Подумала, что полезно сказать, что такое "называть словами свои невнятные ощущения" с точки зрения ситуационного подхода.

Все просто. Поскольку основные синтаксические характеристики слова или фразы связаны с тем, как она функционирует в контексте, а смысловая связь проводится через аналогию, можно иметь общее представление о том, как должна функционировать фраза, элемент какого типа в нее нужно вставить, чтобы он правильно функционировал. Или иметь готовый тип, уже образованный по аналогии с чем-то, но пока не решить, какие именно объекты туда подставлять. В общем, переменные и/или типы подобраны, а конкретные слова под них - нет.

Это ровно то же самое, что подбирать рифмующееся слово. Просто когда подбираешь рифму к слову или заполняешь дыру в стихотворной строке, важны функциональные характеристики, которые обычно не важны в повседневной речи (количество слогов, ударение, наличие каких-то гласных в окончании). В повседневной речи упор делается на что-то другое, часто именно на семантические связи (т.е. в первую очередь подобрано ограничение, якорь). Скажем, я могу думать, что мне нужно такое существительное, которое описывает ощущение в голове, когда слишком много спал, но при этом будет максимально обезличенным, то есть это не должно быть действительно названием ощущения. Ещё я хочу, чтобы оно было связано с пейзажем, картиной природы, потому что мне больше нравятся пространства и пейзажи для выражения ощущений. Все это - ограничения на якоря. Я могу вообще думать типами и ограничениями, то есть вообразить примерно тип, который подходит под другой тип, или якорь, подходящий под тип. Это то же самое, что называют "концептуальное мышление без слов" (оно действительно без слов, но все равно лингвистическое).