Британские СМИ уже окрестили историю с фотошопом принцессы Уэльской ”Kate-gate”, по аналогии с "Уотергейт”, Моника-гейт, Сноуден-гейт и Дизельгейт. Журналисты любят штампы. Но почему же их второй день не оставляет этот сюжет, и все рождаются новые и новые версии случившегося?

Например, от нас что-то скрывают – от «Принцессу готовят к какой-то миссии!» до «Кейт Миддлтон уже нет в живых». А также ворох других версий. Кейт сделала пластику и теперь не может появиться на публике. Кейт заберенемела от мужа своей сестры и ее выгнали из дворца. Кейт ушла от мужа и теперь ее заменяют цифровым двойником.

Скандал в Кенсингтонском дворце – это не просто оплошность фотографа-любителя или неопытного пользователя пакета Adobe Photoshop. Это очередной пиар-провал, который подрывает доверие к институту монархии.

Что мешает ей выставить на всеобщее обозрение оригинальное фото? Снять видео с газетой, как делают заложники (ну это конечно слишком). Общественность уже не шокируют фейковые новости, но от королевской семьи ожидают большего, чем просто «ой, не получилось».

Если “они” манипулируют фотографиями, то чем еще они манипулируют? – задаются вопросом таблоиды. Понятно, что принцесса Уэльская не хотела скандала, и ее единственным желанием было «показать свою семью с лучшей стороны».

Публичный имидж – это не семейный снимок. Это коммуникация. Королева Елизавета это знала. Но до монарших особ нового поколения пока не доходит.