначное объяснение событий в кабинете, мы избавляемся от некоторого собственного напряжения. Но еще мы тогда избавляемся и от некоторых оттенков смыслов, которые можем узнать, позволь мы себе дольше побыть в неведении и неопределенности. В «штуках».
Есть у нас, терапевтов, тенденция интерпретировать неудобные или неприятные проявления пациентов как агрессию. В целом-то да. Если посмотреть на агрессию как вообще на любое действие, каким-то образом меняющее реальность, то да, можно и так называть. Ну или мы можем чувствовать обиду или какое другое неприятное чувство и тогда называть нечто агрессией.
Но само по себе называние какого-то процесса агрессией не несет в себе никакой ценности. И больше похоже на интеллектуализацию, чем на гипотезу или зарождающуюся идею. На защитную реакцию терапевта даже, возможно. А, более жестко говоря, мы легко можем с подобными пациентами стать, скорее, обиженными и напуганными, чем помогающими.
Вспоминается пациентка, которую описывал Франк Йоманс в статье про фокусированную на переносе терапию нарциссических пациентов. Там он описывает случай его пациентки, Грейс, которая его, так сказать, и в хвост и в гриву его… в общем, довольно жаркая была женщина, с которой терапевт ощущал себя и обесцененным, и отверженным. В протоколах встреч она будто только и занималась тем, что проявляла к нему агрессию.
Только практического толка в том, чтобы говорить об агрессивности пациентки нет. В этой статье мне очень понравилась черта терапевта - проникать сквозь центрированность на себе к выстраиванию картины переживаний пациентки. Он фокусировался на том, что происходит между ними и, по классике интерпретационной работы, не добавлял собственного материала. Не агрессия, а "какая-то штука». Какая-то вот такая штука вылезла у нас тут. А что Вы вообще об этом думаете? Как мы вообще тут очутились? Что это сейчас произошло вообще? Какие ее переживания терапевта (her/his experiences of therapist) заставляют ее/его вот эту штуку делать? Что ей вообще с того, что терапевт обесценен? (В случае Грейс она бесконечно говорила, что терапия ей не помогает и что это какая-то ужасная терапия и ничего она ей не дает).
Спойлер: В статье этот процесс обесценивания терапевта раскрывается на трех уровнях: 1 Негативная диада: терапевт переживается как невнимательный, неслышащий, непонимающий. 2 Идеализированная диада: желание пациентки иметь идеальный объект, который точно и безошибочно бы ее понимал и был на нее безукоризненно настроен. 3 Диада преследования: терапевт переживается как имеющий нечто ценное, но не дающий это, а, наоборот, даже отнимающий.
Кроме того, пресловутое обесценивание в этом случае раскрывается еще и как попытка пациентки избавиться от чувства зависти и зависимости. А также заставить терапевта переживать чувства, близкие к тому, которые переживает она (с помощью проективной идентификации). Ну и не просто так, а для того, чтобы терапевт был в похожем положении. Тогда есть надежда на какое-то взаимодействие с ним.
Выбирая быстрое простое и однозначное объяснение событий в кабинете, мы избавляемся от некоторого собственного напряжения. Но еще мы тогда избавляемся и от некоторых оттенков смыслов, которые можем узнать, позволь мы себе дольше побыть в неведении и неопределенности. В «штуках».
Уже какое-то время на супервизиях мы рассматриваем случаи, в основном, сквозь призму эдипа.
И это позволяет достигать довольно неплохого понимания процессов на сессии. И, что главное, выстраивать переносную работу (работу с сюжетом/персонажами/полем) в нарративе. Сначала я думала, меня глючит: не может быть так, что везде эдипальная конфигурация. Потом обратила внимание, что это реально работает: пациенты плюс-минус за год переходят к более депрессивным переживаниям (я имею в виду движение в сторону депрессивной позиции по Кляйн).
В основном, обычно эти изменения связаны с тем, что от страданий, связанных с несовпадением идеализированного образа себя с реальностью, человек двигается в сторону более реалистичного переживания себя (конечно же, этот процесс всегда сопряжен с той или иной степенью депрессивных переживаний). Ну, а где более реалистичное переживание себя, там и больше совпадений реальностей внутренней и внешней.
Есть идея собраться онлайн и обсудить одну из тем:
1. Виды переносов и контрпереносов и как с ними работать
2. Работа с нарциссическими пациентами: проблематика, сложности и как их можно попробовать преодолеть
3. Любовь и ненависть в терапевтических отношениях. Развитие идеи, что под этим подразумевается и что дает нам в практическом плане
Встреча где-то на полтора часа, можно выбрать вечер буднего дня. Я подготовлю материалы по теме для одной части, вторую часть сделаем обсуждение. Участие, думаю сделать за символическую плату - рублей в 300. Иначе могут возникать ситуации, когда люди вроде заявились, а в итоге пришел один человек. Так я буду заранее понимать, собираются участники или нет.
В общем, если кому-то эта идея нравится, обозначьте тему в комментах. Если человек 5 наберется, то соберемся и поисследуем тему вместе.
Коллеги, всем привет! Тут ищут психолога, кто работает очно в Питере. Вообще можете вступать в чат, куда периодически присылают запросы и можно откликаться на них
Завтра как раз эту тему и затронем на ридинг-группе. Читаем статью Б. Джозеф о любви в переносе.
А затем будем разбираться в том, что собой представляет мутативный процесс в психоанализе. В нашем корабле, на котором мы бороздим межтеоретическое пространство, все еще есть 3 места. Присоединяйтесь!
Эротический перенос - это феномен, когда пациент переносит на своего психоаналитика сексуальные или романтические чувства, которые он испытывал в прошлом к кому-то другому. Это может произойти, потому что пациент стремится найти замену своей первоначальной объектной любви в своем отношении к психоаналитику.
Психоаналитик должен быть готов к этому явлению и уметь работать с ним, чтобы не допустить нарушения этики и профессиональных стандартов. Он должен помочь пациенту осознать, что его чувства не направлены на него лично, а являются проекцией его внутренних конфликтов и потребностей.
Важно отметить, что эротический перенос не всегда возникает в психоаналитической терапии и не является обязательным элементом процесса анализа. Если же он проявляется, то это может быть полезным материалом для работы с пациентом и раскрытия его внутренних конфликтов.
"Я считаю, что многие пациенты решаются на анализ в том момент, когда они обнаруживают, что аналитик слушает на двух уровнях, т.е. он слышит манифестное и скрытое значение всего тог, что говорит пациент, включая (и это очень важно) то, что он говорит о сеттинге".
Завтра на ридинг-группе будем обсуждать статью Даниэль Кинодо о сеттинге. Небольшой отрывок оттуда:
"Один мой коллега-психоаналитик привел мне пример, который, как я считаю, хорошо иллюстрирует данную позицию. На первых пятнадцати минутах сессии, одна из его пациенток имела особенно проницательный инсайт и волнующие открытия, но на следующих тридцати минутах она застопорилась и плоды ее открытий были растрачены. Аналитик тогда задумался о целесообразности правила, которое он применяет относительно регулярной продолжительности сессии. Может быть, было бы предпочтительнее прервать сессию после 15 минут?
Теперь мы можем увидеть, что две возможные формы сеттинга – сессии с различной продолжительностью и сессии с фиксированной продолжительностью – могли раскрыть различные аспекты психической жизни данной пациентки. Окончание после первых 15 минут могло бы дать приоритет инсайту, в то время как, продолжение сессии до согласованных 45 минут дает пространство для выявления сопротивления инсайту и повторения в переносе тенденций пациентки к саботажу и самонаказанию. Эти две формы сеттинга не являлись взаимозаменяемыми и не выявляли одни и те же механизмы. На мой взгляд ясно, что если мы хотим иметь целостность при проведении анализа, мы должны знать, какой именно сеттинг мы выбираем, чтобы мы могли передавать ту же самую форму анализа и лучше понимать его влияние".
