​​Быть может работа Альмодовара «Параллельные матери», о которой мы начали говорить вчера — это попытка сказать женщинам «спасибо»?

Один из кинокритиков заметил, что «в этой травмирующей правде Альмодовар умело находит идеальную точку перехода от частного к общему, от частной семейной драмы к глобальной истории страны и множества семей, лишившихся своих мужей и отцов».
⠀
Прадедушка Дженис был убит во время гражданской войны в конце тридцатых годов, когда ультраправая партия Фаланга расстреливала мятежников, сваливая их тела в безымянные могилы. Такие захоронения разбросаны по всей стране и огромное количество семей находится в поисках этих захоронений, дабы похоронить отцов и дедушек как подобает. На этот же тяжелый для испанского народа период намекает пьеса, которую репетирует мать Аны Тереза — пьеса драматурга Федерико Гарсиа Лорки.
⠀
«Мы все должны быть феминистами» (We should all be Feminists) — такова надпись на футболке героини Пенелопы Крус.
⠀
В целом, мир его фильмов — это мир женщин: страдающих, убивающих, мстящих, любящих, свободных и решительных. Альмодовар в своих интервью признается, что испытывает адские муки, создавая мужские персонажи. Мужчины, особенно в последних фильмах Альмодовара, это лишь типажи или, как сейчас модно говорить, триггеры, которые призваны уколоть: будь то добрейший искусствовед, отец, который пристает к падчерице, мужчина-самоубийца или старый развратник.
⠀
Центральное в его творчестве — это женщина, принимающая порой чертовски странные решения и отношения матери и ребёнка.
⠀
Возвращаясь к картине «Параллельные матери»: если обратить внимание на ритмичность картины, то есть в ней что-то поступательное — начинается всё с хаоса (могилы «не прибраны», дети перепутаны, любовные истории запутаны). Далее постепенно и поступательно этот хаос упорядочивается: захоронения нашлись, родственники упокоились, с детьми и их принадлежностью разобрались, прощение попросили и любовная история получила какое-то логическое завершение.
⠀
Если обратить внимание на название картины, то с одной стороны уже высказанная ранее идея о параллельных матерях, чьи судьбы пересеклись в их личных историях. А с другой стороны, опираясь на линию сюжета о военной диктатуре, это история о Матери, в качестве которой выступает Испания в целом, где прошлое в лице бабушек оказывает влияние на ныне живущих женщин, отражая поколенческую проблематику. Один из кинокритиков даже пишет о переключении Альмодовара с режима мелодрам в раннем периоде творчества на драматичные истории, среди которых находятся «Параллельные матери» и «Джульетта».
⠀
Помимо прочего, не может не бросаться в глаза та поколенческая пропасть, которая находится между героинями. Ана мало вовлечена в историю прошлого, которой там одержима Дженис. Ана сосредоточена на «здесь и сейчас» своего комфорта и своих капризов, Дженис же предстаёт нам из логики «не зная своего прошлого, не может быть никакого здесь и сейчас». Ана ничего не знает о Дженис Джоплин, в честь которой назвали её новую подругу и любовницу. Для Дженис это важный аспект и с точки зрения личной истории — её мать была хиппи и назвала дочь в честь Дженис Джоплин, умерев позднее от передозировки — и с точки зрения историчности самой личности Джоплин, которая олицетворяет бунтующие шестидесятые.
⠀
История этих двух женщин прекрасно нам показывает как важна эта ниточка истории, которая пролегает между поколениями.
⠀
«Все, от младенца до прадеда, должны найти свое место в этой цепи, все должны быть приняты и поняты, для каждого есть своя ячейка, и её пустота будет не просто зиять — она останется язвой, воздействующей на всё, что было и что будет в этом роду, в этой стране».
⠀
Фильм завершается цитатой из Эдуардо Галеано: «Не бывает немой истории. Как бы её ни поджигали, ни разбивали, ни фальсифицировали, человеческая история отказывается молчать».
⠀
#cinemanalysis