Тот самый Банщиков

— 28 сентября 19:00
Маленькая лекция о большой памяти

Исследованиями памяти стати заниматься задолго до становления психологии как самостоятельной науки.

Несмотря на весьма изощренные попытки измерить объём «чистой памяти», учёные каждый раз сталкивались с социальными ограничениями воспоминания.

Запоминаем мы не совсем то, а вспоминаем, иной раз, совсем другое.

• Как мы запоминаем?
• Почему забываем?
• Можно ли улучшить свою память? Поговорим на маленькой лекции о большой памяти.

• Когда: 28 сентября в 19:00
• Ведущий: Александр Банщиков - когнитивный психолог, преподаватель, член междисциплинарной ассоциации когнитивных исследований
• Возрастное ограничение: 16+
• Максимальное количество участников: 25
• Где: психологическая ивент-кофейня «Секретер», Аптекарская набережная 6. (вход с ул. Пр. Попова)
• Длительность: 1,5 - 2 часа
• Цена: бесплатно, но мы просим поддержать наш проект, заказав позицию из меню

БИЛЕТ НА МАЛЕНЬКУЮ ЛЕКЦИЮ

Запомните! 28 сентября в 19:00 будет моя лекция про память в кофейне Секретер! Не забудьте зарегистрироваться заранее, посадочных мест может не хватить

Вычитал у Сартра, делюсь с вами:

...психология, поскольку она считает себя наукой, может дать только некую сумму разнородных фактов, по большей части никак не связанных друг с другом. Что может быть более различным, чем учение о стробоскопической иллюзии и о комплексе неполноценности? Этот беспорядок не случаен, а проистекает из самих принципов психологической науки. Ожидать факт — это значит, по определению, ожидать нечто изолированное, это значит предпочитать, в соответствии с позитивисткой установкой, случайное существенному, возможное необходимому, беспорядок порядку. Это значит принципиально отбросить сущность в будущее: «Это потом, когда мы соберем достаточно фактов». Психологи действительно не отдают себе отчёт в том, что, нагромождая случайности, так же невозможно достигнуть сущности, как невозможно прийти к единице, бесконечно добавляя цифры справа от 0,99. Если их целью является только накопление частных знаний, то сказать тут нечего; просто не видно, что за интерес в этой работе коллекционера.

Что философы делали, когда не могли писать или работа не шла

→ Действия, с помощью которых мыслители боролись с прокрастинацией и пытались вернуться к работе

Сёрен Кьеркегор: лучше всего выйти погулять
Кьеркегор тоже буквально «выхаживал» свои мысли по улицам Копенгагена. В письме 1847 года он писал, что каждый день ходит пешком, что лучшие свои мысли он именно «выходил» и что не знает настолько тяжёлой мысли, от которой нельзя было бы уйти пешком. После полуторачасовой прогулки он мог спешить домой, стараясь ни с кем не встретиться, чтобы не растерять только что найденную мысль.

Рене Декарт: нужно полежать в кровати
Декарт, наоборот, предпочитал вообще не вставать с постели. Ещё в школе ему из-за слабого здоровья разрешали оставаться в кровати по утрам, и позднее это превратилось в рабочий метод. Он мог лежать до одиннадцати, размышляя над проблемой. Один знакомый однажды застал его именно так, рядом лежали бумаги, Декарт время от времени садился, что-то записывал, а потом снова ложился и продолжал думать.

Артур Шопенгауэр: флейта помогает философии
У Шопенгауэра существовал почти механический ритм переключения между умственной и физической деятельностью. После утреннего чтения и работы он около полудня откладывал книги и играл на флейте, а после обеда отправлялся примерно на двухчасовую прогулку со своим пуделем. Если во время прогулки ему приходила мысль, он мог внезапно остановиться и тут же её записать.

Иммануил Кант: лучше всего для работы — работа
Кант обычно не рассчитывал на вдохновение. Он приучил себя каждый день работать определённое количество времени, вставал около пяти утра, пил чай, курил трубку, обдумывал свои идеи и садился за записи и подготовку лекций. То есть его решение проблемы «сегодня не пишется» было довольно суровым. Писать нужно всё равно, потому что наступило время работы.

Вальтер Беньямин: запись отрывков
Беньямин иногда обходил проблему чистого листа так: вместо связного текста он начинал собирать фрагменты. Цитаты, отдельные фразы и идеи он записывал в блокнотах, на карточках, конвертах и случайных клочках бумаги, а для книги о немецкой барочной драме собрал больше шестисот цитат. Затем он переставлял эти фрагменты до тех пор, пока между ними не начинали возникать связи. Само собирание и монтаж материала становились способом думать.

Людвиг Витгенштейн: поиск одиночества
Если Витгенштейн чувствовал, что окружающая жизнь мешает работать, то решад исчезнуть. Он несколько раз уезжал в маленький дом над фьордом в Норвегии, куда первоначально отправился именно ради тишины и работы. В 1936–1937 годах он снова прожил там больше года, делал множество вариантов и вычёркиваний и написал значительную часть будущих «Философских исследований». Сам он признавался, что не представляет другого места, где мог бы работать так же хорошо.

Жан-Поль Сартр: медикаменты...
У Сартра был самый разрушительный способ заставить текст двигаться. Когда он писал «Критику диалектического разума», он работал примерно по десять часов в день и принимал коридран, препарат с амфетамином, причём в огромных количествах. Позднее Сартр говорил, что стимуляторы примерно втрое увеличивали скорость его мысли и письма. Но редакция вчемсути предупреждает. Это уже совсем не способ справиться с творческим тупиком, а пример того, как интеллектуальная продуктивность может превратиться в физическое самоистощение или зависимость.

#репост
А как вы справляетесь с прокрастинацией?

— 14 сентября в 19:00
Лекция "Бессознательное без Фрейда"

Сознание, по выражению Д. Деннета, «последняя terra incognita, непостижимая для любой науки».

В отношении сознания достоверно известно только одно — оно есть! По крайней мере у меня, ведь я непосредственно переживаю опыт наличия сознания. Но что можно сказать про бессознательное?

По определению, бессознательным является то, что невозможно осознать, а значит невозможно получить опыт переживания его наличия.

Как же его изучать? Как вообще доказывать наличие бессознательной психики?!

Фрейд тут далеко не первопроходец. Все оказалось куда сложнее и интереснее.

Забудьте про либидо и мортидо! Мы поговорим про то, как идея бессознательного проникала в науку и что современная когнитивная наука говорит на этот счет.

• Когда: 14 сентября в 19:00
• Ведущий: Александр Банщиков - когнитивный психолог, преподаватель, член междисциплинарной ассоциации когнитивных исследований
• Возрастное ограничение: 0+
• Максимальное количество участников: 25
• Где: психологическая ивент-кофейня «Секретер», Аптекарская набережная 6. (вход с ул. Пр. Попова)

ТГ канал Секретера
ВК Секретера

• Длительность: 1,5 - 2 часа
• Цена: бесплатно, но мы просим поддержать наш проект, заказав позицию из меню

БИЛЕТ В БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ

Каждый раз, поджигая сентябрь 🍂 🔥, я испытываю небольшой мандраж от предвкушения!
Врываемся с двух ног в новый учебный год с лекцией про бессознательное в психологической кофейне Секретер!

Ой, а где это Банщиков? 👀

В Нижнем Новгороде!
На конференции по когнитивной науке 😎

Конференции, тем более такого уровня, — это всегда событие, возможность узнать о достижениях современной науки, познакомиться с коллегами из разных наук и вдохновиться на новые исследовательские проекты!

Пользуясь случаем, я подписал несколько книжек у их авторов — выдающихся российских ученых, чему несказанно рад ☺️

В конкурентной борьбе между разными видами homo, которые также обладали кое-какой культурой, языком, создавали орудия труда, именно homo sapiens смогли пройти через «бутылочное горлышко» выживания. Одна из наших отличительных особенностей – возможность создавать большие группы с гибкими критериями «своих». Только у нас есть такой персонаж как «свой незнакомец». Это позволяет не замыкаться в малых сообществах, кратно увеличивать размер группы «своих» и заранее хорошо к этим незнакомцам относиться. Повседневный пример: когда путешествуя по другой стране вы случайно встречаете соотечественника, то очень радуетесь этому неизвестному вам человеку, завязываете с ним разговор, а то и дружбу.

Подобная «фича» поощряет взаимообмен знаниями и технологиями, за счет чего преимущество одним становилось преимуществом многих.

Должно быть, мы стали способны к уникальному типу дружелюбия, что позволило нам жить в более крупных группах, повысить плотность населения и установить теплые отношения с соседними группами. Это, в свою очередь, привело к укрупнению социальных сетей и сделало возможным передачу инноваторами своих идей большему количеству людей. Культурные изменения превратились из медленных и нестабильных в быстрые и стремительные. Это привело к кратному росту технологий и появлению современного поведения.

Отчасти, как утверждают Хэйр и Вудс, с этим связано уменьшение объема головного мозга, в сравнении с некоторыми параллельными ветками homo: ставка делалась не на отдельный мозг, а на, можно сказать, «роевой интеллект».

...нашли доказательство тому, что наши черепа (и, следовательно, абсолютный размер мозга) давали усадку на протяжении последних 20 тысяч лет – в период наших величайших интеллектуальных достижений. Рассматривая размер тела в общем, ...выявили сокращение емкости черепа на 5% за 10 тысяч лет до земледелия и затем, когда земледелие обрело популярность

Удивительно, но жестокость – не антитеза дружелюбия, а прямое его следствие. Деление на «своих» и «чужих» естественным образом (есть определенные биологические механизмы) повышает агрессию в отношении этих самых «чужих», даже при их нейтральных намерениях.

Например, медведица с неистовой яростью нападет на того, кто просто приблизится к ее детенышам, даже если им не грозит никакая опасность. Человечество, воздвигшее дружелюбие в абсолют (а как мы знаем, только сидхи возводят все в абсолют), пропорционально ему ожесточилось.

Из тысяч млекопитающих в нашей крайне склонной к социализации и привязке к определенной территории группе приматов наблюдается самый высокий процент убийств, включая детоубийство.

Один из сознательных способов преодоления «тёмной стороны» дружелюбия – бесконечно расширить «свою» социальную группу до всего человечества. Интересно, что подобный космополитизм Абрахам Маслоу относил к характеристике здоровой, развитой личности.

Думается мне, что для формирования подобного единения, необходимо обнаружить другую, не человеческую разумную жизнь, чтобы объединиться человечеством против него. Может быть поэтому ученые так упорно ищут следы внеземной жизни и создают искусственный интеллект? Чтоб было против кого дружить.

Ученые доказали: человек человеку — друг, товарищ и брат 🤝

#книги

Прочитал давича книгу Брайана Хэйр и Ванессы Вудс «Выживает самый дружелюбный». Расхожая фраза, особенно излюбленная социалдарвинистами «выживает сильнейший» мало того, что базируется на неправильном понимании Дарвина (такого он никогда не писал), но и оказалась в корне неверной. Авторы утверждают, что наш вид исторически выживал на счет сотрудничества и кооперации и именно взаимное дружелюбие легло в основу эволюционного отбора. Они назвали эту гипотезу «самоодомашниванием».

Дарвина неизменно впечатляли доброта и содействие, наблюдаемые в природе, и он писал, что «сообщества, в кои входит самое большое количество способных к сочувствию особей, будут процветать и растить самое многочисленное потомство». Ученый и его многочисленные последователи-биологи документально подтвердили, что идеальный способ победы в игре эволюции — по максимуму развить дружелюбность, чтобы обеспечить процветание сотрудничества

🍩 Интеллект и ожирение: что изменилось за полвека

Уже несколько десятилетий исследования обнаруживают одну и ту же связь: более низкие когнитивные показатели ассоциированы с большей распространённостью ожирения. Но за это время само ожирение из относительно редкого состояния превратилось в массовое. Возникает интересный вопрос: не должна ли «эпидемия ожирения» была размыть прежнюю связь? Если масса тела выросла у самых разных людей, высокий интеллект мог перестать так хорошо отличать более стройных от более полных.

Проверить это удалось на необычно больших данных из Дании. Исследователи сравнили около 419 тыс. молодых мужчин, проходивших призывное обследование примерно в одном возрасте и в одних и тех же районах страны. Первая когорта родилась в 1939–1959 гг., вторая — в 1983–2001 гг. Рост и вес измеряли объективно, а когнитивные способности оценивали тем же тестом, который используется в датской системе призыва с 1957 г. и хорошо коррелирует с обычными тестами IQ.

За несколько десятилетий ситуация с весом изменилась радикально. Средний индекс массы тела вырос с 21.7 до 23.5. Доля мужчин с избыточным весом увеличилась с 7.9% до 21.3%, а с ожирением — с 0.8% до 6.7%.

Но связь с интеллектом практически никуда не исчезла. В обеих когортах распространённость ожирения последовательно снижалась по мере роста результата когнитивного теста. Среди мужчин из нижней четверти распределения интеллекта ожирение встречалось у 1.27% в старой когорте и у 9.75% в новой. Среди верхней четверти — у 0.54% и 4.38% соответственно. Получается любопытная картина: ожирение стало намного распространённее на любом уровне интеллекта, но различия между уровнями сохранились.

При этом зависимость сложнее формулы «чем выше IQ, тем ниже вес». Если смотреть на интеллект в зависимости от ИМТ, самые высокие средние показатели наблюдались примерно при ИМТ около 20. Они были немного ниже при недостаточной массе тела, а после этой точки постепенно снижались по мере увеличения ИМТ. Такой обратный J-образный профиль обнаружился в обеих когортах, хотя у современных мужчин падение при высоком ИМТ оказалось несколько слабее.

И здесь есть существенная деталь: в основной части распределения связь интеллекта и ИМТ невелика. Авторы прямо отмечают, что доля вариации одного признака, объясняемая другим, очень мала. Наиболее отчётливый результат относится именно к верхнему краю распределения массы тела — избыточному весу и особенно ожирению. Поэтому из исследования совсем не следует, что по интеллекту можно сколько-нибудь точно предсказывать вес отдельного человека.

Зато сравнение поколений позволяет исключить одно простое объяснение эпидемии ожирения. Средний когнитивный результат в поздней когорте был не ниже, а немного выше, хотя ожирение выросло более чем в восемь раз. Значит, массовый рост ожирения нельзя объяснить тем, что население стало менее интеллектуальным. И сами данные плохо согласуются с идеей, что увеличение ожирения на уровне популяции должно было привести к заметному снижению интеллекта.

В этом и состоит главный интерес работы. За полвека распределение массы тела сильно сдвинулось, но градиент по когнитивным способностям сохранился. Популяционные процессы могут резко менять средний уровень признака, не уничтожая устойчивые различия внутри населения.

#репост

Очень люблю блог и ютуб канал Альбины Галяммовой «Зачем мы такие?». А сегодня решил поделиться ее постом, про связь интеллекта и ожирения. Интересное наблюдение: среди знакомых ученых-когнитивистов я почти никого с избыточным весом не знаю. Кроме себя. Пупупу

Brain2Qwerty или как с помощью DL и неинвазивных методов регистрации научились считывать то, что человек собирается напечатать

Громкая относительно свежая статья Nature Neuroscience. Авторы использовали ЭЭГ и МЭГ данные во время того, как люди печатали текст, и обучили сеть распознавать этот напечатанный текст. 35 участников (у 20 регистрировали ЭЭГ, у 20 МЭГ, у 5 — оба) видели на экране предложение по одному слову на испанском, запоминали их и воспроизводили, не глядя на напечатанный ими текст. Это условие было необходимо, чтобы чтение своего текста не "перекрыло" мозговую активность при печатании.

Предложения состояли из 5-8 слов, всего для ЭЭГ сеть получила 146тыс. символов, а для МЭГ — 193 тыс. На вход нейросети подавали фрагменты ЭЭГ- и МЭГ-записей окном 500 мс, от -200 мс до нажатия на клавишу и +300 мс от этого момента. Интересно, что архитектура DL-нейросетки представляла собой не только работу с данными с мозга.

В первом уровне сеть действительно обрабатывала полученные временные ряды. Причем, там есть отдельный слой, который вычленяет особенности записи для каждого человека. В основном ЭЭГ/МЭГ данные проходили через сверточные слои и активационный слой GELU.

На втором уровне нейросеть анализирует текстовый контекст, который уже был получен из 1 уровня (все еще с мозговой активности). То есть сеть не учится побуквенно вычленять паттерны ЭЭГ. Сеть вычисляет вероятность определенной выше буквы в контексте слова и предложения.

Далее сеть исправляет опечатки. В этом уровне она уже совсем не работает с данными с мозга. Работа этого уровня чем-то напоминает T9.

В итоге модель ошибалась (на уровне символов, character error rate — CER) для ЭЭГ-записи в 65% случаев, а для МЭГ-записи в 29%. Это неидеальный результат, но все же очень высокий для неинвазивной аппаратуры.

Очень интересно было посмотреть, какие именно паттерны ЭЭГ/МЭГ помогли сети обучиться. Выяснилось, что значительная часть информации — моторная. Это выяснили по высокой корреляции ошибок сети с расстоянием до правильной клавиши на клавиатуре (например, сеть предположила, что напечатали букву U, а напечатали соседнюю букву I). Скорее всего, декодер опирался на сигнал от моторной коры, проецирующей движение пальцев. Но модель брала не только данные от моторной коры, ведь случались и верные предсказания о намерениях при фактических опечатках.

Эта работа показывает, что придется еще много работать до "чтения мыслей" по трем электродам на голове. Однако на мой взгляд, это уже огромный шаг как минимум к более быстрой разработке решений, коллосально повышающих уровень жизни людей с соответствующими клиническими ограничениями.

https://www.nature.com/articles/s41593-026-02303-2

#репост
Делюсь тг каналом и интересным постом от московской коллеги.