​​​​​​​​Миска ливанского салата

Слишком западный для Востока, и слишком восточный для Запада. В отличие от других арабских стран, в Ливане нет доминирующих монокультуры и религии, формирующих социальное пространство под себя. С восемнадцатью религиозными конфессиями - наверное, всеми, какие только могут быть на Ближнем Востоке, Ливан слишком разнообразен, чтобы быть государством единой идентичности.

Считается, что христиан и мусульман здесь примерно поровну с небольшим преобладанием последних. Впрочем, перепись в стране не проводилась с 1932 г. по политическим причинам - чтобы не пришлось делить власть и убивать друг друга. Ливан, не являясь в целом ни европейским, ни арабским; ни христианским, ни мусульманским, в частностях распадается калейдоскопом локальных культурно-религиозных мирков, разделённых не только символически, но и территориально и географически - религиозные общины живут в отдельных регионах страны и в отдельных районах городов, все вместе составляя единое ливанское государство и общество.

Концепцию, согласно которой представители разных религий и культур живут в едином государстве, не размываясь, а сохраняя свою самобытность, метафоричеси называют «миской с салатом». Эту интеграционную концепцию 20 лет назад использовал Самюэл Хантингтон, описывая американскую нацию. Но, как видно сейчас, в долгосрочной перспективе «американская нация», похоже, оказалась нежизнеспособной химерой, расползающейся по признакам культуры, политики, расы и даже пола. А Ливан продолжает жить без малейших намёков на дезинтеграцию. Но лишь потому, что несмотря на все различия, раса у людей здесь одна. Будь всё иначе, Ливан бы ждали бойня, геноцид и региональный сепаратизм. Раса важнее культуры и религии, что показал пример Судана, где негроидным нилотским народам отказали в праве считаться мусульманами на том основании, что биологически они не принадлежали к суданским арабам.

Бейрут - такой же разнообразный город, как и вся страна. Выделяются следующие районы, отличающиеся друг от друга культурой и образом жизни:

- деловой и тусовочный районы с примикающими к ним зонами дорогого жилья,
- христианские районы,
- мусульманские районы (различные у суннитов и шиитов),
- Дахия - столичная «крепость» Хезболлы,
- зоны проживания палестинских беженцев.

В городе они расположены вперемешку. На одной стороне улицы льётся рекой алкоголь и зажигательные вечеринки, а на другой стороне Рамадан и призывы муэдзинов. При желании, здесь можно жить обособленно от других в своём религиозно-культурном сообществе. Но различия не столь сильны, как может показаться. Между ними есть и взаимное проникновение: в другом арабском городе сложно представить, чтобы по мусульманскому району в короткой юбке свободно ходила женщина-«бимбо» с надутыми губами и грудью. А в Бейруте - запросто.

Многие места в Бейруте охраняются вооружёнными солдатами, стоящими на блокпостах с бетонными блоками, колючей проволокой и бронетехникой. Но стоят они не где попало, а в основном на въезде в определённые районы - христианские, палестинские, мусульманские. Если вдруг случится какой-то теракт, стычка или конкретный замес, то армия перекроет дорогу и будет силой примирять конфликтующие стороны. Что показывает, что всё это «мирное сосуществование» разных религий и культур до поры до времени. Будет повод - напомнят о всех давних претензиях и обидах. Ведь если всё хорошо, то зачем нужны блокпосты? Настоящее мирное сосуществование представляется как-то иначе, без вооружённой стражи.