По случайности забредя на канал товарища @tyrasbaibak, наткнулся на весьма любопытные данные о рождаемости в КНР за 2020 год.

Они, в свою очередь, навели меня на формирование весьма интересной мысли.

Почему мы еще никогда не рассматривали демографические удары как одно из средств гибридной войны?

По умолчанию принято считать, что Китай довольно безболезненно перенес «коронакризисный» 2020 год. Смертность от заболевания была низкой, экономика не потеряла обороты... однако безумно упавший коэффициент рождаемости до 1,30 единиц указывает на обратное (самый низкий с 1949 года, не считая голода 1960-1961 годов). В КНР родилось на 2,65 миллионов меньше младенцев, чем в 2019 году – а это отнюдь не мелочь, учитывая, что население Китая стареет быстрее, чем в Европе и США.

Причем тут гибридные войны, спросите вы?

Суть состоит в следующем – постиндустриальный мир вообще не склонен плодиться и размножаться. Это касается абсолютно всех стран вне зависимости от нации и вероисповедания – как только страна пересекает условный порог достатка и приходят молодые, постиндустриальные поколения общества, то рождаемость начинает становиться настоящей проблемой. При этом страны не становятся менее зависимыми от человеческого ресурса – люди это как минимум рынок сбыта и рабочий персонал, они в любом случае необходимы, и необходимы в больших количествах.

Если вкратце проанализировать демографические показатели КНР за последние годы, то уже с «бэби-бума» 2016 года (когда были отменены ограничения на количество детей в семье) мы увидим интересную вещь – коэффициент рождаемости постепенно падал в течение каждого года.

Это свидетельствует о том, что Китай становится типичной постиндустриальной страной, и, возможно, в перспективе его будет ждать участь развитых азиатских государств с их чрезвычайно низкой рождаемостью (как, например, случилось с Японией и Южной Кореей).

В свою очередь, рождаемость в постиндустриальных странах – это сплошная уязвимость. По ней бьет абсолютно все, что только может ударить – экономические кризисы, политическая нестабильность, внешние угрозы и так далее.

Какой из этого можно сделать вывод?

Демографические удары – это реальное оружие. Можно терроризировать противника постоянной напряженностью, в буквальном смысле убивая сотни тысяч, а то и миллионы его будущих граждан – и при этом не делать не единого выстрела. По сути, это инструмент подрывной деятельности на территории оппонента, который рассчитан на воздействие в долгосрочной перспективе.

По приведенному выше примеру Китая видно, что даже стабильная экономика не может остановить процесс демографического удара – направленное на КНР международное давление внешне не отразилось на стране, но изнутри существенно подстегнуло процесс падения рождаемости (который хоть и имел место быть, но, судя по всем признакам, существенно ускорился).

В отдельных случаях, впрочем, можно использовать во благо и обратный процесс – увеличение рождаемости вызывает спрос на стабильность (логично, ведь ни один родитель не хочет растить своих детей в неблагоприятных условиях, тем более в детоцентристком постиндустриальном мире), и, соответственно, можно превращать избыток детей в проблему политико-экономического характера. Используя активное давление на страну-конкурента, следует подрывать его экономику, деморализуя общество – в конечном итоге, при качественно задействованной пропаганде оно обернет все свое недовольство в первую очередь против собственного правительства.

Пока даже и не знаю, что можно добавить ко всему уже сказанному – признаюсь, перспективы такого воздействия просто завораживают.

Скажу только то, что люди умнее меня уже давно разработали как минимум протостратегию демографического удара и успешно ее применяют... прямо сейчас.

@atomiccherry 💯 о #стратегия