За три до перешагивания полувекового рубежа решил стать модным и прогрессивным, поставив себе приложение Яндекс.Музыка (до этого не пользовался). Первая же рекомендация сервиса была следующая... Вот интересно, как это все работает?
Резюмирую по вчерашнему IAM : Звукан все-таки тяжеловат был для восприятия, но все мне говорили, что я не был на AILD, где, со слов посетивших, действительно, был плохой звук. Бейс очень гудит по 150-200, собственно этот гул и сохранился, а греческий звукач по ходу все во flat оставил. В принципе, в этом клубе можно было все сделать получше. Пит лажал по форме местами, но это это добавляло живого угара, особенно когда к нему бегали гитаристы и знаками показывали, что играть. Не суть, получил все что хотел - песни юности, под которые залипал по кругу в начале 90-х, повстречал всех, кого давно не видел. Классный концерт.
Общий смысл и связь с Лопушанским «Разрывая плоть от безысходности бытия» — это не просто песня о ядерной войне. Это песня о человеке, который создал знание, погубившее мир; о пророке, который видел бездну, но не мог её остановить; о Боге, который оказался ложным; о спасении, которое оказалось обманом. Трилогия Лопушанского дала Маше три ключевых образа, которые сплетаются в песне: Фильм Лопушанского - что взято в песню: «Письма мёртвого человека»: Подземелье, отравленные воды, Пророк без судьбы, письма иссохшими чернилами, ядерная война, дети-сироты «Посетитель музея»: Прилив и отлив, мусорные руины, ложная религия, отравленное море, «дебилы» как юродивые души «Русская симфония»: Лжепророчество Творца, ложный Бог, ложное спасение, воинство Антихриста как «спасение» Маша говорила, что у Лопушанского её больше всего поразила фраза о том, что человек — самое страшное, что видела природа. Вся песня — развёртывание этой мысли: человек познал тлен, создал ядерную войну, написал ложную книгу, пошёл за ложным спасением — и всё это не по злому умыслу, а от безысходности бытия. «Разрывая плоть» — это плоть самого человечества, которое рвёт себя на части от невозможности существовать иначе. И в этом — глубокая связь с предыдущими песнями альбома. В «Йди» Маша провожала мёртвого обрядом. В «На закате багрового солнца» — проклинала тех, кто развязал войну. Здесь — она смотрит на человечество глазами Ларсена: не с ненавистью, а с ужасом и бессилием. Пророк видит свет — но свет ведёт в бездну.
Строфа 6 (повтор). Приговор Пасть в забвенье в мусорных руинахСгинуть в пепле ядерной войныТакова свобода же отнынеУ Пророка нет своей судьбы Повтор — как приговор, обжалованию не подлежит. Строфа 3 (повтор) + Строфа 2 (повтор). Круг замкнулся Песня возвращается к началу: через боль Пророка виден свет — беги, пока не начался прилив. Круг замкнулся. Прилив всё равно начнётся. Бежать некуда.
Строфа 8. Жажда нового рождения Слепо уходя за лжеспасеньемНесмотря на хмарь погибших летТы же жаждешь нового рожденияПоколенья сумеречных бед «Лжеспасение» — у Лопушанского спасение всегда ложное: бункер в «Письмах» — не спасение, а консервация; религия в «Посетителе» — не спасение, а крик в пустоту; битва в «Русской симфонии» — не спасение, а служение злу. «Хмарь погибших лет» — сепиевый фильтр фильмов Лопушанского: «цвет словно выцвел из умирающего мира». «Жаждешь нового рождения» — Ларсен в «Письмах» ищет доказательства, что катастрофа — лишь этап, что человечество возродится. Он строит математические формулы, изучает сейсмографы — и не находит ответа. «Поколенье сумеречных бед» — дети-сироты из «Писем», поколение, рождённое в катастрофе. Смысл: человек слепо идёт за ложным спасением — но на самом деле жаждет только одного: чтобы всё началось заново. Нового рождения поколенья, которого не будет.
Строфа 7. Книга Агнца и лжепророчество Писанную чуждою рукоюКнигу безымянного АгнцаПротиворечиво и безмолвноВторит лжепророчество Творца «Книга безымянного Агнца» — Откровение Иоанна Богослова, Агнец Божий. Но Маша называет его «безымянным» — как будто подлинный текст утерян, а вместо него — подделка. «Чуждою рукою» — не Бог написал эту книгу, а кто-то другой. «Лжепророчество Творца» — здесь «Творец» — ложный, тот самый, о котором Маша говорила в интервью. В «Русской симфонии» Лопушанского герой собирает воинство во имя православия — и обнаруживает, что оно есть воинство Антихриста: ложное пророчество, выдающее себя за истинное. В «Письмах» дети-сироты, наученные пастором, записывают свою историю «в стиле Библии, называя книгу новым Исходом» — и это тоже подмена, человеческий текст, выдающий себя за священный. Смысл: священный текст, который ведёт человечество, — подделка, написанная чужой рукой. Пророчество Творца — ложно, и именно оно ведёт к гибели.
Строфа 6. Ядерный финал Пасть в забвенье в мусорных руинахСгинуть в пепле ядерной войныТакова свобода же отнынеУ Пророка нет своей судьбы «Мусорные руины» — прямая отсылка к визуальному миру Лопушанского: в «Посетителе музея» мир — огромная свалка, dumps of civilization. «Пепел ядерной войны» — «Письма мёртвого человека», ядерная зима, выжженная земля, смог от ядерного пожара, затянувший небо. «Такова свобода отныне» — ирония: свобода, к которой стремилось человечество, оказалась свободой погибнуть. «У Пророка нет своей судьбы» — Ларсен: учёный, познавший атом, не имел своей судьбы, его судьба была поглощена тем, что он создал. Он не выбрал оставаться с детьми — обстоятельства выбрали за него. Смысл: пророк не имеет судьбы — его судьба поглощена катастрофой, которую он не предотвратил. Свобода человека — свобода сгинуть в собственных руинах.
Строфы 4–5. Ложный Бог Но та ли доля твояЗадыхаться от смрада?Та ли воля и БогЧто собой ослеплял?В тех ли муках позналТы объятия адаЧто столетия мирЛишь собой насыщал? «Та ли воля и Бог, что собой ослеплял?» — у Лопушанского Бог не absent, но ложный: религия в «Посетителе музея» — крик отчаяния, а не спасение; в «Русской симфонии» правоверное воинство оказывается войском Антихриста. Маша в интервью прямо говорит: «Творец появляется в песне как ложный Творец, который обманул людей религией и псевдо-верованиями, которые не дают надежды на спасение, а могут лишь ослеплять и убивать». «Что столетия мир лишь собой насыщал» — человечество не просто губит мир, оно его пожирает: столетиями потребляет, разрушает, насыщается — и в итоге само становится жертвой своей же жадности. Смысл: Бог, которому поклонялось человечество, — ложный. Он ослеплял, а не вёл к свету. Ад, который человек познал, — это ад, который он сам создал, столетиями пожирая мир.
Строфа 3. Пророк Через боль Пророка виден светПознавшим путь во тьмуСошедшим через призму летВ немую бездну «Пророк» — ключевая фигура песни. У Лопушанского пророк — это не тот, кто предсказывает, а тот, кто видит правду и не может её отменить. Ларсен в «Письмах» — пророк задним числом: он создал атом, видел его последствия, но не предотвратил. Посетитель музея — пророк, который приходит в затопленный город замаливать грехи и впадает в исступление. «Через боль виден свет» — свет не спасает, а лишь освещает бездну. «Призма лет» — время как призма, преломляющая взгляд назад: через годы становится видно то, что было скрыто. «Немая бездна» — бездна, которая не отвечает. Смысл: свет виден только через боль пророка — и этот свет ведёт не к спасению, а в бездну.
Строфа 2. Беги, пока не поздно Беги, пока не начался приливВ немой пустыне средь могил, никчемных телОни такие же как ты, они — призванники судьбыСо смазанной строки иссохшихся чернил «Прилив» — из «Посетителя музея»: море то наступает, то отступает, обнажая затонувший город. Уйдёт вода — на 7 дней — и нужно успеть дойти до музея и вернуться, иначе смерть. «Немая пустыня средь могил» — дно отступившего моря, усеянное трупами цивилизации. «Призванники судьбы» — выжившие, которые не выбрали жить, а просто остались: у Лопушанского выживание — не подвиг, а случайность. «Иссохшие чернила» — письма Ларсена сыну, написанные в подвале: чернила высыхают, слова стираются, адресат мёртв. Смысл: беги, пока море не вернулось — но бежать некуда, вокруг только могилы, и ты такой же обречённый, как они.
Разбор по строкам Строфа 1. Подземелье Ларсена Разрывая плоть от безысходности бытияПод взором юродивых душ, заточенных в стенах вечного пленаПолзешь одиноко во тьму отравленных вод, в никудаОбъятый забвением познания тлена «Стены вечного плена» — подземелье музея из «Писем мёртвого человека», где выжившие заперты после ядерной катастрофы. «Юродивые души» — юродивый в русской традиции: безумец, блаженный, который видит то, чего не видят другие. У Лопушанского выжившие в подвале — каждый по-своему юродивый: одни строят планы новой цивилизации, другие пишут книги, третьи просто сходят с ума. «Отравленные воды» — радиоактивная вода, затопленные подвалы; в «Посетителе музея» отравленное море — главная декорация. «Познание тлена» — Ларсен, нобелевский лауреат, познавший природу атома, теперь познаёт тлен, к которому привело его знание. Смысл: человек в образе учёного, чьё знание погубило мир, ползёт в темноте подземелья сквозь отравленную воду — и осознаёт, что познание привело к тлену.
«Посетитель музея» (1989) Мир после экологической катастрофы. Море то наступает, то отступает, обнажая затонувший город. «Обычные» люди деградировали, утратили духовность, живут на свалке цивилизации. «Дебилы» — мутанты, уродливые, но невинные, как дети, — сохранили религию и молят Бога забрать их в рай. Главный герой приходит в затопленный музей, чтобы замолить грехи человечества — и впадает в религиозное исступление. «Русская симфония» (1994) Притча о Страшном суде в России 1990-х. Русский интеллигент собирает воинства всех веков на Последнюю Битву за торжество православия — и обнаруживает, что его воинство есть воинство Антихриста. Лжепророчество, подмена, ложное спасение.
Трилогия Лопушанского — ключ к песне Чтобы понять «Разрывая плоть», нужно знать три фильма, на которые она опирается. «Письма мёртвого человека» (1986) Учёный-физик Ларсен, нобелевский лауреат, переживает ядерную войну в подвале исторического музея. Жена умирает от лучевой болезни. Сын почти наверняка погиб. Ларсен пишет письма мёртвому сыну — попытка оправдать человечество перед самим собой, найти смысл в катастрофе. В финале он отказывается эвакуироваться в бункер и остаётся с больными детьми-сиротами в каталепсии, украшает ёлку из проводов, умирает на Рождество. Дети уходят в темноту ядерной ночи. Фильм вышел в год Чернобыля — и стал пророчеством.
«Разрывая плоть от безысходности бытия» — седьмая, предпоследняя ступень погружения человечества в бездну на альбоме «Кобь». Это ядерная война и самоуничтожение — финальная стадия, после которой остаётся лишь Исход. Но эта песня — больше, чем очередной этап концепции. Маша сама сказала: именно после просмотра трилогии Константина Лопушанского концепция альбома окончательно сложилась, а этот трек стал последним написанным. «These movies struck me to the core, since they perfectly described my views on what was happening around me, they resonated with my soul and settled there, I think, for the rest of my life. <...> the director's philosophy completely echoed my own». Маша хотела даже использовать кадры из фильмов Лопушанского в клипе на эту песню, но из-за творческих разногласий они в итоге сняли «Угасая».
Итак, далее. Вашему внимаю представляется самый сложный по смысловой нагрузке текст песни с альбома Кобь - "Разрывая Плоть От Безысходности Бытия". Тут ИИ немножко преврал с видением Юродивых, в песне это все же отностилось к Юродивым из второй ленты трилогии "Посетитель.." (кстати, первое рабочее название фильма было "Изгнание Из Ада"). Но опять же, смысл и контекст понимания и интерпритации первой киноленты и образов нахождения ИХ в НЕЙ ни грамма не изменен, и как вариант видения представлений ассоциативных картин ИИ - вполне себе имеет место быть, связующее звено не нарушено. На счет остального шокирована... как будто программа внедлилась мне в голову и считала все образы до последней капли. Страшно, на самом деле...
Общий смысл «На закате багрового солнца» — это песня-проклятие войне, написанная матерью и человеком, у которого война отняла близких. Три слоя работают одновременно: • Личный — боль матери, потерявшей ребёнка (часть 7), и человека, у которого война «отняла всё». • Ритуальный — четыре «Умирай!» как заклинание-кобь, обращённое к виновникам; «во земь йди» как отсылка к погребальному обряду из «Йди». • Философский — земля переживёт, а люди нет. Война — не случайность, а свойство человечества, «сотни лет оголяющего оскал». Закат — не конец одного дня, а закат цивилизации. В отличие от «Йди», где Маша проводила душу через обряд, здесь она сама — жертва и свидетель. Она не волхв, провожающий мертвеца, а мать, кричащая в тьму. И это, наверное, самая откровенная песня во всей дискографии «Арконы».
Часть 8. Скорбь снова заперта Скорбь моя не виднаЗаколочена! Заболочена! Повтор — как припев, как навязчивая мысль. Скорбь всё ещё заперта. Ничего не изменилось. Часть 9. Но земля очнётся Но погрязшая в крови земля через время очнется!Только мы сотни летОголяя оскал на кровавой веснеОставляем след глядя смерти в глазаНа закате багрового солнца Финал — и единственный проблеск. «Но» — ключевое слово: после всего мрака — одно «но». «Через время очнётся» — не сейчас, не скоро, но природа переживёт и это. Земля сильнее людей. А люди — «сотни лет оголяя оскал» — продолжают свой вечный цикл агрессии. «Глядя смерти в глаза» — не отворачиваясь, прямо: люди знают, что делают, и всё равно делают. «На закате багрового солнца» — финальная точка, название песни замыкает круг. Смысл: земля переживёт нас. Люди — нет. Мы умираем, глядя смерти в глаза, и закат — наш.
Часть 7. Колыбельная мёртвому ребёнку Спи, моё чадо под ворожье алое заревоСпи, моё чадо во мраке ночном под руинамиЯ обниму тебя нежными, теплыми дланямиНежно укрою от лютого, мёртвого холодаТолько не плачь! Только не плачь! Самый личный и самый страшный фрагмент. Маша — мать двоих детей, и в интервью она прямо говорила: «как матери двоих детей мне безусловно страшно смотреть в глаза суровой реальности». «Моё чадо» — не «ребёнок», а именно «чадо», архаичное, родовое. «Под ворожье алое зарево» — «ворожья» — колдовство, чары; алое зарево — снова кровь и пожар, но здесь оно как «колыбельная» — ребёнок засыпает под ним. «Во мраке ночном под руинами» — дом разрушен, ребёнок под обломками. «Я обниму тебя нежными, теплыми дланями» — «дланями», не «руками»: архаичный язык поднимает сцену до уровня мифа. Мать-Земля (или Мать-Родина) обнимает мёртвое дитя. «Нежно укрою от лютого, мёртвого холода» — холод смерти, который приходит после. «Только не плачь! Только не плачь!» — повтор, как заклинание: мать уговаривает не ребёнка, а себя — потому что ребёнок уже не может плакать. Смысл: колыбельная, обращённая к мёртвому ребёнку под руинами. Это не метафора — это образ, который Маша-мать не может не видеть, когда смотрит новости.
How can I read @arkonarussia without a Telegram account?
TGViewer shows the public web preview Telegram publishes for АRKONA -Life without censorship🗣: recent posts, photos, videos and the subscriber count, with no app, login or account.
How many subscribers does АRKONA -Life without censorship🗣 have?
АRKONA -Life without censorship🗣 (@arkonarussia) has 562 subscribers on Telegram, refreshed roughly every 30 minutes.
Does АRKONA -Life without censorship🗣 know I viewed it here?
No. Public channel previews carry no viewer identity, and TGViewer has no accounts or tracking of what you look up.
