О «сетях» во втором значении в контексте начатого разговора кажется нужно сказать чуть больше.

Действие соцсетей на психику принято рассматривать двояко. Ну да, помогают в социализации, нормализации переживаний, усиливают общность и взаимоподдержку. А с другой стороны – сравнения себя с другими, фейсбучная депрессия, Snapchat-дисморфия, аддикция, FOMO и фаббинг. И в целом – плюсы и минусы как будто уравновешиваются. И тема в общем не относится к самым горячим и приоритетным.

Но вот в потоке публикаций о влиянии сетей на ментальное здоровье есть одна проблема, сформулированная исследователями так: сеть участвует напрямую в создании социальной идентичности пользователя. Учит его определять себя, воспринимать, думать и чувствовать определенным образом. И это то, что ее отличает качественно от более привычных аддиктивных агентов. Проще говоря, условная бутылка водки спокойно ждет, когда я ее употреблю. А соцсеть, когда я ей пользуюсь, стремится активно преобразовать мои когнитивные процессы, аффекты и поведение. Взять под контроль.

Поэтому все чаще возникает странное ощущение – вот сидит определенно живой человек, автономный индивид. Но то, что мы наблюдаем и слышим от него, формируется и определяется вовсе не в пространстве между его ушами, а в каком-то совершенно другом месте.
Это не только в профессиональной жизни конечно сейчас бывает, но давайте поговорим конкретно о психотерапевтическом дискурсе. Что можно заметить?

Сеть формулирует жалобы-клише («не понимаю своих/чужих эмоций», «прокрастинирую», «у меня выгорание»), создает специфические триггеры (получил недостаточно лайков, кто-то преуспел больше, чем я), ставит цели на терапию (стать продуктивнее в ведении соцсетей, «проявлении себя», развитии своего бренда), вкладывает в голову когнитивные процессы (я должен преуспеть в продвижении в соцсетях, я уникальный), усиливает искажения (селективное восприятие, дихотомичность, эмоциональное обоснование), диктует и раскручивает маховики аффективных реакций (как и с какой силой тревожиться, умиляться, злиться, отчаиваться, скорбеть) и их поведенческие проявления. Про самодиагностику расстройств, тоже во многом генерируемую сетями и ее роль в самоидентификации можно уже и не упоминать. И даже препятствия в терапии, когда, например, выполняя задание, пациент отвлекается на сеть, тоже организуются ею же.

И все это направлено на то, чтобы индивид оставался вовлеченным, попросту говоря - больше смотрел на экран, где есть реклама.

От самого человека как автономной личности в этом процессе остается уже не очень много. Вот разве что плохо отрефлексированное ощущение бессмысленности и апатии – это вероятно его собственное, а не индуцированное сетью.

Все это уже довольно сильно начинает напоминать нашего доброго друга кордицепса и его методы. Его муравей тоже, наверное, если б мог говорить, пожаловался бы на апатию и чувство бессмысленности.

Окончание (без хеппи-энда) следует

В общем ставьте лайки, подписывайтесь на наш канал)
Кажется все правильно я делаю? а, товарищ май.. кордицепс?

#кбт_цифрового_поколения