beyond meaning

3 сентября в Электромузее будет вернисаж выставки «Зловещие грезы», в которой я участвую. Потом будет серия артист-токов. Приходите!

Я послушал Karma Police на скорости 0.25 (и посмотрел фильм). До слез

Unexpected Scenery (JooYoung Oh, 2020) — игра, выставляющаяся на онлайн-выставке World on a wire.

Это такой платформер с очень простой механикой, где ты управляешь неким девайсом с искусственным интеллектом. Он бродит по миру в поисках данных, чтобы на них учиться. Ты буквально ходишь, прыгаешь и собираешь какие-то странные абстрактные штучки, которые, видимо, репрезентируют данные.

Мне кажется, что это пример очень прямолинейной стратегии в медиа-арте: взять существующую механику и эстетику (например, из видеоигр), но «прикрутить к ней современность». Собственно, в игре много текста, где обсуждаются всякие проблемы, связанные с неконтролируемым машинным обучением, всякие байесы итд. Поэтому это выставляется в музее, считается искусством. Но мне кажется, что попросту не работает, форма не отвечает содержанию. Если автор делает работу о проблемах искусственного интеллекта, почему он использует модную пиксель-арт эстетику? Почему он использует механику платформеров — к чему это должно отсылать?

В конце концов, сам девайс, собирающий данные, предстает чем-то антропоморфным: он сам где-то роется, что-то находит, залезает во всякие дыры. А на самом деле, эм, данные для нейронок сидят и размечают какие-нибудь люди за копейки (в частности). Ну или программисты задают, очень прямолинейно, что и где искать, как интерпретировать найденное.

Окей, я в целом очень приветственно отношусь к любым работам, которые пытаются быть современными. В частности к этой. Но мне кажется, что это плохая стратегия.

SEACORP 02.06.2002 (Dorren Andrews, 2021) — симпатичный «симулятор ходьбы» c lo-fi графикой в стиле PS1.

На itch.io регулярно проходит Haunted PS1 Jam — где люди делают «проклятые» ностальгические игры, используя эстетику первой плейстейшн. Такой «проклятой» продукции сейчас так много, что я уже не могу воспринимать PS1 нормально: это сразу история про отключение от интернета (никакого посоянного соединения), разъединенность, скелеты в шкафу. Кто прочитал, тот здохнет.

Those Who (Sascha Pohflepp, Alessia Nigretti, Matthew Lutz, 2019) — генеративная инсталляция, была на выставке «Грядущий мир: экология как новая политика» в Гараже (2019), а сейчас выставляется на онлайн-выставке «World on a wire».

Эта работа — коллаборация художника (Sascha Pohflepp), биоинформатика (Matthew Lutz) и специалиста по искусственному интеллекту в играх (Alessia Nigretti). Как утверждается в описании, они натренировали нейросеть на экспонатах московского Дарвиновского Музея — чтобы она порождала собственные организмы в реальном времени. Как именно это происходит, как они использовали/классифицировали данные Дарвиновского музея — не очень понятно, но выглядит очень красиво

Я извиняюсь, но я просто охуел с песни Билли Айлиш из нового альбома, которая называется Happier than ever. Как всегда, это что-то необычное чисто формально — и кстати поэтому сейчас, как мне кажется, буквально все слушают Билли Айлиш. Даже Том Йорк как-то о ней что-то очень приятное писал.

Безумная постобработка голоса во второй части, очччень жирный, практически глитчевый бас. Слушаю на рипите и не могу остановиться

oui

Parked domain girl tombstone (Emilie Gervais, 2013).
Поехавший нет-арт, без комментариев

Оказалось, что игра, про которую я писал вчера, сделана в довольно специфическом конструкторе игр, bitsy (автор adam ledoux). Он предназначен как раз для того, чтобы делать такие нарративные игры, где ты просто ходишь и разговариваешь с кем-то. Редактор максимально простой и приятный, работает в браузере, никакого кодинга нет. Графику можно рисовать прямо там. Вокруг него даже есть живое комьюнити — на itch.io есть 4.209 игр, сделанных в нем.

Разумеется, первое желание — попробовать сделать все максимально не так, разломать редактор, сделать что-то, для чего он не прендазначен (misuse of technology). Но пока мне не очень понятно, как это сделать, потому что его возможности в целом очень ограничены (на выходе игры строго одной механики).

UNDER A STAR CALLED SUN (cecile richard, 2020)
Небольшая линейная история про космонавта, который летит далеко-далеко от Земли и ностальгирует по своему земному прошлому.

Эта игра сделана для джема по цифровой литературе. Взаимодействие игрока и игры минимально — он может только двигать главного героя и листать его реплики. Что-то вроде комикса с большей степенью вовлеченности читателя.

Ностальгия — довольно частая тема для некоммерческих инди-игр. Собственно, здесь речь идет о ностальгии не только на содержательном уровне, но и на формальном тоже. Игра использует пиксельную лоу-фай эстетику, которая стала уже таким «стандартом»: если точно не знаешь, как твоя игра должна выглядеть, делай пиксель-арт.

Это очень наивное произведение, но оно, как мне кажется, хорошо работает. Минимум средств, один фоновый санудтрек, «стандартный» пиксель арт à la GameBoy — но всем этим частям хорошо вместе.

Я просто не мог пройти мимо комментов на его странице. Last night I dreamed about you

Rene Abythe — таинственный интернет-художник, настоящее имя неизвестно. Постил свои работы на сайте Computers Club, но они никогда не экспонировались оффлайн. О нем неизвестно более-менее ничего — но в интервью для Rhizome он говорит немного о своих методах работы (впрочем, он, кажется, и тогда не перестает троллить собеседника).

У меня есть два режима работы: пассивный и активный.

Пассивный режим обычно включается, когда мне скучно в интернете поздней ночью и нужно как-то развлечь себя. Я открываю Фотошоп (или что-то еще) и начинаю играться там, как если бы это была игра-песочница. Пока я играюсь, я не ставлю задачи, чтобы это выглядело определенным образом — мне просто интересно, какие любопытные эффекты может производить софт, но я не пытаюсь что-нибудь «сделать». Через какое-то время, когда я чувствую, что как-то продвинулся, я сохраняю, что получилось, и выхожу.

Активный режим, напротив, приводит сохраненные наброски в согласие с какой-то конкретной эстетикой. Я больше не исследую Фотошоп — я пытаюсь найти отражение себя и поделиться им.

waterbed (forestherd, 2021)
Короткая игра про человека, который не может до конца выйти из депрессии: что-то снова и снова заставляет его входить в это состояние, хотя вроде бы он уже справился.

Для меня это повод подумать о том, для чего люди вообще делают игры (если это не история про коммерцию). Мне кажется, что для многих людей моего поколения игры стали самым привычным способом самовыражения. Самовыражения в самом прямом смысле слова: передачи своих состояний и чувств. Этим объясняется, почему сейчас появляется так много так называемых «симуляторов ходьбы»: с помощью звука и пространства люди реконструируют свои ощущения и воспоминания, и пытаются сообщить их другим. Может быть, подсознательное ощущение, что слова сами по себе больше не работают. Я могу написать это, но это будет «слишком слабо». Я чувствовал что-то подобное, когда делал (не-)игры в пятнадцать, шестнадцать лет — «да, так они все почувствуют ЭТО».

(Собственно, The Beginner’s Guide, довольно известная игра, как раз осмысляет эти наивные попытки передать свое состояние через игру. Обычно свое одиночество, замкнутость, депрессию.)

Мне кажется, что это действительно работает сейчас: потому что многие из нас (поколение post 1989) росли даже не столько на книгах / кино, сколько на играх. Это очень понятный, «естественный» медиум. Я жил играми в той же степени, что и литературой.

Я очень хорошо отношусь к таким «наивным» произведениям: игра оставляет больше пространства для случайности и эксперимента, чем слова (с которыми уже немного невозможно). Понятно, что такие игры-состояния и игры-повествования обычно используют некоторые устоявшиеся шаблоны, но что-то классное все равно возникает. Больше шансов сделать шаг в неизвестность.