Лебедев про мозг

По Попперу, рассуждения Деннета лишены научного смысла из‑за их нефальсифицируемости, что делает их лженаучными.

Изгоняя гомункула, Деннет предлагает модель множественных набросков, однако в текстах вроде «Сознания объяснённого» он фактически заменяет одного гомункула легионом микро-гомункулов.

Эта модель не даёт предсказаний, которые можно было бы опровергнуть: любое переживание объясняется либо победой, либо конкуренцией набросков.

Перед нами герменевтическая схема, а не эмпирическая теория, — а значит, с попперовских позиций она является лженаучной.

Ценность Деннета заключается в отказе от картезианского театра и в методологической трезвости, однако с точки зрения критерия демаркации Поппера он не изгнал гомункула, а лишь переименовал его, так и не предложив критериев фальсификации.

#деннетт

Супервентность — это такая философская штука, которая пытается объяснить, как одно зависит от другого, но без грубой причинности. Звучит солидно, но на деле это просто жонглирование словами на постном масле. Представьте: вы говорите, что ментальное супервентно на физическом. То есть нет двух одинаковых физических миров с разной психикой — изменение в психике обязательно тянет за собой изменение в физике. И всё. Никакого «как именно», никакого механизма. Просто постное масло: скользко, бесполезно, а есть нельзя. Супервентность не объясняет, почему сознание возникает из нейронов, она лишь декларирует, что они не разбегаются в разные стороны. Это как сказать: «Рисунок на скатерти супервентен на расположении нитей» — да, спасибо, но как именно нити складываются в узор, вы так и не рассказали. А когда просят объяснить душу или каузальную силу, супервентность смахивает с тарелки остатки и делает вид, что это полноценный обед. Ерунда, потому что вместо решения проблемы она даёт тавтологию: если нет физических различий, то нет и ментальных. А если есть? Тогда супервентность просто не при чём, и масло кончилось.

#супервентность #чушь

Супервентность — это отношение между двумя множествами свойств, при котором свойства верхнего уровня (ментальные) полностью определяются свойствами нижнего уровня (физическими).

Четкое определение звучит так: ментальные свойства супервентны на физических, если не может быть двух совершенно одинаковых физических состояний, которые различались бы своими ментальными характеристиками.

Если мы гипотетически создадим точную физическую копию вашего мозга, эта копия по закону супервентности будет обладать точно такими же мыслями и переживаниями.

Философам этот термин понадобился ради одной конкретной и очень прагматичной цели — легитимизировать нередуктивный физикализм. Это позиция, которая пытается усидеть на двух стульях: остаться на стороне науки, но при этом защитить уникальность сознания.

До появления этого понятия у материалистов было две крайности. Первая — редукционизм, или теория тождества, утверждающая, что мысль — это и есть физический процесс, например, возбуждение определенных волокон. Но эту идею разбивает аргумент о множественной реализации: радость или боль могут испытывать и человек, и осьминог, и робот, хотя их физическое устройство принципиально отличается, а значит, свести ментальное состояние к одной конкретной биологической схеме нельзя.

Вторая крайность — дуализм, который признает независимость сознания от тела, но тем самым полностью порывает с современной научной картиной мира.

Супервентность стала компромиссом и спасательным кругом. С одной стороны, она утверждает онтологический приоритет физического мира — сознание жестко контролируется материей и не может парить в воздухе само по себе. С другой стороны, она избавляет от необходимости жестко приравнивать сознание к физике. Ментальные свойства оказываются зависимыми от физического базиса, но не сводимыми к нему напрямую.

Это позволило философам заявить, что можно быть полноценным материалистом, признавать главенство физики и законов природы, но при этом официально считать психологию и субъективный опыт самостоятельными ценными феноменами.

#супервентность #сознание

Концепция философского зомби, предложенная Дэвидом Чалмерсом, представляет собой мысленный эксперимент, направленный против физикализма — убеждения, что все существующее в мире, включая сознание, можно полностью объяснить физическими процессами в мозге.

Философский зомби — это гипотетическое существо, которое физически абсолютно идентично обычному человеку. У него точно такое же устройство мозга, те же нейронные связи, он точно так же реагирует на внешние раздражители. Если уколоть его иголкой, он вскрикнет и отдернет руку, если спросить его о самочувствии, он поддержит беседу и скажет, что все в порядке.

Однако, в отличие от нас, этот зомби полностью лишен субъективного внутреннего опыта, который философы называют квалиа. У него нет внутреннего кинотеатра, он не чувствует боли как внутреннее переживание, не ощущает теплоту солнечного света и не испытывает радости, хотя его поведение и биологические процессы говорят об обратном. Вся его активность происходит в абсолютной ментальной темноте.

Суть аргумента Чалмерса заключается в логической возможности существования такого существа. Если физикализм верен, то сознание должно автоматически рождаться из определенной конфигурации материи, а значит, физически идентичный нам двойник просто обязан обладать сознанием. Но если мы можем непротиворечиво представить зомби, у которого есть физическая структура, но нет сознания, то из этого следует, что сознание не является неизбежным следствием физических процессов. Таким образом, сознание представляет собой нечто большее, чем просто работу нейронов, и для его объяснения требуются новые фундаментальные законы природы, что выводит проблему субъективного опыта за рамки чистого материализма.

Дэвид Чалмерс проводит фундаментальное различие между «легкими проблемами» сознания и «трудной проблемой».

Легкие проблемы касаются объяснения когнитивных функций, таких как интеграция сенсорной информации, вербальные отчёты или фокусирование внимания.

Трудная же проблема заключается в том, почему и каким образом все эти физические процессы сопровождаются субъективным, внутренним переживанием.

Чалмерс перечисляет основные нейрофизиологические и когнитивные подходы, которые активно разрабатываются для объяснения сознания, но, по его мнению, они не решают трудную проблему, поскольку все они по сути являются попытками объяснить лишь функциональную структуру.

К таким подходам относятся, например, модели, связывающие сознание с глобальной доступностью информации, когда некий контент становится широко доступным для различных когнитивных систем, включая речь и поведение. Другой подход — это теория высшего порядка, согласно которой ментальное состояние становится сознательным, если оно само является объектом другого метарепрезентативного состояния. Третий пример — различные нейронные корреляты сознания, например, поиск специфических паттернов активности в таламо-кортикальной системе, таких как синхронизированные осцилляции в диапазоне 40 Гц. Также он упоминает подходы, делающие акцент на глобальной рабочей памяти и её роли в интеграции информации.

Почему эти подходы не решают трудную проблему? Чалмерс утверждает, что все они, как бы успешно ни объясняли функции и поведение, не объясняют возникновение самого субъективного переживания.

Каждый такой подход описывает некую структурную или динамическую особенность обработки информации, но оставляет открытым вопрос: почему эта обработка вообще должна сопровождаться ощущением, а не происходить «в темноте», как в сложном зомби, функционально идентичном человеку, но лишённом внутреннего мира? Другими словами, из объяснения того, как нечто работает, логически не вытекает, почему это нечто имеет чувственную сторону.

Чалмерс называет это «аргументом от невозможности редуктивного объяснения»: любое чисто функциональное или физикалистское описание оставляет разрыв между объективными процессами и субъективным опытом.

Чалмерс делает вывод, что трудная проблема принципиально не решается в рамках стандартного редуктивного материализма.

Взамен Чалмерс предлагает пересмотреть фундаментальные онтологические допущения науки. Он выдвигает гипотезу, что сознание является фундаментальным, нередуцируемым свойством мира, подобным массе, заряду или пространству-времени. То есть физика описывает структурные и динамические отношения между сущностями, но феноменальное сознание — это дополнительное, базовое свойство некоторых физических систем.

Наиболее разработанная версия этой идеи — так называемый «натуралистический дуализм» или, точнее, «свойственный дуализм» (property dualism), где сознание не есть отдельная субстанция, но фундаментальное свойство, которое не выводимо из микрофизических свойств, хотя и закономерно с ними связано.

В качестве теоретической рамки Чалмерс предлагает принцип структурного соответствия, согласно которому структура феноменального опыта изоморфна структуре информационных процессов в мозге, а также идею о том, что сознание может быть связано с физическими системами через особые психофизические законы.

В рамках этого подхода он рассматривает возможность того, что любая система, реализующая определённый тип информационной интеграции (например, согласно теории интегрированной информации Джулио Тонони), обладает сознанием. Таким образом, вместо того чтобы пытаться редуцировать сознание к нейронным механизмам, Чалмерс предлагает включить сознание в научную картину мира как первичный, фундаментальный элемент, что, по его мнению, позволяет признать реальность трудной проблемы и одновременно дать ей теоретическое место в природе.

#сознание #чалмерс

Давид Израилевич Дубровский разработал оригинальную информационную теорию сознания, известную также как информационный подход к проблеме связи сознания и мозга.

Он начал формулировать свою концепцию еще в 1960-х годах, задолго до того, как похожие идеи получили широкое распространение в западной аналитической философии.

В основе его теории лежит идея о том, что любое явление субъективной реальности, будь то мысль, чувство или желание, представляет собой информацию, данную индивиду в непосредственном виде. При этом информация принципиально нематериальна, но она не может существовать сама по себе, без материального носителя. В человеческом организме таким носителем выступают специфические нейродинамические системы головного мозга, а связь между мыслью и мозговым процессом трактуется как отношение между информацией и ее конкретным кодом.

Этот подход предлагает оригинальное решение проблемы психической причинности, объясняя, каким образом идеальная мысль способна управлять материальным телом. Согласно Дубровскому, управляющие системы организма реагируют не на физико-химические характеристики мозгового носителя как таковые, а именно на смысл и содержание заложенной в нем информации. Таким образом, реализуется информационная причинность, которая запускает соответствующие поведенческие акты и физические действия.

Концепция Дубровского опирается на функциональное понимание информации, согласно которому она возникает и функционирует исключительно на уровне сложных, самоорганизующихся и самоуправляемых систем.

В советский период эта теория становилась объектом острой идеологической критики со стороны представителей ортодоксального марксизма, обвинявших Дубровского в редукционизме и отходе от материалистических догм.

#сознание

Джерри Фодор (1935 — 2017) был одним из самых влиятельных американских философов науки, когнитивистов и лингвистов.

Его фундаментальные идеи во многом заложили основу для современной философии сознания и когнитивной психологии, а главным направлением его работы стала концепция того, что человеческий разум устроен подобно компьютеру.

В рамках своей приверженности функционализму, который наглядно отражен в его статье 1981 года, Фодор популяризировал взгляд на сознание как на программное обеспечение, в то время как мозг выступает в роли аппаратного обеспечения. Такой подход позволил обойти ограничения жесткого материализма, утверждая, что физический носитель, будь то биологические нейроны или кремниевые платы, не имеет решающего значения, если система успешно выполняет аналогичные вычислительные функции.

Другим важнейшим его достижением стала концепция модулярности сознания, сформулированная в одноименной книге 1983 года. Фодор предположил, что психика человека состоит из независимых, узкоспециализированных и изолированных блоков, которые обрабатывают информацию автоматически и со сверхвысокой скоростью.

Также философ разработал гипотезу языка мысли, согласно которой базовые ментальные процессы протекают не на естественных языках, а на врожденном внутреннем коде, называемом менталезе. Мышление в этой парадигме представляет собой манипуляцию символами по строгим логическим правилам, которые переводятся на человеческий язык лишь на этапе формулирования мысли.

В академическом сообществе Фодор был известен не только своими глубокими теоретическими трудами, но и ярким, порой едким чувством юмора, а также непримиримой позицией в дискуссиях с бихевиористами и сторонниками жесткого эволюционного подхода к психике.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Фодор,_Джерри

Джерри Фодор «Проблема сознания» (The Mind-Body Problem): Scientific, 1981

Фодор начинает с того, что проблема сознания — это вопрос о том, как нематериальные ментальные состояния, такие как мысли и желания, могут причинно воздействовать на физические процессы в теле, и наоборот.

Он отвергает классический дуализм, потому что тот не может объяснить, как нематериальная душа толкает материальное тело без нарушения физических законов, например закона сохранения энергии.

Затем он рассматривает материалистические теории. Бихевиоризм, по его мнению, ошибочно отрицает существование внутренних ментальных состояний, сводя психику только к внешним реакциям.

Теория тождества, которая утверждает, что каждое ментальное состояние буквально является состоянием мозга, слишком ограничена: она не позволяет приписать сознание существам с иным биохимическим устройством, например марсианам на кремниевой основе или правильно запрограммированным машинам.

В качестве лучшей альтернативы Фодор предлагает функционализм, заимствованный из когнитивных наук и ранних компьютерных метафор. С точки зрения функционализма, ментальное состояние определяется не тем, из чего оно сделано, а его причинно-следственной ролью: как оно связывает сенсорные входы, другие внутренние состояния и поведенческие выходы.

Это похоже на программное обеспечение. Благодаря такому подходу сознание логически возможно у любых систем — человека, робота или даже бесплотного духа, — если их функциональная организация одинакова.

https://www.scientificamerican.com/article/the-mind-body-problem/

Джон Хорган, много лет пишущий о проблеме сознание-тело, задумался о происхождении самого выражения «mind-body problem».

Эта терминология начала активно использоваться в английском языке в период с 1910 по 1925 год, а самый ранний найденный им письменный источник относится к лекции американского ученого Феликса Адлера 1879 года. Адлер, вероятно, заимствовал этот термин у немецких коллег, которые к середине девятнадцатого века уже использовали такие понятия, как «Körper-Seele Problem» или «Leib-Seele Problem», что примерно переводится как проблема тела и души.

Однако задолго до появления самого термина мыслители размышляли примерно над этой же загадкой.

Часто эту первенство приписывают Декарту, но, согласно Оксфордскому справочнику, он осознал всю глубину проблемы лишь после того, как в 1643 году принцесса Елизавета Богемская указала ему на неё в письме.

Ещё раньше, в четвертом веке до нашей эры, через диалоги Платона эту проблему сформулировал Сократ. Сидя в тюремной камере, он критиковал философов, которые объясняют всё через физические вещи вроде воздуха, воды и эфира. Например, в тюрьме Сократ сидит в согнутой позе из-за сокращения и расслабления своих мышц и костей. Но истинная причина заключается в его решении остаться и принять приговор, потому что он считает это более правильным. Без костей и мышц он не мог бы осуществить своё намерение, но утверждать, что они являются причиной его поступка, значит странно путать причины и условия. В этом Сократ и видит суть проблемы «тело-разум»: мы являемся физическими телами, но нашими действиями руководят не только физические силы, но и чувства долга, понятия о добре и зле, которые невозможно свести к физиологии.

Хотя с тех пор наука далеко ушла вперёд и теперь объясняет разум через нейроны и гормоны, эта проблема по-прежнему порождает странную путаницу и, что хуже, равнодушие.

Хорган считает своей целью заставить людей осознать, что вопрос о том, что же мы такое на самом деле, является центральной тайной существования.

https://thestute.com/2018/03/23/who-invented-the-mind-body-problem/

Хотя сам термин «mind-body problem» (психофизическая проблема) оформился именно после Декарта, вопросы о соотношении души и тела, материального и идеального занимали философов с глубокой древности.

До Декарта эта проблема чаще всего рассматривалась через призму природы души и ее связи с физической оболочкой.

В античной философии одним из первых радикальный дуализм сформулировал Платон. В его понимании душа и тело — это две принципиально разные сущности. Душа бессмертна, принадлежит к вечному миру идей и временно заключена в смертную, материальную телесную оболочку, как в темницу. Платон считал, что тело лишь обременяет душу, мешая ей созерцать истину, а истинное познание возможно только тогда, когда душа пытается максимально отстраниться от телесных чувств.

Аристотель предложил совершенно иной взгляд, который позже назвали гилеморфизмом. Он попытался преодолеть платоновский разрыв, заявив, что душа и тело неотделимы друг от друга. По Аристотелю, тело — это материя, а душа — это форма живого тела, его организующий принцип, сущность и «актуализация» (энтелехия). Душа не может существовать без тела, точно так же, как способность видеть не может существовать отдельно от глаза. Для Аристотеля человек — это единая, целостная субстанция, а не две соединенные сущности.

В эпоху эллинизма атомисты, такие как Эпикур и Лукреций, подошли к проблеме с позиций чистого материализма. Они утверждали, что душа абсолютно материальна и состоит из тончайших, самых гладких и подвижных атомов. Соответственно, физическое тело и душа подчиняются одним и тем же законам природы, а со смертью тела душа просто распадается на составляющие ее атомы.

Христианские философы Средневековья пытались примирить античные концепции с религиозным догматом о бессмертии души и воскрешении во плоти. Августин Блаженный во многом опирался на неоплатонизм. Он определял душу как особую субстанцию, отличную от тела, которая управляет им. При этом Августин подчеркивал, что, несмотря на превосходство души, человек представляет собой именно союз души и тела.

Фома Аквинский в XIII веке переосмыслил философию Аристотеля в рамках христианского богословия. Он утверждал, что человеческая душа является формой тела, обеспечивая его жизнь и целостность. Однако, в отличие от классического аристотелизма, Фома доказывал, что человеческая разумная душа обладает способностью к самостоятельному существованию и сохраняется после разрушения материального тела.

В эпоху Возрождения мыслители также искали новые подходы. Например, Бернардино Телезио и Джордано Бруно развивали идеи панпсихизма и гилозоизма, согласно которым материя изначально жива и одушевлена, а значит, резкого разрыва между физическим и психическим в природе вообще не существует.

Таким образом, Декарт не придумал проблему из ничего, а радикализировал платоновскую традицию.

#сознание

Рецепторы мелатонина относятся к классу мембранных рецепторов, сопряженных с G-белками. При связывании с гормоном они активируют внутриклеточные сигнальные каскады, которые чаще всего приводят к снижению концентрации циклического аденозинмонофосфата (цАМФ) внутри клетки. Это, в свою очередь, изменяет активность различных ферментов и ионных каналов, переводит клетку в «ночной режим» работы и влияет на экспрессию так называемых часовых генов, которые управляют внутренними ритмами тканей.

Функции мелатонина:

1) Регуляция сна и циркадных ритмов: снижает температуру тела, замедляет метаболизм и вызывает сонливость, подстраивая организм к суточному циклу. Рецепторы расположены в головном мозге, особенно в супрахиазматическом ядре гипоталамуса, а также в сетчатке глаза.

2) Регуляция сердечно-сосудистой системы: способствует снижению артериального давления и частоты сердечных сокращений в ночное время. Рецепторы находятся в стенках кровеносных сосудов и в сердце.

3) Регуляция пищеварения: координирует ночную работу желудочно-кишечного тракта, замедляет его моторику и защищает слизистые оболочки. Рецепторы распределены в желудке и кишечнике.

3) Влияние на репродуктивную систему: регулирует темпы полового созревания и координирует половые циклы в зависимости от сезонной освещенности. Рецепторы присутствуют в гипофизе, яичниках и яичках.

4) Поддержка иммунитета: стимулирует защитные силы организма и оказывает противовоспалительное действие во время ночного отдыха. Рецепторы обнаружены в клетках иммунной системы (Т-лимфоцитах) и в селезенке.

5) Метаболическая функция: участвует в регуляции обмена веществ, массы тела и чувствительности к инсулину. Рецепторы расположены в жировой ткани и поджелудочной железе.

#мелатонин

В отличие от представлений Декарта, наука смотрит на шишковидную железу, или эпифиз, более прозаично. Эта железа не является прибежищем нематериальной души, а выполняет эндокринную функцию, работая как биологические часы организма.

Основная функция шишковидной железы заключается в выработке гормона мелатонина. Синтез этого вещества напрямую зависит от уровня освещенности. Когда сетчатка глаза регистрирует наступление темноты, эпифиз начинает активно выделять мелатонин в кровь, подготавливая организм ко сну. Гормон снижает температуру тела, замедляет обмен веществ и вызывает чувство сонливости.

Утром, когда на сетчатку снова попадает яркий свет, производство мелатонина практически прекращается, что помогает нам проснуться и чувствовать себя бодрыми.
Через это циклическое выделение гормона шишковидная железа регулирует циркадные ритмы, то есть наши внутренние суточные биологические часы. Она помогает организму адаптироваться к смене дня и ночи, а также к сезонным изменениям светового дня.

Эпифиз также оказывает влияние на репродуктивную систему, помогая синхронизировать половое созревание и половые циклы с общими ритмами организма.

#эпифиз #pinealgland

Рене Декарт построил свою философскую систему на разделении всего существующего мира на две совершенно разные основы, которые он назвал субстанциями. Под субстанцией он понимал то, что для своего существования не нуждается ни в чем другом, кроме Бога.

Всю сотворенную реальность он разделил на мыслящую субстанцию и протяженную субстанцию. Этот подход стал основой его знаменитого дуализма.
Мыслящая субстанция, которую ученый также связывал с душой или умом, обладает главным свойством, или атрибутом — мышлением. Для Декарта мышление включает в себя не только логические рассуждения, но и сомнение, понимание, утверждение, отрицание, желание, воображение и чувства. Эта субстанция нематериальна, она не имеет веса, формы, ее нельзя измерить или разделить на части.

Именно через анализ мыслящей субстанции Декарт пришел к своему фундаментальному выводу о том, что если человек мыслит, то он существует.

Протяженная субстанция — это весь материальный мир, включая физические тела, планеты и человеческие организмы. Главным атрибутом этой субстанции является протяженность в пространстве. Это значит, что любая материальная вещь имеет длину, ширину, глубину, занимает определенное место и может быть разделена на сколь угодно мелкие части.

В отличие от ума, материя полностью лишена сознания, свободы воли и цели. Декарт рассматривал материальный мир как гигантский механический автомат, действующий строго по законам физики и геометрии.

Главная трудность концепции Декарта, над которой до сих пор ломают голову философы, заключалась в вопросе о том, как вообще эти две независимые субстанции могут взаимодействовать в человеке. Если душа не имеет физических характеристик, а тело является лишь механизмом в пространстве, как наши мысли заставляют нас двигать рукой, и как физическая травма вызывает душевную боль.

Декарт пытался решить эту проблему физиологически, утверждая, что местом встречи души и тела является шишковидная железа в мозге. По его мнению, именно там тончайшие частицы крови, которые он называл животными духами, передают импульсы от тела к душе и обратно. В его понимании это работало как сложный психофизический узел, связывающий две принципиально разные природы в единого живого человека.

#сознание #дуализм #декарт

Из рубрики «Художественная фотография»

Вид из окна накануне грозы.

#художественнаяфотография

Как и было обещано, рассказ о конференции в Самаре.

Первая презентация там была моя:

https://youtu.be/NwKscGpqryk?is=YugSdErqrkjtExx_

И это было о нейрональной доктрине против нейросетевой доктрины, что иногда изображают как некое реальное противостояние.

Здесь могут возразить, что проблема выеденного яйца не стоит, но все же до сих пор эти вопросы обсуждаются в разных формах, с привлечением ИИ в том числе.

За 30 минут я привел некоторые примеры и набросал схемы. Но этот доклад нужно дальше оттачивать, чем я и буду заниматься в ближайшие недели.

#bcisamara

Из рубрики «Марсианские хроники»

#марсианскиехроники

Оценили

Как тебе такое, Том Оксли?

Между тем в телевизоре