Эрик Принс и Modern Warfare (часть I)

– Начало
– Часть I
– Часть II
– Часть III

До момента начала российско-украинского конфликта я весьма наивным образом полагал, что западная военная мысль располагает неким превосходящим масштабы нашего восприятия аналитическим и интеллектуальным ресурсом, способным адаптироваться к самой тяжелой обстановке – и быть на шаг впереди противников. Опыт двух войн с Ираком внушал всем сторонним наблюдателям, погруженным в тему, своего рода ужас – сама мысль о противостоянии столь могущественным и хорошо организованным структурам военного управления казалась безумием.

Тем не менее, дальнейший ход развития событий показал нам иную картину. Монструозные военно-политические западные think-tank продемонстрировали абсолютную некомпетентность и недееспособность даже в идеальных условиях сотрудничества с Украиной – не говоря о более сложных вопросах, касающихся, скажем, анализа возможностей российской военной промышленности (в чем они провалились полностью, хотя это базовая задача для организаций подобного типа).

Рассуждения «пса войны» Эрика Принса о сущности и характере украинской войны – подтверждение факта глубоко кризиса и даже деградации западной военной аналитики. Самые мастистые эксперты США не способны составить объективной и комплексной картины происходящего, оперируя исключительно пропагандистскими штампами о «децентрализации» и «вооруженном народе».

Посему, стоит более пристально рассмотреть его высказывания.

Децентрализация и распределение активов – один из наиболее часто встречающихся мифов, когда речь заходит об устойчивости и преимуществах украинской армии. Западные журналисты и аналитики превратили успехи украинской гражданской инициативы первых месяцев боевых действий в своего рода «рецепт успеха в вооруженной борьбе против диктатуры». Отрицать сам факт такого явления и определенной его результативности было глупо – ибо волонтеры, доставлявшие боеприпасы в медицинских машинах, или же диверсанты ГУР, которые мимикрировали под гражданских, действительно вносили свою лепту в ход боевых действий.

Но это был лишь вспомогательный, незначительный по сути своей элемент, который поддерживал и подкреплял действия более чем централизованной военной машины в лице армии в несколько сотен тысяч человек, которая в первый же месяц конфликта провела три волны мобилизации.

Украина – не некая вырванная из контекста «европейская страна». Это совсем еще свежий осколок циклопической военной машины Советов: территория, на которой в прошлом веке потенциально могла вестись Третья Мировая война. Территория, которую к этой войне тщательно готовили.

Украина – страна с избыточным резервом критической инфраструктуры. Страна, чей мобилизационный ресурс широко представлен не некими «волонтерами» и «добровольцами», а людьми, которые прошли советскую срочную службу. Страна, чьей армией руководят генералы, воспитанные в советских военных университетах – и да, это тоже важно, ведь они имеют определенный менталитет и закалку, которых нет у представителей других армий.

Это не страна «децентрализованной гражданской инициативы». Это советский военный каток, который соответствующим образом стал действовать с момента, когда раздался первый выстрел этой войны.

@atomiccherry 💯