Я часто говорю, что существует особое социальное, а возможно, и психиатрическое явление под названием «мечта идиота».

К ней нужно относиться очень бережно. Холить, лелеять и, какой бы безнадежной и идиотской она ни казалась, время от времени все-таки исполнять.

Я всю жизнь был увлечен кулинарией и всегда мечтал открыть ресторан. Долгое время это и было моей мечтой идиота. Я занимался совсем другими вещами, а мысль существовала где-то в параллельной реальности.

Пока однажды карты не сложились. Мой первый ресторан назывался «Имбирь». Мечта была довольно безумной. Подход к ней — вполне рациональным.

Я думал, какой ресторан хочу открыть, посмотрел на московский рынок и обнаружил пустующую нишу. Так появился «Имбирь» — ресторан на грани тайской и паназиатской кухни и, насколько я помню, первый паназиатский ресторан Москвы.

А дальше произошло самое интересное. Через несколько недель и месяцев начали появляться другие: напротив на Тверской открылся «НКонг», позже — следующие.

Тогда я понял принцип, которого потом старался придерживаться всю ресторанную жизнь: не повторять то, что уже существует, а искать то, чего еще нет.

Сегодня, с высоты открытых ресторанов, я прекрасно вижу, насколько «Имбирь» был наивным. Сколько там было решений, которые сейчас я бы никогда не принял, и ошибок, которых сегодня постарался бы избежать.

Но в главном он оказался абсолютно правильным. «Имбирь» прожил не так долго и закрылся по причинам, практически от меня не зависевшим. После этого у меня был шестилетний перерыв в ресторанной жизни.

А потом появился Аркадий Новиков с предложением поработать над «Бисквитом». И дальше рестораны действительно пошли как из рога изобилия.

Но к тайской кухне я по-прежнему дышу совершенно неровно.

Видимо, мечты идиота иногда оказываются значительно умнее, чем кажутся.