Размышления непочтительного психотерапевта

Выложили (наконец-то!) в наш канал на YouTube интервью с Лукой Николи, где он рассуждает про книгу «Искусство злиться и любить, не теряя себя» и, самое главное, отвечает на прямые вопросы аудитории о его способе быть психотерапевтом.

Ссылка:
https://www.youtube.com/watch?v=77c3nrkstxk

Издательское

Книги как «тяжелый» бизнес. В декабре, ровно два года назад, когда мы только начинали свою деятельность, в типографии была напечатана наша первая книга «В кабинете психоаналитика», и у нас еще не было в аренде склада, и в целом я как руководитель не понимал очень многих вещей. А книгу нужно было куда-то принять. И я дал для доставки просто свой домашний адрес, и утром в субботу приехала грузовая машина, и в ней было две палеты книг (2000 шт.) суммарным весом 1500 кг.
Процесс «познания» длился, насколько я помню, несколько часов, я выгрузил все это как-то в подъезд, отпустил водителя и остался наедине с физическим воплощением интеллектуального труда, который нужно было тащить на лифте на второй этаж и потом в квартиру. Незабываемый опыт.
Сейчас, конечно, у нас свой склад на аутсорсинге, где есть и приемка, и хранение, и отгрузка, а мы как команда сосредоточены на создании самого продукта и его качестве.
Но с того дня я прекрасно ощущаю необходимость «донесения» книги до читателя «на руках», несмотря на трудности. Ведь писатель становится настоящим, только когда у него есть читатели, а издательство — когда выпущенные книги покупают и читают (можно просто купить, они красиво смотрятся на полке, шутка).

Спасибо, что вы с нами эти два года и отдаете нам место на ваших полках, письменных столах и в ваших сердцах!

Редакторское

Из предисловия Говарда Б. Левина к книге Франко де Мази «Психоаналитический подход к лечению психозов»:

В широком понимании, в психоанализе существует два принципиально разных теоретических дискурса относительно природы психоза, каждый из которых берет начало в работах Фрейда. Согласно первому, психоз является злокачественной вариацией раннего этапа развития психики и сил, порождающих невроз, а его определение с позиции метапсихологической теории остается в поле понятия о неврозе и ранних, нормативных примитивных механизмах и состояниях, которые, предположительно, не были адекватно преобразованы и не смогли развиться.

Во втором дискурсе, убедительно представленном Франко де Мази в этой книге и в других его работах, психоз структурно и метапсихологически отличается от невроза. Это особая форма соблазнительного психического убежища, измененное состояние сознания и альтернативная (ложная) реальность, которая часто зарождается в ранний период жизни и обладает способностью соблазнять, колонизировать и подчинять более адаптированные к реальности функции психики, это «таинственный мир, который ни одна дисциплина до сих пор не смогла убедительно объяснить» (de Masi 2009, p. xxiii).

#Книга_Психоаналитический_подход_к_лечению_психозов

Николи: Можете ли вы дать несколько советов, как действовать, чтобы повысить способность пациента воспринимать содержание, символы, эмоции? Подсказки относительно стиля, маленькие или большие хитрости...

Болоньини: В целом пациенты многому учатся, ощущая, как аналитик переживает психическое пространство и как он делает его доступным для них: для того,
чтобы они могли создать психический контейнер для своих собственных эмоций и мыслей, важно предоставить им подлинный опыт размещения в психике, готовой принять их. Если аналитик соглашается слушать пациента, не претендуя на то, чтобы давать немедленную реакцию и отвечать в течение длительного времени, с помощью этого воспринимающего слушания он начинает создавать опыт внутреннего пространства, контейнера, ненавязчивого
присутствия. Чтобы понять, насколько этот аспект неочевиден, просто подумайте о том, что обычно происходит, когда человек встречает на улице кого-то знакомого и начинает говорить с ним о своих трудностях. Чаще всего собеседник позволяет ему высказываться совсем недолго, после чего прерывает, чтобы объяснить ему, что он должен делать, или — вторгаясь еще сильнее — чтобы рассказать, что случилось с ним самим, быстро выводя на первый план собственную центрированную на себе субъективность, обычно чтобы заставить первого замолчать или обойтись более или менее краткими и поспешными формулировками. В анализе такого не происходит, и это существенная разница.

#СтефаноБолоньини #Книга_Фрейд_и_меняющийся_мир

Издательское

1) Мы, наконец-то, отправили в типографию книгу «Аналитическое поле и его трансформации». Я изначально недооценил уровень ее сложности для редактуры и перевода, она прям фундаментальная (и очень важная!). Я надеюсь, что к концу года книга уже будет в продаже. В этой прекрасной точке опишу (или воспою!) подвиги всех участников этой борьбы (с собой, сложностью идей и нашим незнанием. Но, долг перед нашими читателями, все-таки, оказался самым главным и победившим нарративным героем!).
Пока можно насладиться обложкой (очевидно, со скрытым смыслом).

2) На маркетплейсах закончились три наши книги (рады и благодарны, кстати, что их так активно разбирают): «Внимание и интерпретация»,«Женщина внутри» и «Травматическое одиночество детей». Дополнительные тиражи сейчас в печати, и будут в декабре. Пока эти книги можно купить у партнеров – Когито и НикБук. Ну или, в электронном виде на Digital WB.

UPDATE (07.12): «Внимание и интерпретация» и «Женщина внутри» уже приехали на склад и доступны для заказа.

UPDATE (15.12): Книга «Травматическое одиночество» доступна на маркетплейсах.

Редакторское

Почти закончили командную редактуру книги «Аналитическое поле и его трансформации» (фундаментальный труд!), вспоминая, что многие студенты (и не только!) обращаются к музыке в своих научных работах, делюсь цитатой из предпоследней главы:

Другая особая сила философии Мерло-Понти представлена ​​его размышлениями об искусстве. В течение некоторого времени мои интересы были сосредоточены на идее эстетического опыта как модели того, что на самом деле происходит в психоанализе (Civitarese, 2011a, 2012, 2013b). Мерло-Понти, будучи, как и Фрейд, по всей видимости, нечувствительным к музыке, больше интересуется живописью. «Музыка, — пишет он, — находится слишком далеко, по ту сторону мира и обозначаемого, чтобы изображать что-либо, кроме определенных схем Бытия — его приливов и отливов, его роста, его потрясений, его водоворотов» (Merleau-Ponty, 1964, p. 123). На самом деле, именно потому, что музыка находится по ту сторону мира, она — возможно, даже в большей степени, чем живопись, — дает представление о зарождении идентичности; именно благодаря своему «тактильному» качеству, которое создает меньшую дистанцию, чем живопись, она является самой трогательной из всех видов искусства. Музыка погружает непосредственно в мир вещей куда сильнее, чем живопись. В книге Ethics of Sexual Difference (Irigaray, 1993) Люс Иригарей критикует Мерло-Понти за недооценку тактильного и объясняет такое отношение параллельным обесцениванием женского начала (Murphy, 2008). Она также утверждает, что во внутриутробной жизни осязание (и слух) предшествует зрению, поэтому приоритет, отдаваемый ему Мерло-Понти, не оправдан. Именно применительно к внутриутробной жизни Бион говорит о «недоступном бессознательном». Дело в том, что философия восприятия продолжает предполагать субъектно-объектный дуализм, хотя и стремится к его преодолению. Именно этот дуализм хотел превозмочь Мерло-Понти с помощью новой концепции «плоти», для которой в традиционной философии еще не было названия.

#АнтониноФерро #ДжузеппеЧивитарезе #Книга_Аналитическое_поле_и_его_трансформации

Фрейд и Искусство

Мы очень стараемся делать отличные книги, но востребованными их делают наши читатели (вы!).
Нам кажется (мы видим по заказам с системах), что, когда читатель купил нашу книгу в первый раз, у него появляется возможность оценить и ее содержание, и внешний вид, и то количество труда, которое мы в нее вложили, и потом, обычно он/а (с большой радостью для нас), переходит в категорию постоянных, и приобретает еще несколько книг (некоторые, просто все книги разом берут в одном заказе, что вызывает отдельную радость с нашей стороны).

При этом очень важно, чтобы те кто нас еще не знает, каким-то образом могли понять, что наши книги реально хорошие.
Поэтому просим у наших постоянных читателей помощи!

У нас вышли две новые книги «Фрейд и меняющийся мир» и «Искусство злитья и любить, не теряя себя», они очень хорошо продаются, но пока по ним очень мало отзывов на маркетплейсах (и мало фоточек :( ).
Если вы купили какую-то из этих книг, пожалуйста оставьте отзыв на площадке, это поможет новым читателям сделать свой выбор.

P.S.: Мы также очень хотим разыграть два билета на конференцию Ясно в эти выходные, среди тех, кто оставит отзывы. Просто пришлите скрин на info@beta2alpha.ru, и мы генератором случайных чисел выберем победителей в 15:00 в эту пятницу!

UPDATE: Билеты высланы победителям. Огромное спасибо за помощь!

Коллеги из сервиса Ясно проводят 9-10 ноября онлайн конференцию «Про любовь. Между страданием и исцелением» (http://conference.yasno.live/).

На ней в субботу утром, я выступлю с докладом «Любовь к психотерапевту в рамках аналитического поля», где попробую затронуть такую непростую тему. Спойлер: теория поля рассматривает все происходящее на сессии как совместную бессознательную продукцию двух психик, в том числе и ситуацию влюбленности. Но об этом во время доклада.

И традиционно, для наших читателей скидка 15% по промокоду BETA2ALPHA15

Редакторское

Делюсь с вами теми частями книги «Аналитическое поле и его трансформации», которые своими точными и эстетически выверенными формулировками не оставляют меня равнодушным.

Бион (Bion, 1970) предлагает аналитику забыть противоречия, возникающие в результате рационального исследования, и погрузиться в состояние галлюциноза (Civitarese, 2014), чтобы иметь возможность видеть то, что видит пациент, то есть, в сущности, видеть весь спектр внутренней жизни пациента. Другими словами, аналитик должен серьезно относиться ко всем впечатлениям, ощущениям и идеям, которые, казалось бы, противоречат аспектам материальной реальности, потому что они рассказывают историю, отличную от кажущейся, — историю, которая, возможно, более «истинна». По словам Огдена, бессознательное говорит «с качеством правдивости, которое отличается от того, что сознательный аспект нас самих способен воспринимать и передавать, и почти всегда намного богаче его» (Ogden, 2005, p. 73).

Если аналитик в супервизии по ошибке пишет, что пациенту четырнадцать лет вместо его реальных тридцати четырех, мы очень серьезно воспринимаем это указание на взрослого человека, который, несмотря на свои годы, эмоционально находится на пороге подросткового возраста. Если нам на мгновение приходит в голову мысль, что наш пациент, вопреки всем доказательствам противоположного, не женат, это означает, что с какой-то точки зрения — не главной, но важной — он таковым не является.

#АнтониноФерро #ДжузеппеЧивитарезе #Книга_Аналитическое_поле_и_его_трансформации

Редакторское

Использование классических концепций переноса и контрпереноса может ввести в заблуждение при определении характеристик аналитического поля; поскольку они предполагают такую конфигурацию, при которой анализируемый и аналитик предстают друг перед другом как две проявленные, чистые, полноценные и отдельные субъективности; каждая в каком-то смысле совершенно «внешняя» по отношению к другой. Огден отмечает:

Я считаю, что использование термина «контрперенос» для выражения всего, что аналитик думает, чувствует и переживает сенсориально, оттесняет на второй план одновременность диалектики единства и двойственности, индивидуальной субъективности и интерсубъективности, которые лежат в основе аналитических отношений (Ogden, 1994a, p. 8, n).

В теоретической структуре, вдохновленной психоанализом только одного человека, концепция проективной идентификации также присутствовала бы в адиалектическом и преимущественно солипсическом смысле. Однако если рассматривать субъект и объект как места в интерсубъективном поле, то, как писал Огден (Ogden, 2008), мы понимаем, что когда пациент вступает в анализ, он, так сказать, теряет собственную психику. Он воссоединяется с вновь созданной протопсихической областью. Он выстраивает коммуникацию, которая глубоко вовлекает его самого и может быть направлена таким образом на исправление дисфункциональных мест в его внутренней групповой конфигурации, на возобновление разговора, который различные части психики постоянно ведут между собой, всегда находясь в поисках лучших решений для осмысления (однако мы должны понимать под этим почти равнозначные термины, такие как бессознательное мышление, сно-видение, мышление и т. д.) своей актуальной эмоциональной проблемы.

#АнтониноФерро #ДжузеппеЧивитарезе #Книга_Аналитическое_поле_и_его_трансформации

Возвращение «пациентов»

Получили из типографии второе издание книги Луки Николи «Будьте с пациентами там, где они есть», и она снова доступна для заказа на всех площадках.

Вспоминая как мы работали над этой книгой, и то, как к нам приходят наши пациенты (разные их отщепленные функционирования), мне в голову возвращается вот эта цитата из нее:

Я стою в дверях кабинета и жду мистера Капуто. Он один из первых моих пациентов, и я принимаю его еженедельно уже несколько месяцев. Это 50-летний механик, обратившийся ко мне из-за душевной боли, которую он никак не может унять: человек приземленный, он не привык заглядывать внутрь себя. Он уже год живет с иностранкой, страстной девушкой намного моложе его самого, но не может забыть свою бывшую жену. Он пребывает в мучительном тупике, не решаясь выбрать между двумя женщинами. Я слышу тяжелые шаги на лестнице, и появляется незнакомец. Ему тоже около пятидесяти, лицо мне незнакомо, ничем не примечательный, немного горбится.
— Доброе утро, доктор, меня зовут Бонанно, я друг Капуто. Он не смог прийти сегодня, и так как у меня тоже проблемы в отношениях, он спросил, не хочу ли я пойти вместо него сегодня, чтобы у вас не пропадал сеанс, — говорит он мне, как будто это самая естественная вещь в мире.
Я стою, окаменев, перед этим незнакомцем. Что мне делать? Что думать? Вежливо его отшить или...?
— Мистер Бонанно, проходите, давайте немного поговорим.

Купить физическую книгу на Ozon:
https://www.ozon.ru/seller/beta-2-alpha-676592/

Купить физическую книгу на Яндекс Маркете:
https://market.yandex.ru/business--beta2alpha/43114660

Купить цифровую версию на WB:
https://digital.wildberries.ru/author/1693295

Цитата из Главы 5 (Сонастройка) книги «Фрейд и меняющийся мир».

Николи: Читая вашу книгу о психоаналитической эмпатии и размышляя над ней, я вспомнил о вашей любви к собакам. Их довольно мало волнует, что мы говорим, однако они невероятно чувствительны к тому, как мы к ним относимся и как с ними сонастраиваемся. И я спрашиваю себя, а также вас: не будет ли дерзостью утверждать, что особое внимание вы уделяете сонастройке с пациентом?

Болоньини: Нет, это вовсе не будет дерзостью, поскольку «как» становится куда более важным, чем «что», которым обмениваются пациент и аналитик. «Как» позволяет нам открывать интроективные каналы и таким образом поощрять эмоциональный обмен, или, наоборот, закрывать этот бесценный путь между внутренними мирами людей.
Если у нас есть что сказать, но мы говорим это так, что каналы, ведущие к внутреннему миру, перекрываются, то качество сказанного уже не так важно, то есть оно становится неважным, если сказанное не поступает внутрь в правильной форме и обмен не происходит должным образом.
Правда и то, что если по этим каналам передаются вещи, не имеющие трансформирующей или питающей функции, то большую часть работы мы делаем впустую. Но центральным аргументом остается то, что в современном психоанализе «как» становится незаменимым пунктом.

#Книга_Фрейд_и_меняющийся_мир #СтефаноБолоньини #ЛукаНиколи

Делюсь с вами отличной метафорой из книги Антонино Ферро «В кабинете психоаналитика», которая, когда-то, помогла мне лучше понять динамику аналитического поля на сессиях (и послужила вдохновением для создания нашей издательской марки):

Метафора двух мельниц

В тот самый момент, когда поле оформляется, оно становится пространством-временем интенсивных эмоциональных возбуждений, в виде скопления β-элементов, которые, запуская и активируя α-функцию, начинают трансформироваться в α-элементы, то есть в основном в «визуальные образы» (Bion, 1962). И неважно, в чем эти образы воплотятся: в рассказе пациента, в reverie или контрпереносе аналитика. Это описанное Бионом возникновение образов — результат сложных трансформаций, которые вместе с Бецоари мы попытались выразить с помощью метафоры мельниц (Bezoari, Ferro, 1992а): я привожу ее здесь в сжатом виде.

На аналитическом сеансе сталкиваются две α-функции: рассказ пациента (анекдоты, факты, воспоминания) — испытание для α-функции аналитика, которая будет вовлечена в процесс альфабетизации/семантизации коммуникации пациента. На аналитическом поле наиболее сложную работу можно выразить с помощью метафоры двух мельниц: одной — ветряной (для слов), а второй — водяной (для проективных идентификаций). В эти мельницы мы помещаем большие мешки с зерном (β-элементы) на помол, там они сначала превращаются в муку (α-элементы), а затем замешиваются в тесто и запекаются (онейрическое мышление наяву).

Между мельницами проходит оживленный обмен мешками (обмен сопровождается проективными идентификациями), обычно большая часть мешков передвигается в направлении от пациента к аналитику, за исключением тех моментов, когда последний закрыт или перегружен, — тогда поток мешков изменяет свое на правление на противоположное (Ferro, 1987; Borgogno, 1992, 1994а).

Часто коммуникационный материал пациента настолько сырой, что в буквальном смысле нуждается в фильтрации, переработке с помощью молотилки, чтобы отделить зерно от шелухи, и задача α-функции состоит в том, чтобы эти элементы постепенно становились все более перемолотыми. Большая часть коммуникаций конкретного пациента (не переработанные, сырые коммуникации) передвигается по полю открыто (с помощью слов) или скрыто (проективные идентификации), и лишь небольшая доля коммуникаций появляется уже в трансформированном α-функцией пациента виде. После дальнейшей обработки аналитика образуется новая мука, и на сцену выступят «функциональные агрегаты» — результат психической работы обоих участников по проговариванию всего того, что происходит в поле и в паре.

#АнтониноФерро #Книга_В_кабинете_психоаналитика

Редакторское

Социальная защита реализуется через такие процессы, как расщепление, проекция и интроекция — термины, используемые теоретиками и практиками школы объектных отношений в психоанализе. Медсестры в больнице, описываемой Мензис, чувствовали тревогу и стресс, помогая больным пациентам, которые могли умереть, и часто занимались задачами, которые «по обычным стандартам являются неприятными, отвратительными и пугающими». Испытывая одновременно и сострадание, и отвращение и будучи неспособными поддерживать оба чувства в равновесии и непрерывности, медсестры прибегали к деперсонализации, избавляя себя от противоречий. Отделяя ощущение личного влияния и полномочий от собственного опыта и проецируя его на социальную защиту — например, на ритуал выдачи лекарств, — они снимали с себя ответственность за переживания пациента. Они просто следовали правилам и больше не нуждались в том, чтобы чувствовать персональную связь со своими задачами и с достигаемым в результате благополучием своих пациентов. Как ритуал, та или иная практика ухода стала самоцелью, а не средством оказания помощи больным людям. Наконец, медсестры психологически восприняли или «интроецировали» новый статус ритуалов, чтобы оправдать свое деперсонализированное отношение к пациентам. Они будили пациентов независимо от необходимости, потому что им, как исполнителям важного правила, было приказано это сделать. Таким образом, через взаимосвязанные процессы расщепления, проекции и интроекции медсестры передали и индивидуально, и коллективно власть ритуалу, который, в свою очередь, позволил им вести себя деперсонализированно. Вместо того чтобы реагировать на конкретных пациентов с учетом контекста, они всего лишь выполняли приказы. Посредством процессов расщепления, проекции и интроекции они позволили практике, которую они когда-то создали, доминировать над ними.

#ЛарриХиршхорн #Книга_Внутри_рабочей_среды_Психодинамика_организационной_жизни

Редакторское

Если бы мы были художниками, было бы проще. Художники не ограничены абстрактной вербальной коммуникацией. Но мы и есть художники, предполагает Бион; или, по крайней мере, мы должны иметь смелость использовать наши способности художника — в конце концов, разве не все мы сновидим и ночью, и днем? разве не все мы сочиняем поэзию психики, о которой говорит Фрейд (Freud, 1891) в своей книге об афазиях? Разве не все мы непрерывно трансформируем «сенсориальность» в образы, звуки, цвета, всевозможные пиктограммы, аудиограммы, ольфактограммы и т. д., а затем монтируем эти фрагменты в нарративы, картины, ольфакторные мелодии, музыкальные запахи и тому подобное? Поэтому наше «ателье» должно находиться в творческом беспорядке в той максимальной степени, которую мы способны выдержать, будучи уверенными, что тогда тени и формы оживут. Если мы обнаружим, что не способны на это, то да, это будет печально. Мы должны прийти к выводу, пишет Бион своим типичным безапелляционным и спокойным тоном, который оставляет нас убежденными и озадаченными, что мы занимаемся не тем делом.

Весь парижский семинар [Биона] посвящен проблеме того, как трансформировать невидимые эмоции в эмоции, которые можно нарисовать, понюхать, попробовать на вкус и потрогать. Цвета, чувства, эмоции, желания: вот лексикон живого опыта. Пациент приходит на анализ либо потому, что он ничего не чувствует и поэтому отрезан от витальной силы своей жизни, либо потому, что его обуревают слишком сильные эмоции, которые каждый раз повергают его в растерянность. В обоих случаях он не способен придать личный смысл тому, что с ним происходит. Правда существования ускользает от него. Не «научная» или рациональная правда, а эмоциональная. Но правда о себе, которую может предложить ему аналитик, даст ему ощущение радости и полноты жизни только в том случае, если она является плодом совместной работы, только если она проистекает из сердечного согласия. Как достичь этой правды и как рассказать о ней, что одно и то же, — вот проблема, с которой постоянно сталкивается аналитик.

#АнтониноФерро #ДжузеппеЧивитарезе #Книга_Аналитическое_поле_и_его_трансформации

Итак! В продажу вышла самая долгожданная психоаналитическая книга этой осени (и самая яркая): пронзительное интервью паст-президента IPA Стефано Болоньини, которое он дает мастеру задавать сложные вопросы Луке Николи, — «Фрейд и меняющийся мир. Психоанализ современности и его проблемы».

Книга совсем современная, опубликована в Италии в 2022 году и сейчас в сентябре 2024-го выходит на русском и на английском языках (пользуясь случаем, передаю привет Karnac Books).

Чтобы представить книгу читателям, я решил привести слова о ней известного американского психоаналитика (которого я очень уважаю) Томаса Г. Огдена:

Стефано Болоньини и Лука Николи представляют глубокий и прекрасно изложенный обзор современной психоаналитической теории и практики. Болоньини — один из ведущих мыслителей-аналитиков нашей эпохи, а также талантливый преподаватель; Николи — проницательный собеседник, задающий актуальные вопросы. Доступным языком, свободным от технических терминов и клише, Болоньини описывает свой взгляд на основные аналитические концепции, такие как бессознательное, аналитическое поле, перенос, контрперенос, гендер и селф. В оживленном диалоге с Николи он демонстрирует свой способ воплощения этих концепций в аналитическом опыте и в современном аналитическом диалоге. Эта книга станет незаменимым чтением как для тех, кто только начинает заниматься аналитической практикой, так и для опытных терапевтов и психоаналитиков.

Команда проекта: Оксана Гончарова (перевод, корректура), Алена Асеева (редактура), Дмитрий Селиванов (научная редактура), Мария Гусева (дизайн обложки и форзацев, верстка).

Огромная благодарность команде!

Купить бумажную книгу на Ozon:
https://www.ozon.ru/seller/beta-2-alpha-676592/

Купить бумажную книгу на Яндекс Маркете:
https://market.yandex.ru/business--beta2alpha/43114660

Купить цифровую версию на WB:
https://digital.wildberries.ru/author/1693295

Редакторское

Бион осуществляет систематическую деконструкцию принципов классического психоанализа, однако это не означает, что он хочет его разрушить, напротив, он стремится выявить невыраженный потенциал и развить идеи, оставшиеся на полях. В напряженной критической конфронтации с Фрейдом он не только предлагает, но и показывает, насколько важно иметь психическую ориентацию («вертекс») открытости новому, не попадая в плен «религиозного» видения.

В своей итальянской версии аналитическая теория поля подхватила этот радикальный и вместе с тем строгий дух Биона. БТП представляет собой поле исследования, которое априори отказывается, по крайней мере, с учетом своей специфики, заключать аналитические факты в жесткие исторические или внутрипсихические рамки. Напротив, она питает намерение раскрыть при встрече с пациентом историчность настоящего, способ, при помощи которого отношения формируются мгновение за мгновением, начиная с тонкой игры идентичности и дифференциации, сближения и дистанции. Этот принцип резонирует с потребностью, которую в какой-то момент испытывает Бион, говорить не о бессознательном, а о «бес-сознанном», заменяя существительное глагольной формой, чтобы лучше уловить процессуальность, становление.

Внимание в анализе смещается с содержания на функции, со что на как. Исследование касается больше формирования значений, чем значений как таковых. Глубокое постижение определений общего бессознательного поля, которое структурируется при каждой встрече на уровне и тел и психик, подразумевает изучение постоянно присутствующего горизонта смысла. Для краткости мы иногда называем эту модель интерсубъективной. Это определение полезно, но может ввести в заблуждение, если мы сделаем акцент на второй части составного термина — чтобы подчеркнуть, что существуют два взаимодействующих субъекта, которые чем-то обмениваются, — а не на inter (между) как на место, где происходит анализ. То же самое касается термина «реляционный». Фактически аналитик смотрит уже не на пациента, а на пациента вместе с самим собой: он проживает это так, будто вовлечен в совместное путешествие.


#АнтониноФерро #ДжузеппеЧивитарезе #Книга_Аналитическое_поле_и_его_трансформации