Оборотней в погонах не покажут в кино

Вчера в России отмечался День сотрудников уголовного розыска.

За многие годы работы в милиции и адвокатом мне приходилось встречать очень разных людей в правоохранительной системе. И среди сотрудников уголовного розыска действительно немало смелых, мужественных, самоотверженных, трудолюбивых, честных и порядочных людей, как и в других правоохранительных органах и силовых структурах.

Людей, которые работают ночами, рискуют собой, раскрывают тяжёлые преступления и иногда делают работу, о которой большинство из нас узнаёт разве что из кино.

Вот сегодня как раз о кино.

«Коммерсантъ» сообщил, что фильмы и сериалы, в которых сотрудники МВД, ФСБ, Следственного комитета или прокуратуры берут взятки либо участвуют в преступных схемах, могут перестать получать государственное финансирование.

Под ограничения, по данным издания, могут попасть и проекты о маньяках и серийных убийцах.

Причём никакого закона на этот счёт пока нет. Как утверждают источники «Коммерсанта», соответствующая позиция Минкультуры и Института развития интернета была доведена до представителей киноиндустрии в устной форме. Официального подтверждения такого правила пока не последовало.

И здесь есть тонкий момент.
Мне кажется, важно не путать уважение к профессии с попыткой показать профессию исключительно в положительном свете.

Коррумпированный следователь или оперативник в художественном произведении — это ведь не утверждение, что все следователи и оперативники коррумпированы.

Равно как фильм о враче-взяточнике не означает, что медицина состоит из взяточников.

Хорошее кино как раз часто строится на конфликте между честными и нечестными, сильными и слабыми, теми, кто соблюдает закон, и теми, кто его нарушает.

Тем более что коррупционные преступления сотрудников правоохранительных органов — это не выдумка сценаристов. По таким делам существуют реальные расследования и реальные приговоры.

Но есть и другая сторона вопроса. Государственное финансирование — это бюджетные деньги. И государство, разумеется, вправе устанавливать критерии, по которым оно решает, какие творческие проекты поддерживать за счёт налогоплательщиков.
И вот здесь, пожалуй, я скорее за очень тщательный контроль.

Потому что вопрос должен заключаться не только в том, есть ли в сценарии «плохой полицейский».
Гораздо интереснее другое: что именно мы финансируем, какого качества это произведение, какую мысль оно несёт и зачем государство вообще должно оплачивать его создание.

За последние годы появлялось немало фильмов, сериалов и других творческих проектов, после просмотра которых возникает вполне разумный вопрос: а стоило ли это вообще финансировать из государственного бюджета?

Вот этот вопрос, на мой взгляд, заслуживает куда более серьёзного контроля, чем наличие отрицательного персонажа в погонах.