Продолжаем.

ЧАСТЬ V (с): "Тихая деревня", резня в Лидице и сюрреальный перфоманс в Уэльсе (2)

Почти сразу именно из Лондона разносится весть о "резне в Лидице", там же организуется международная кампания "Lidice Shall Live!" ("Лидиц будет жить"), целый ряд населенных пунктов в Латинской Америке вдруг решает переименоваться в Лидиц (в ответ Гитлеру, который якобы лично настоял, чтобы запретили и вычеркнули из истории само название деревни - "Моя борьба: непримиримое сражение Фюрера против Малых Пиздюков").

В рамках этой кампании наш герой Хамфри Дженнингс делает кое-что особое - что не умещается ни в формат документального, ни художественного кино. Скорее - сюрреальный перфоманс плюс социальный эксперимент.

Фильм "Тихая деревня" (1943)

Итак, в Уэльсе находят маленькую шахтёрскую деревню Cwmgiedd (нет, я не уронил стакан с вискарем на клавиатуру, это реальное название), которую объявляют "духовным близнецом Лидица", и местных жителей заставляют принять участие в постановке, написанной по "документальным фактам" произошедшего в чехословацкой деревне. Т.е. люди играют самих себя, но в условиях воображаемой нацистской оккупации.

В начале показывают идиллический быт валлийцев, мирно и радостно живущих в своем уютном уголке, который нарушает вторжение немцев, полностью меняющее окружающую обстановку: они устанавливают новый график, заставляют всех регистрироваться в своем списке, без промедления казнят всех кто смеет не повиноваться, итд.

Сюрреалистичный аспект картины - В НЕЙ ВООБЩЕ НЕТ НЕМЦЕВ. Буквально. Вторжение изображает зловеще выглядящая нацистская машина с громкоговорителем рычащим приказы, и затемненными окнами, создающими впечатление будто она едет сама по себе. Когда людей расстреливают, слышны лишь выстрелы за кадром, потом уже показывают "трупы". По домашнему радио объявляют приказы оккупационных войск, а также перечисляют имена приговоренных к расстрелу, семьи сидят в комнате и слушают с обреченным видом. Фильм делает на этом акцент - радио превращается в персонажа и соучастника, врага прямо в доме (демо версия телекрана с Большим Братом)

Т.е. преподноситься это так, будто их атакует некая механизированная нечеловеческая цивилизация. Безликий и вездесущий "Скайнет". Фильм смотрится как научно-фантасический хоррор, эпизод из The Twilight Zone.

Кульминация картины - взрослое население ставят к стенке, они отважно поют песню на своем уэльском языке, после чего их расстреливают невидимые немцы за кадром. Стройный ряд женщин и детей уходит за горизонт, в концлагеря.

Такая вот "документалистика": реальная деревня (в Уэльсе) и реальные люди (местные, не актеры) воспроизводят реальные (?) события в Лидице (который ни один из них в глаза не видел) - но в совокупности всё это стопроцентная постановка с четкой политической целью. Можно ли считать данную работу - документальной? Формально - да. Её таковой и считают, более того - основополагающей классикой жанра, которую преподают в киношколах.

Дженнингс смотрит на данную историю описанным выше "Глазом Сюрреализма": открытым глазом - на реальность (городок в Уэльсе), закрытым (внутренним) - на Лидиц. Даже если учесть, что все описываемые события достоверны, очевидцев произошедшего на тот момент не было, и они творили опираясь на фантазию. На выходе получаем синтез по Бретону - "абсолютную реальность". Которой как бы нет, но она как бы есть, поскольку правдива в некоем "высшем метафизическом смысле".

В общем, после достаточной международной раскрутки произошедшего Лидице (а также всех сопутствующих репрессий после ликвидации Гейдриха) - Великобритания денонсировала Мюнхенский договор. Позорное пятно на английском костюме смыли - чешской кровью.

Немецкое гражданское население из Судет после войны полностью вычистили, десятки тысяч по ходу просто убили. Но об этом никто фильмов не снял. Не влезло в рамки "абсолютной реальности".