Зарубежные покупки хотят обложить НДС 22%. Сколько мы будем платить и что изменится?

Минфин предложил серьёзно изменить правила трансграничной интернет-торговли.

24 сентября в рамках подготовки бюджета на 2027–2029 годы ведомство внесло предложение установить НДС 22% при покупке товаров электронной трансграничной торговли.

Уплачивать налог в бюджет в качестве налоговых агентов должны будут электронные торговые площадки.

Одновременно предлагается ввести с 2027 года таможенный сбор 100 рублей за посылку с товарами для личного пользования стоимостью до 200 евро, если она пересылается из-за рубежа почтовым отправлением.

Важно: пока это предложение Минфина, а не действующий закон.

А что действует сейчас?

Для товаров для личного пользования, которые доставляются перевозчиком либо пересылаются международной почтой, действует беспошлинный лимит:

до 200 евро и до 31 кг.

При превышении стоимостного лимита сейчас взимается пошлина 15% с части стоимости сверх 200 евро, а при превышении весового ограничения применяется также минимальная ставка — 2 евро за килограмм превышения.

То есть сама по себе посылка стоимостью, например, 5 000 или 10 000 рублей из Китая сегодня укладывается в стоимостный лимит и указанной таможенной пошлиной не облагается.

Что хочет изменить Минфин?

Для трансграничной электронной торговли предлагается установить российский НДС 22%.

И здесь есть принципиальный момент.

Формально налог будет перечислять не гражданин, получивший посылку, а электронная торговая площадка как налоговый агент.

Но налоговая обязанность площадки и конечная цена для покупателя — не одно и то же.

Если продавец или маркетплейс полностью переложит новую налоговую нагрузку в цену, товар действительно может подорожать примерно на величину налога.

Но юридически нельзя сказать:

«все зарубежные товары автоматически станут дороже ровно на 22%».

Маркетплейс может частично компенсировать налог за счёт своей комиссии, продавец — за счёт маржи, могут измениться скидки, логистика и структура цены.

Поэтому корректнее говорить: новая налоговая нагрузка составит 22%, а насколько именно увеличится конечная цена товара — покажет рынок.

Для понимания масштаба можно сделать простой расчёт.

Если предположить, что продавец хочет сохранить нынешнюю цену товара без налога и полностью перекладывает НДС на покупателя, то получится примерно так:

• товар за 500 ₽ → 610 ₽ только с учётом 22% НДС;
• 1 000 ₽ → 1 220 ₽;
• 5 000 ₽ → 6 100 ₽;
• 10 000 ₽ → 12 200 ₽.

А если такая покупка ещё и подпадает под предлагаемый 100-рублёвый сбор за почтовую посылку, условно получаем:

500 ₽ → 710 ₽
1 000 ₽ → 1 320 ₽
5 000 ₽ → 6 200 ₽
10 000 ₽ → 12 300 ₽

И здесь хорошо видно интересное следствие.

Для покупки за 10 тысяч рублей дополнительные 100 рублей почти незаметны.

А вот для товара за 500 рублей фиксированный сбор уже сам по себе составляет 20% его стоимости.

Поэтому наиболее чувствительным изменение может оказаться именно для многочисленных дешёвых посылок — аксессуаров, мелкой электроники, запчастей, товаров для дома и прочей мелочёвки, ради которой многие и заказывают напрямую из-за рубежа.

Зачем государству это понадобилось?

Официальная позиция Минфина — необходимо выровнять условия торговли на внутреннем рынке, создать сопоставимые условия для российских и иностранных продавцов и продолжить «обеление» экономики.

Экономическая логика здесь понятна.

Российский продавец, официально ввезший товар в страну и продающий его внутри России, несёт налоговую и таможенную нагрузку.

При прямой трансграничной покупке ситуация для покупателя сегодня во многих случаях оказывается выгоднее.

Новый НДС должен уменьшить эту разницу.

Для государства — дополнительные налоговые поступления и более равные правила для внутреннего и трансграничного рынка.

Для российского продавца — снижение ценового преимущества зарубежных площадок.

Для покупателя всё гораздо прозаичнее: дешёвые покупки из-за рубежа могут стать менее выгодными.

Причём последствия могут быть шире простого прибавления налога к ценнику.

Часть покупателей может перейти на товары, уже ввезённые и находящиеся на складах в России.

Часть зарубежных продавцов может изменить ценовую политику.

Маркетплейсы могут начать конкурировать размером комиссии и субсидированием скидок.

А прямой заказ недорогой вещи из-за границы перестанет выглядеть столь привлекательным по сравнению с покупкой того же товара здесь.

Есть ещё один важный момент.

Ранее обсуждался более плавный вариант: 7% НДС с 2027 года, 14% с 2028-го и 22% с 2029-го.

В нынешнем предложении Минфина речь идёт уже о ставке 22% сразу.

Поэтому если эту конструкцию примут без существенных изменений, речь будет идти уже не о символическом сборе с зарубежных интернет-покупок, а о серьёзном изменении всей экономики трансграничной торговли.

Но пока ключевое слово — «предлагается».

До принятия соответствующих изменений в законодательство действуют нынешние правила.

А потому заголовки в духе «с 2027 года AliExpress точно подорожает на 22%» сегодня юридически преждевременны.

Правильнее сказать так:

государство намерено ввести 22-процентную налоговую нагрузку на трансграничную интернет-торговлю, а то, какую часть этой нагрузки в итоге заплатит покупатель через увеличение цены, будет зависеть от окончательного текста закона и поведения самих маркетплейсов и продавцов.

И здесь возникает ещё один любопытный вопрос — а что будет с покупками напрямую у другого человека, без маркетплейса?

Например, гражданин России нашёл у частного продавца в Германии, Турции или Китае нужную вещь, перевёл ему деньги напрямую, а продавец отправил покупку обычной международной посылкой.

Если речь идёт именно о сделке между двумя физическими лицами вне электронной торговой площадки, то предложенный механизм, где налоговым агентом выступает маркетплейс, напрямую к такой площадке уже не привязан — потому что самой площадки в сделке просто нет.

При этом таможенные правила никуда не исчезают: посылка всё равно проходит границу и подпадает под правила ввоза товаров для личного пользования.

А вот будет ли в окончательном тексте закона предусмотрен отдельный механизм взимания 22% НДС именно с таких прямых C2C-сделок, сейчас утверждать нельзя.

И здесь потенциально возникает интересный эффект.

Если покупка одного и того же товара через международный маркетплейс будет облагаться дополнительным НДС, а прямая сделка между двумя физлицами окажется вне такого механизма, часть торговли вполне может начать перемещаться из площадок в прямые продажи — через объявления, мессенджеры, социальные сети и посредников.

Назвать это готовой «лазейкой» пока нельзя — окончательного закона ещё нет.

Но это один из вопросов, который законодателю придётся закрыть, иначе борьба за «обеление» электронной торговли может неожиданно подтолкнуть часть покупателей как раз в менее прозрачный сегмент.