Хроники связи СВО

​​​Дежурная ​​жопа и век цифровых технологий, или как проходит информация о ЧП.

... Сидит себе дежурный по чему-нибудь, дежурит, над ним и под ним есть ещё пара десятков дежурных.
Оперативных, по тому, сему, пятому и десятому. Их миллион.
А ещё есть ответственные по всему тому же самому.
И над ними и под ними тоже есть ответственные.
Ну и ещё есть командиры и начальники. Над которыми в свою очередь тоже...
Тысячи их.

И если вдруг случается ЧП, например рядовой Вася сломал сдуру хер в роте, которая оказывается где то есть в твоей округе в которой ты дежурный или ответственный.
Тогда начинает раскручиваться адский механизм оповещения.

Каждая херня, если у неё есть телефон (а у неё он есть, хотя бы сотовый), вплоть до начальника псарни требует НЕМЕДЛЕННОГО доклада. ЛИЧНО! СРОЧНО!!!
Телефоны плавятся, слюни и пена  летят из трубки на метр.
Дежурный сходит с ума, каждый грозит анальными карами, если ему прямо сейчас тыыыы, сссука, из-под земли не достанешь данные всех. Пострадавшего, обстоятельств, объяснительные от всех в радиусе 100 километров, что Вася ел неделю назад, длину хера, угол перелома, фамилию того, кто инструкторовал Васю о том, что хер ломать нельзя и есть ли роспись Васи в журнале учёта сломанных херов.
Звонков становится больше, потом ещё больше, дежурный уже сошёл с ума и только рассказал про хуй Васи начальнику столовой, у которой тоже есть справка-доклад и ему очень надо знать и нахуй послать как бы нельзя, ибо все одно дело делаем.
Потом на отключенный кнопочный телефон звонит очередной уебан, которому надо срочно идти на доклад, он уже в полуобмороке стоит у кабинета Самого, а у него нет данных о запасе угля в котельной, которая греет рядового Васю или температуре в казарме месяц назад.
И дежурный уже по ТА-57 с полицией ищет кочегара, который порезал закусь на журнале учёта угля и нихуя не видно. Только дежурный закончил заполнять журнал проверки журналов телефонограмм и происшествий, как вдруг выясняется, что сломан не хер, а палец, и не у Васи, а у Пети.

И, мгновенно поняв весь масштаб пиздеца, дежурный, глядя в безумные глаза седого, как лунь своего 21-летнего помощника дежурного, стреляется из табельного в свое пламенное сердце, безумно хохоча.

Доклады - это пиздец.
Хуже них только слайды.
Но, конечно, это не у нас. Это в Лаосе.

А теперь переложите эту ситуацию на масштаб ЧП чуть побольше, чем палец Пети.
#классика

Чему научили в мастерской

У КЦПН появилось сообщение об учебной мастерской центра имени Владимира Жоги. Заявлены диагностика, разборка, ремонт, пайка, настройка и проверка оборудования. Подготовка технических специалистов с практикой на самой технике.
Такое направление нужно. Особенно если вспомнить вопрос о том, где вырастет следующий инженер.

Но программу этого центра я по одному сообщению оценить не могу. Поэтому дальше — о том, что сам хотел бы видеть в подготовке техников.

Начать стоит с экзамена.

Дайте выпускнику обычный учебный прибор с заранее внесённой безопасной неисправностью. Без подсказки, какую деталь менять. Пусть расскажет, что наблюдает, какие причины предполагает и чем собирается их проверять.

Вот тут многое станет понятно.

Можно прекрасно повторять показанную операцию и теряться, когда симптомы чуть отличаются от знакомых. Можно аккуратно паять, но менять исправные детали. Можно получить работающий прибор и так и не понять, почему он заработал.

Поэтому я бы оценивал несколько вещей.

Умеет ли человек объяснить свои действия.
«Проверяю питание, потому что…» — и дальше конкретная причина. Какой результат ожидает, что будет означать другой результат. Без этого даже дорогой измерительный прибор легко превращается в украшение стола.

Отличает ли установленную причину от предположения.
После переподключения разъёма всё заработало. Хорошо. Но запись «причина устранена» пока может быть преждевременной. Что именно было неисправно? Чем это подтверждено? Удалось ли воспроизвести проблему?

Фраза «неисправность сейчас не проявляется, причина не установлена» вполне профессиональная. Особенно если рядом записаны условия проверки. Начальству она может нравиться меньше, чем «готово», зато следующий человек получит полезную информацию.

Проверяет ли результат своей работы.
Экран загорелся — это ещё не весь объём проверки. Выпускник должен понимать, какие функции нужно проверить по документации, в каких допустимых режимах и что записать в результатах.

Может ли передать работу другому.
Что поступило, с какой жалобой, что обнаружено, что сделано, что осталось под вопросом. Чтобы сменщику не приходилось начинать расследование заново.
Это тоже техническая квалификация. Память одного мастера плохо заменяет записи, когда прибор возвращается через месяц.

И отдельно я бы смотрел, как преподаватель реагирует на «я не знаю».

Если за это стыдят, курсант быстро научится уверенно выдумывать. Нам потом с этой уверенностью работать. Гораздо полезнее приучить его искать документацию, задавать точные вопросы и вовремя обращаться к более опытному специалисту.
Учебной мастерской нужны расходники, время на повторение и преподаватель, которому хватает сил разбирать ошибки. При закупке столов и оборудования про это легко забыть.

А после выпуска нужна обратная связь: что человек делает самостоятельно, где ему требуется помощь, каких знаний не хватило. По этим ответам и следует менять программу следующего набора.

Очень хотелось бы видеть в отчётах учебных центров больше таких результатов. Сколько выпускников освоили самостоятельную диагностику, какие типовые ошибки обнаружили на экзамене, что после этого изменили в обучении.

Хорошо оснащённый класс даёт возможность учить. Дальше начинается работа преподавателя.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#СВО #связь #обучение #электроника #ремонт

Как телефон помогает измерять сеть

В «Телекоммуналке» упомянули MDT Vision от Yadro — инструмент, который помогает анализировать качество мобильной связи по данным смартфонов.

Тема заслуживает отдельного разбора. Потому что между «у нас весь район покрыт» и «у меня на кухне ничего не грузится» иногда помещается вся работа инженера по оптимизации сети.

Обычный способ проверить покрытие — выехать с измерительным оборудованием. Проехать маршрут, собрать параметры, посмотреть проблемные места. Это называют драйв-тестом.

Но машина проехала по улице. Ваша кухня на восьмом этаже осталась за стенами дома.

MDT расшифровывается как Minimization of Drive Tests — сокращение объёма выездных измерений. Сеть использует измерения поддерживающих эту функцию абонентских устройств.

В стандарте 3GPP TS 37.320 предусмотрены два основных режима:
• Immediate MDT — отчёты поступают во время соединения с сетью.
• Logged MDT — устройство сохраняет настроенные измерения в журнал, который можно забрать при последующем подключении.

Набор данных зависит от технологии, режима и настроек. Например, в LTE собираются RSRP и RSRQ: уровень опорного сигнала и показатель его качества. С измерениями связывают информацию о соте, времени, а при наличии — местоположении.

Это не означает, что каждый телефон постоянно отправляет оператору точные координаты. Устройства поддерживают разные возможности, сбор нужно настроить, а геопривязка бывает неполной.

Что получает инженер?

Вместо одной жалобы «интернет плохой» — множество наблюдений, которые можно сопоставить.

Допустим, проблема повторяется в одном здании. Или проявляется вечером. Или характерна для определённой группы устройств. Это уже разные направления проверки.

При этом хороший уровень сигнала не гарантирует хорошую скорость. А плохая скорость сама по себе не доказывает, что нужно поставить ещё одну базовую станцию.

Я бы сопоставлял такие измерения со статистикой нагрузки, ошибок и доступности оборудования. Затем проверял конкретную гипотезу. Иначе получится очень подробная карта симптомов без установленной причины.

Где здесь ИИ от Yadro?

В своём анонсе MDT Vision компания заявляет применение машинного обучения для восстановления координат там, где устройства их не передают. Также заявлена аналитика внутри зданий вплоть до секции и этажа.

Вот это уже интересно: измерение мало помогает локализовать проблему, если непонятно, где оно сделано.

Но координата, оценённая алгоритмом, имеет погрешность. Я бы хотел видеть результаты её проверки на известных точках и понимать, в каких условиях система чаще ошибается. Обещание определить этаж стоит проверять особенно внимательно.

И ещё один вопрос — представительность данных.

Если из одного подъезда пришло много измерений, а из соседнего почти ничего, нельзя автоматически закрасить второй зелёным. Отсутствие жалоб и измерений не подтверждает хорошую связь.

MDT полезен тем, что расширяет наблюдение за сетью. Инженер получает больше материала для поиска проблем, а выезды можно направлять туда, где они действительно нужны.

Дальше всё равно придётся принять решение, внести изменение и проверить результат.

Поэтому мне интересен отчёт такого вида: здесь была проблема, её подтвердили такими данными, сделали вот это, после изменения получили такой результат.
А сколько миллионов измерений обработала нейросеть — подробность. Абоненту на кухне нужно, чтобы наконец заработало.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#СВО #связь #LTE #MDT #телеком

«Ямал-501»: проверка конструкции

На предприятии «РЕШЕТНЁВ» начались динамические испытания «Ямала-501». Спутник предназначен для оказания телекоммуникационных услуг в интересах России.

В сообщении Роскосмоса есть существенное уточнение: сейчас проверяют инженерно-квалификационную модель. Транспортировочные испытания завершены, прочность конструкции при перевозке подтверждена. Впереди — акустические и вибрационные нагрузки, имитирующие запуск.

Что это означает на практике?

Сначала конструкцию рассчитывают. Задают материалы, массы, крепления, ожидаемые нагрузки. Получают модель того, как всё должно себя вести.
Потом собранное железо ставят на стенд и проверяют, насколько расчёт совпал с действительностью.

Инженерно-квалификационная модель нужна именно для таких проверок. Это испытательное изделие, которое должно воспроизводить существенные для конкретного испытания свойства будущего аппарата. Из слова «копия» не следует, что внутри обязательно стоит весь комплект лётной аппаратуры.

Подобный подход применяется и в других космических программах: ESA отдельно описывает инженерные, квалификационные и лётные модели, у которых разные задачи.

Зачем спутнику такая проверка ещё на Земле?

При запуске конструкция испытывает вибрации и мощное акустическое воздействие. Корпус, панели, приборы и их крепления реагируют на нагрузки по-разному.

Особенно неприятен резонанс: на определённых частотах отклик конструкции может заметно усиливаться. Поэтому испытание не сводится к тому, чтобы потрясти аппарат и посмотреть, не отвалилось ли что-нибудь. Измеряют его реакцию на заданные воздействия и сопоставляют с допустимыми значениями. Назначение таких проверок подробно объяснено в описании вибростендов ESA.

Акустические испытания тоже проверяют механическую стойкость. Сильный звук создаёт переменное давление, которое нагружает конструкцию.

Для связиста тут вполне знакомая логика. Устройство может прекрасно работать на лабораторном столе, а после перевозки получить плавающую неисправность. Только к спутнику после запуска с отвёрткой уже не подойдёшь.

Именно поэтому сообщение об испытаниях заслуживает внимания. Проект дошёл до физической проверки конкретных решений.

Но вывод «спутник готов, скоро появится новая связь» из этой новости пока не получается.

Прочность при транспортировке уже проверена. Результаты предстоящих акустических и вибрационных испытаний ещё предстоит получить. Само это сообщение также не подтверждает готовность всей аппаратуры, завершение остальных проверок или дату запуска.

Мне в таких новостях интересны именно завершённые этапы и их результаты. Что проверили, на каком изделии, каким требованиям оно соответствует. По ним можно следить за реальным продвижением проекта.

И ещё за кадром часто остаётся сама испытательная база: стенды, измерительная аппаратура, методики и люди, которые умеют интерпретировать результаты. На красивом изображении спутника всего этого нет. А без этого отправлять дорогое оборудование в космос было бы слишком дорогой лотереей.

Следующая содержательная новость по «Ямалу-501» — результаты оставшейся части динамических испытаний. Тогда и будет что обсуждать дальше.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#СВО #связь #космос #спутники #Ямал501

Кто вырастит следующего инженера

КЦПН опубликовал разбор работы Нолана Ловетта о том, как ИИ может нарушить подготовку новых специалистов.

В пересказе автору приписали математическое доказательство будущей катастрофы. С этим поторопились. В аннотации самой работы она обозначена как концептуальная. Автор описывает возможный механизм и прямо оговаривает ограниченность ранних свидетельств. Исчезновение специалистов через поколение никто здесь не доказал.

Но сам вопрос хороший.

Чтобы проверять работу ИИ, нужна собственная квалификация. Она возникает через практику. Если начальные задачи целиком передать машине, на чём будут учиться те, кому через несколько лет предстоит эту машину контролировать?

Для связиста это можно объяснить без терминов про «когнитивное достояние».
Представьте молодого техника. Жалоба: периодически отваливается оборудование.

Он собирает симптомы, спрашивает нейросеть, получает аккуратный список причин. Меняет настройки. После перезапуска всё работает. Заявка закрыта.

А теперь попросите его объяснить, чем подтверждена причина неисправности.
Почему проверял именно это? Что измерил? Как отличил проблему питания от сетевой? Каким наблюдением исключил остальные версии? Почему уверен, что через два часа всё не повторится?

Если ответы есть — прекрасно. Помощник сэкономил время.
Если ответ один: «Так посоветовал чат», — качество подготовки по закрытой заявке вы не оцените.

Сегодня в посте разбирал просадку напряжения. Это как раз тот случай: прибор перезапускается под нагрузкой, а человек может часами переставлять прошивки. Пока не померит питание в нужный момент, убедительное объяснение останется объяснением.

На таких задачах и учатся связывать симптомы с измерениями. Формировать гипотезу, проверять её, замечать, что ошибся. Постепенно понимать, где справочник применим, а где условия уже другие.

Руководителю очень удобно получить тот же объём работы меньшим составом. В месячном отчёте экономия видна сразу. Способность оставшихся сотрудников самостоятельно разобраться с незнакомой неисправностью там обычно отдельной строкой не стоит.

Я бы при внедрении ИИ требовал сохранить три вещи.

Первое — самостоятельную диагностику в обучении. На стенде человек сначала предлагает свою версию и способ проверки. Потом сравнивает с подсказками. Ошибаться на учебном оборудовании нормально, для этого оно и нужно.

Второе — объяснение результата. Готовая конфигурация сама по себе мало говорит о квалификации. Специалист должен понимать существенные настройки, ограничения и способ проверки работы.

Третье — время наставника. Если старшему инженеру оставили только аварии и согласования, учить новичков ему некогда. Это время придётся закладывать в работу и оплачивать.

Сам я вижу хорошее применение ИИ в подготовке учебных задач, поиске противоречий, объяснении документации. Можно просить его задавать вопросы и разбирать уже предложенное решение. Возможностей учиться стало больше.
Но для этого обучение должно оставаться задачей руководителя. С показателями, временем и ответственным человеком.

А если сегодня убрать начальные позиции, завтра сократить наставников, а послезавтра открыть вакансию «требуется инженер с опытом от пяти лет», стоит заранее ответить на вопрос: где именно он должен был эти пять лет получить?

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#СВО #связь #ИИ #инженеры #обучение

Знакомства с оплатой за переписку

В «Антицифре» разобрали сеть приложений знакомств, где пользователи платили за общение с искусственными собеседниками. Посмотрел первоисточник. Там интересно устроена именно экономика.

По данным сентябрьского отчёта Anthropic, китайская студия сделала больше двадцати приложений, обещавших знакомства с людьми. Примерно три четверти профилей в ленте были персонажами на Claude. За две недели апреля исследователи обнаружили свыше 4700 таких персонажей, общавшихся как минимум с 25 тысячами человек.

Переписка расходовала внутренний лимит. Для продолжения пользователь покупал монеты.

Оставшаяся часть профилей принадлежала нанятым людям. Им платили за сообщения, видеозвонки и ответные подписки в соцсетях. Ответы им тоже помогал составлять ИИ.

Ботам предписывали скрывать автоматизацию и уклоняться от просьб о фото и видеосвязи. Живые участники создавали доверие к приложению. Это не означает, что на каждый звонок вместо конкретного бота непременно выходил человек: такой подмены отчёт не доказывает.

Anthropic сообщает о блокировке связанных аккаунтов и передаче сведений другим разработчикам ИИ, Apple и Google.

Теперь посмотрите на интересы сторон.

Пользователь хочет познакомиться. Его удачный результат — найти человека, с которым хочется общаться дальше.

Организатор зарабатывает на продолжительности платной переписки. Нанятый собеседник получает деньги за взаимодействия. У него есть вполне материальная причина поддерживать интерес, даже если никакого знакомства он не ищет.

Сам по себе платный сервис ещё не мошенничество. Здесь обман начинается с обещания человеческого общения при скрытой продаже разговоров с ИИ.
И совет «попроси видеозвонок» уже требует пояснения.

Живой человек на экране подтверждает, что перед камерой находится живой человек. Искренность его интереса к вам этим не проверяется. Как и отсутствие работодателя, который оплачивает разговор.

Поэтому смотреть нужно ещё и на условия общения. Кто получает деньги? За что именно списывают оплату? Почему любое продолжение разговора требует очередной покупки? Понятны ли тарифы до того, как вы успели привязаться к собеседнику?

Задавать эти вопросы полезнее, чем искать секретную фразу, на которой обязательно сломается нейросеть. Особенно когда в схеме могут участвовать люди.

И не надо смеяться над попавшимися. Желание поговорить с кем-то, кому ты интересен, совершенно нормальное. Именно поэтому на нём удобно зарабатывать обманом.

Если близкий оказался в такой истории, помогите ему остановить платежи и разобраться в происходящем. После «ну ты и дурак» он в следующий раз просто ничего вам не расскажет.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#СВО #связь #ИИ #мошенники #инфобез

Пять ампер-часов — это сколько проработает?

У КЦПН появился материал про аккумуляторы. Повод пройтись по путанице, которая регулярно вылезает при покупке питания для связи: ёмкость сравнили, напряжение забыли, время работы придумали.

На двух батареях написано 5000 мА·ч. Одна питает оборудование три часа, другая — пять. Продавец обманул?

Возможно. Но сначала переверните батареи и прочитайте напряжение.
5000 мА·ч — это 5 А·ч. Чтобы примерно оценить запас энергии, умножаем ёмкость на номинальное напряжение:
Вт·ч = В × А·ч.

Возьмём обычные LiPo с номиналом 3,7 В на ячейку. Буква S обозначает число последовательно соединённых ячеек:
• 4S, 14,8 В, 5 А·ч — 74 Вт·ч.
• 6S, 22,2 В, 5 А·ч — 111 Вт·ч.

Ампер-часы одинаковые. Энергии во второй батарее в полтора раза больше. Эти обозначения и номиналы можно сверить у производителя аккумуляторов.

Подключать вторую вместо первой без проверки допустимого напряжения нельзя. Запас энергии обрадует вас ненадолго, если оборудование рассчитано на другое питание.

Теперь считаем время.

Допустим, роутер с остальным оборудованием потребляет в среднем 20 Вт. Идеальный расчёт для первой батареи:
74 Вт·ч / 20 Вт = 3,7 часа.

Это оценка без потерь. В действительности часть энергии останется недоступной из-за порога отключения, часть потеряется в преобразователе и проводах. Добавятся состояние батареи и температура.

Если в условном примере до нагрузки дошли 80% паспортной энергии, получаем около трёх часов. Эти 80% взяты для примера. Для вашего комплекта их надо измерить.

И ещё: мощность блока питания на наклейке не равна потреблению подключённого прибора. Блок на 60 Вт вполне может питать нагрузку, которая большую часть времени ест 12 Вт.

Почему батарея заряжена, а оборудование перезагружается?

У аккумулятора есть внутреннее сопротивление. Под нагрузкой напряжение проседает. Свои потери добавляют провод, разъём, предохранитель и обжим.
Для наглядности: если суммарное сопротивление цепи 0,1 Ом, то при токе 5 А теряем 0,5 В. При 10 А — уже целый вольт. Нагрев при этом увеличивается с квадратом тока.

На холостом ходу мультиметр показывает красивое напряжение. Включилась нагрузка — питание провалилось ниже допустимого, прибор перезапустился. Нагрузка пропала — напряжение восстановилось. Можно долго ругать прошивку.

Поэтому напряжение смотрим под нагрузкой, причём и на батарее, и на входе прибора. Так видно, сколько потерялось по дороге. Зависимость потерь от тока и сопротивления соединений описана и в документации Victron.

А надпись 30C что обещает?

У батареи 5 А·ч рейтинг разряда 30C означает заявленный ток 150 А: 5 × 30.
Дополнительных ватт-часов эта надпись не добавляет. Она относится к допустимой нагрузке. Нужно различать длительный и кратковременный рейтинг и смотреть условия производителя.

С возрастом батарея может и потерять ёмкость, и сильнее проседать под током. На холоде доступная энергия и способность отдавать ток тоже могут снижаться. Поэтому прошлогоднее «держала четыре часа» перед новой сменой лучше проверить.

Для резервного питания мне нужны четыре вещи: совместимое напряжение, запас энергии в ватт-часах, допустимый ток и измеренное время работы моего комплекта.

Вот последнее и стоит написать на батарее рядом с датой проверки. Пригодится гораздо больше, чем очередная огромная цифра с маркетплейса.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#СВО #связь #аккумуляторы #электропитание

Чем кормить генератор

Сегодня ребята из одного подразделения привезли мне в подарок бензиновый генератор на 9,5 кВт. Просто потому, что не смогут его прокормить.

Спасибо, мужики. Агрегат нужный. Правда, бензином я его тоже не прокормлю 😁 Но есть вариант, которым хочу поделиться.

У многих китайских бензиновых генераторов стоят одноцилиндровые четырёхтактные двигатели, которые в обиходе называют клонами Honda GX. Встречаются обозначения 168F, 170F, 182F, 188F, 190F, 192F и их модификации. Это маркировки китайских моторов, а не модели самой Honda.

Для многих таких двигателей продаются двухтопливные карбюраторы газ/бензин. Они позволяют работать на баллонном пропан-бутане, сохраняя возможность пользоваться бензином.

Если агрегат работает часами и расходы на топливо уже достали, рекомендую присмотреться. Экономия может быть очень ощутимой.

Вот два варианта, которые проверены в бою и работают хорошо:

• Карбюратор для двигателей 182F/188F/190F/192F — для более крупных агрегатов. В названии товара указаны генераторы 5–8 кВт; на 9–10 кВт пригодность отдельно уточняйте по конкретному мотору и комплекту.

• Карбюратор для 168F/170F — для малых агрегатов, ориентировочно класса 2–4 кВт.
Покупаем по модели двигателя и совместимости, а не по цифре мощности на раме. До заказа найдите маркировку мотора, сравните её со списком в карточке, проверьте крепления, тяги и подключение воздушного фильтра. Эти семейства распространены, совместимость с 90% китайцев. Речь именно о бензиновых карбюраторных четырёхтактниках.

Мощность на газе снизится. Для предварительного расчёта я бы закладывал примерно 15%, но это ориентир: конкретная потеря зависит от двигателя, комплекта и настройки. Даже у заводских двухтопливных генераторов мощности на бензине и пропане различаются.

Считайте от номинальной, а не пиковой мощности. И оставляйте запас на пуск холодильника, насоса и других нагрузок с электродвигателями.

По деньгам при длительной работе карбюратор может отбиться очень быстро, в наших условиях — за день.

Само подключение газа простое. Нужны подходящие к комплекту редуктор и газовый шланг, проверка герметичности. Генератор работает только снаружи, вдали от окон и воздухозаборов: на газе угарный газ тоже никуда не исчезает.

Теперь про масло.

Что бы двигатель на газу не сдох — нормальное качественное 5W-30 синтетика. Заливать его без разбора во все «клоны Хонды» неправильно: мы с вами именно про перевод на газ/бензин говорим, а не про все бензиновые генераторы.

Из вариантов, на которые так же проверены в бою:
• TOTACHI NIRO OPTIMA PRO 5W-30.
• NGN PROFI A-Line 5W-30.

Сверяйте также класс качества масла с инструкцией и выбирайте проверенного продавца. Следите за уровнем и меняйте по моточасам. Переход на газ обслуживание не отменяет, а чистое на вид масло ещё не означает, что на нём можно работать бесконечно.

Лучше потратиться на обслуживание сейчас, чем потом искать двигатель или новый генератор.

Кто уже перевёл свои агрегаты на газ — делитесь. Какой мотор, какая нагрузка, сколько расходует? Особенно интересны реальные замеры за смену.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#СВО #связь #генератор #газ

⚡️Киев готов идти на уступки в обмен на то, чтобы Россия перестала атаковать украинские порты и энергетику. Украина готова искать компромиссы и идти на уступки по ключевым инфраструктурным направлениям (с) Владимир Зеленский

Значит, надо 24х7 бить по украинским портам, судам и энергетической инфраструктуре. А также по погранпереходам, железнодорожным депо, складам, мостам - мы кстати уже до многих можем достать ФАБами с УМПК. И системно начать разбивать, наконец, Бескидский тоннель.

Работайте, братья (с)

«Барраж»: 5G с высоты 17 километров

ФПИ сообщил об испытании связи 5G между стратосферой и Землёй. 3 сентября с борта беспилотного стратостата на высоте 17 километров больше 80 минут передавали видео в формате 2К. Аппарат в это время проходил через зону работы наземного пункта связи.

Мне как связисту здесь интересен сам работающий канал. Подняли оборудование, установили соединение, передавали полезные данные в полёте. Теперь хочется посмотреть параметры.

Потому что «видео 2К» про пропускную способность говорит примерно столько же, сколько «машина везла холодильник» про её грузоподъёмность. Какой кодек? Какой битрейт? Какая задержка? Были ли потери и провалы скорости? Одна и та же картинка после разного сжатия требует разного канала. В опубликованном сообщении этих цифр нет.

Отдельный вопрос: что стояло на земле?

Соединение с подготовленным наземным пунктом само по себе ещё не показывает, что обычный телефон в посёлке сможет подключиться к платформе. Для такого вывода нужны сведения об абонентском оборудовании, частотах и схеме испытания. Пока их не раскрыли, обещать людям значок 5G прямо с неба рано.

Сама идея вполне понятная. Поднимаем оборудование высоко, получаем возможность обслуживать большую территорию. В стандартах для таких решений существует направление NTN — сети с аппаратурой на спутниках и воздушных платформах. Стратосферные аппараты рассматриваются в этой архитектуре давно.

Но дальше начинается обычная операторская работа.

Где платформа берёт питание и сколько времени несёт работающую аппаратуру? Как обеспечивается обслуживание нужной территории при её перемещении? Кто подхватывает абонентов, когда аппарат уходит? Через какой наземный узел трафик попадает в остальную сеть?

И любимое: сколько пользователей одновременно делят доступную ёмкость? Большая площадь покрытия сама по себе дополнительных мегабит не создаёт.
Для удалённых посёлков такая схема мне интересна прежде всего как возможный способ доставить связь туда, где наземное строительство слишком дорого. Но считать придётся всю систему: аппараты, запуски, наземные станции, обслуживание, резервирование. Потом делить расходы на реально обслуженных абонентов.
Я бы следующим результатом хотел увидеть длительное испытание с несколькими наземными точками и опубликованными измерениями. Скорость в обе стороны, задержки, доступность соединения, поведение при смене платформы. Тогда появится предметный разговор о том, где такую сеть выгодно строить.

Пока команда показала конкретный результат: передачу данных со стратостата в полёте. Это полезный шаг. Теперь ждём цифры, по которым связист сможет прикинуть применение, а оператор — стоимость эксплуатации.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#СВО #связь #5G #телеком

«Полностью негоден»

Есть в военном билете штамп, который иной раз бьёт больнее ранения. Категория «Д». По-человечески — «не годен. Совсем. Даже на самый крайний случай».

А теперь вспомните, откуда у огромного числа мужиков эта буква вообще взялась.

Девяностые. Нулевые. Чечня, потом вторая Чечня, дедовщина, гробы, матери, поседевшие раньше времени. И целое поколение родителей, которые всеми правдами и неправдами выбивали, покупали, вымаливали своему сыну «белый билет». Не потому что сын болен. Потому что мать не хотела получить его цинковым. Рисовали диагноз, доставали справку, заносили «категорию» — лишь бы мальчик остался жив и дома.

И это была не трусость. Это была любовь, как её понимали в те годы. А теперь этим мальчикам сорок. Война другая, и они другие. И многие хотят пойти. Не могут. Потому что бумага, которая тридцать лет назад их спасла, сегодня захлопывает перед ними дверь: «негоден».

Вот об этих людях и просил Поддубный — разрешить добровольцам с категорией «Д» защищать объекты в своих регионах от дронов. Президент согласился: «очень много людей хотят». И это чистая правда, их и вправду много.

А назавтра ту же новость подали так: «людям с шизофренией, слепым и инвалидам без конечностей раздадут оружие».

И мне стало противно. Потому что за штампом «Д» у большинства этих мужиков стоит не шизофрения. Стоит перепуганная мать из девяносто пятого и справка, добытая в военкомате. А их одной строкой записали в психи.

Тут и вылезает вся правда про эту букву. «Категория Д» — это не человек. Для очень многих это вообще была ложь на бумаге, оформленная тридцать лет назад. А теперь по этой лжи предлагают судить живого мужика, который стоит и просится.

Вы вообще представляете, что такое «защита объектов от дронов»? Чаще всего это никакой не автомат. Это ночь и пост, на котором надо просто слушать. Уловить в темноте далёкий комариный звон мотора и успеть крикнуть, пока эта дрянь не зашла на цель. Наблюдение, детектор, связь, доклад. Для этого не надо бегать и прыгать — надо уши, глаза, терпение и голову.

А у мужика с когда-то купленным «Д» с этим всё в порядке. Он здоров. Его «болезнь» пылится в архиве военкомата. Отказать ему сейчас, тыча в ту старую бумажку, — абсурд вдвойне.

Но соврать на второй половине я не имею права.

В том же ящике «Д» лежат не одни белобилетники. Там и те, у кого болезнь настоящая и тяжёлая. И среди них есть те, кому оружие в руки давать нельзя — не потому что плохие, а потому что рядом с ними опасно. Не врагу. Своему же, соседу по посту. Отмахнуться от этого ради красивой сводки «сколько записалось» — значит подставить того соседа. А он-то в чём виноват.

И вот в чём общая беда. Бездушный заголовок и бодрый рапорт делают одно и то же: видят не человека, а строчку. Один — чтобы напугать, другой — чтобы отчитаться. А между ними стоит живой мужик и ждёт, кем его посчитают.

Не буквой надо мерить. Человеком.

Сначала — какая работа. Потом — что для неё нужно на самом деле: уши, глаза, руки, ясная голова. И только потом — вот он, конкретный: что умеет, что по силам, куда его поставить, чтобы и польза была, и он себя не сжёг, и других не подвёл.

Это дольше, чем черкнуть «категория Д — годен». Это требует посмотреть каждому в лицо и снять с него бумажку тридцатилетней давности. Но это и значит — по-людски.

А их правда много — тех, кто хочет. Многие из них один раз в жизни уже сделали выбор не идти. И вот теперь, взрослыми, идут сами. Будет стыдно, если у этой двери их встретит та же справка, что когда-то их увела.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#СВО #антидрон #люди

СРОЧНО: обновите MikroTik. Всех, кого касается, — касается прямо сейчас

3 сентября MikroTik разом выпустил три ветки RouterOS — 7.23.4, 7.24.2 и 6.49.21 — с одинаковой формулировкой: важное обновление безопасности. Одна из закрытых дыр уже активно эксплуатируется в реальных атаках.

Если у вас стоит MikroTik в любом виде — дома, в офисе, на сети, на позиции, в машине, на вышке — этот пост для вас.

Когда производитель выкладывает исправленную прошивку, он тем самым уже раскрывает уязвимость. Любой берёт старую версию, новую, сравнивает — и разница показывает, что именно чинили. Сравнение версий и есть готовое описание дыры.

Отсчёт уже пошёл. С третьего сентября атакующие знают ровно то же, что и разработчики, и работают по тем, кто не обновился.

Что закрыли, без технических рецептов — только чтобы вы понимали масштаб.

Первое и самое опасное. При определённых настройках входа по SSH можно зайти под пользователем и сразу получить полные права. Не подобрать пароль — обойти проверку как таковую. Это та самая дыра, которую уже используют.

Второе. Подделка криптографической подписи. Если для входа настроен старый тип ключа со слабым параметром, злоумышленник изготовит пропуск, не имея вашего секретного ключа вообще.

Третье. Учётка «только для чтения» — не безопасная. В стандартных правах read сидит одна невинная с виду возможность, через которую read-only оператор способен дотянуться до выполнения произвольного кода. Так что «да у меня там гостевой доступ» — не аргумент.

Это не теория. У атаки уже развёрнутая кампания: на захваченных роутерах заводится лишний пользователь, прописываются чужие адреса управления, роутер начинает жить чужой жизнью. Свежая прошивка умеет находить и вычищать её следы — значит, MikroTik видит эту кампанию в реальных инцидентах прямо сейчас.

Проще говоря: часть роутеров уже не ваши. Вопрос только, ваш ли в их числе.

Что делать: Обновиться. До 7.23.4, 7.24.2, 6.49.21 или новее. Это первый и главный шаг, всё остальное — после.

Проверить, не тронут ли уже роутер. В разделе device-mode есть флаг компрометации: если он поднят, считайте устройство захваченным и дальше действуйте как с заражённым — не просто обновляйте, а переустанавливайте начисто и меняйте все пароли и ключи.

Поискать чужого. Загляните в список пользователей: незнакомая учётка с широкими правами, особенно с именем ops, — прямой признак взлома. В логах ищите странные входы по SSH, где вместо имени стоит что-то вроде минуса с цифрой.

Проверить планировщик. Чужие задания на скачивание чего-либо и на импорт конфигурации — это закладка для возврата даже после обновления.

Осмотреть вход снаружи. Если SSH и веб-морда торчат в интернет — уберите их оттуда сегодня, до всякого обновления. Управление должно быть доступно из вашей сети, а не со всего мира.

Заменить старые ключи. RSA со слабым параметром перевыпустите на современные, а лишнее право доступа заберите у тех, кому оно не нужно.

И проверьте настройки внешней аутентификации, если она есть, — именно через неё проходит первая, самая опасная дыра.

Отдельно для тех, у кого MikroTik работает не дома, а в поле или держит боевой канал.

Ваш роутер — это точка входа во всё, что за ним. Если он под чужим управлением, чужими становятся и трафик, и то, что вы через него считаете защищённым. Здесь цена невыполненного обновления измеряется не в неудобстве.

Никаких «на выходных займусь». Обновление занимает минуты, проверка на компрометацию — ещё несколько. Атакующим, чтобы дойти до вас, нужно ровно столько же.

Разбор конкретных механизмов я сознательно не привожу: инструкция по взлому тут никому не нужна, а вот заплатка нужна всем.

Обновитесь. И передайте тем, у кого тоже стоит эта коробка.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#связь #инфобез #MikroTik #роутеры

Пятнадцать миллионов книг

Представитель Минцифры Владимир Григорьев подвёл итоги полугодия для книжной отрасли. При ударах по складам маркетплейсов сгорело около пятнадцати миллионов книг, убыток шесть миллиардов рублей. Итоговое число может дойти до двадцати миллионов.

Цифра большая, поделим одно на другое: четыреста рублей на экземпляр.

Это отпускная цена, не магазинная. В рознице та же книга стоит втрое дороже, так что шесть миллиардов — это не то, что потерял покупатель, а то, что не вернулось издателям и типографиям. Розничная стоимость сгоревшего заметно выше. Теперь главный вопрос, которого в новостях нет: чей это убыток.

Книга на складе площадки — чья она? Издателя, поставившего тираж? Площадки, взявшей его на хранение? Страховщика, если он вообще был? От ответа зависит всё дальнейшее. Если убыток лёг на издателя, он не допечатает и следующий тираж выпустит меньшим объёмом.

В сообщении Минцифры про это ни слова. А это, по-моему, единственный практический вопрос во всей истории.

Кстати, в те же дни глава РСПП предложил включить террористическую угрозу в число страховых рисков для бизнеса и докапитализировать перестраховочную компанию ЦБ. Речь ровно об этом: сегодня такие потери никто не покрывает, они просто вычитаются из отрасли.

Дальше — вторая новость, которая в паре с первой читается иначе, чем по отдельности.

Российские типографии массово сокращают штат. Причины названы: дефицит материалов и падение числа заказов. Один из крупнейших издателей за этот год урезал объём заказов у российских типографий на четверть, а то и на треть, и печатает в Китае.

Сложите два сообщения.

Тиражи сгорели. Тексты никуда не делись, макеты лежат в издательствах, допечатать теоретически можно хоть завтра.

Только допечатывать негде и не на чем. Мощности сокращаются, бумага в дефиците, а те, у кого есть деньги, уже увезли заказы в Китай. Потеряли не книги. Потеряли возможность их быстро вернуть.

И третья часть, которая идёт сама по себе, но бьёт туда же.

На прошлой неделе разошлись оценки по библиотечным фондам: при буквальном применении действующих норм муниципальным библиотекам пришлось бы изъять из доступа от половины до семидесяти процентов фонда, научным — от десяти до пятнадцати. Под формулировки попадают учебники, краеведение и издания русской классики — если у выпустившей их программы обнаружился неподходящий источник финансирования.

Минцифры проблему видит и обсуждает с Минюстом и другими ведомствами, как сохранить книги, изданные до появления у авторов и организаций этих статусов. Хорошо, что видит, потому что при буквальном чтении получается абсурд: изымать учебник за то, кто двадцать лет назад оплатил его печать.

Свожу.

За одно полугодие книга в стране стала менее доступной по трём независимым причинам сразу. Сгорели тиражи. Ужалась печатная база. И отдельно, по совершенно другой линии, сокращается библиотечный фонд.

Ни одна из трёх не задумывалась как удар по чтению. Складываются они именно в него.

Про бумажную книгу принято говорить, что она устарела и всё равно уходит в цифру. Может быть. Только цифровую копию можно отключить, заблокировать, потерять вместе с сервисом или не суметь открыть через десять лет. А книга на полке работает без электричества, без подписки и без разрешения. Пятнадцать миллионов таких работающих устройств мы потеряли за полгода.

Вопрос к вам, и он не риторический. Кто давно заходил в свою районную библиотеку? Что там сейчас на полках и много ли народу? Мне правда интересно, потому что по новостям картину не собрать.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#книги #отрасль #склады #библиотеки

Реформа связи: считаем сами

Третьего сентября три отраслевые ассоциации перевернули календарь провели пресс-конференцию по реформе лицензирования. Заголовок разошёлся один: пятьдесят миллионов человек останутся без связи.

Начну с неудобного, хотя эти операторы мне ближе, чем регулятор. Пятьдесят миллионов не выдерживают проверки.

Считают так: берут долю рынка «прочих операторов» и умножают на население. Только в этих «прочих» сидят компании второго и третьего эшелона с базами в десятки тысяч домохозяйств — им пороги по силам.

Два независимых счёта сошлись примерно на четырёх миллионах человек, причём у части из них есть мобильный интернет как альтернатива.

Преувеличение в десять раз — лучший подарок тому, кто хочет реформу продавить: один раз поймав вас на завышении, дальше можно не отвечать ни на что. А отвечать есть на что. Четыре миллиона — тоже много, и важнее другое: кто эти люди.

Главная цифра истории: регионалы держат около двадцати процентов рынка в целом — и до восьмидесяти процентов в частном секторе на селе. Восемьдесят. Там, где федеральный оператор не появится, потому что ему невыгодно.

Теперь сами требования.

Для универсальной лицензии, дающей право на широкополосный доступ, от оператора хотят не менее ста миллионов собственных средств и работы минимум в тридцати процентах муниципалитетов региона. А типичный сельский оператор — компания с оборотом пять-десять миллионов в год, собранная местными энтузиастами. Её собственные средства — экскаватор, склад муфт и машина.

Разрыв между пятью миллионами оборота и сотней миллионов на балансе — не порог, а стена.

Отдельно взнос в резерв универсального обслуживания: минимальный миллион рублей. При обороте пять-десять миллионов это от десятой до пятой части выручки. Просто за право работать.

Но пороги — не самое опасное в проекте. Опаснее механизм.

При лишении лицензии предлагается переключить абонентов и сеть на оператора с генеральной лицензией. Без переходного периода и без компенсации собственнику.

Человек двадцать лет копал траншеи, тянул волокно, ставил узлы — не набрал ста миллионов на балансе, и сеть переходит другому. Даром.

Ассоциации называют это возможностью захвата и предлагают вменяемую альтернативу: не отбирать сеть, а приостанавливать лицензию через комиссию. Право на лицензию и право на имущество — вещи разные.

Вторая половина той же пресс-конференции осталась почти незамеченной, а она показательнее первой. Доступ к опорам ЛЭП.

Арбитражный суд Ярославской области посчитал обоснованный тариф за размещение линии на одной опоре: два рубля в месяц. Себестоимость содержания опоры, по оценкам участников, около полутора рублей.

Практика. В Алтайском крае суд снизил тариф с двухсот пятидесяти двух рублей до семи. В Северной Осетии — с шестидесяти восьми рублей до девяноста семи копеек. В Оренбуржье суды держат цену монополиста на шестидесяти шести.

Разброс за одну услугу — в двести шестьдесят раз. Не между странами, между соседними регионами.

Плюс переход от платы за опору к плате за каждый кабель и закрытая формула. Прикиньте экономику оператора, который висит на тысяче опор.

И последнее. На той же неделе вышла статистика: трафик мобильного интернета в России пошёл вниз. Блокировки, белые списки, отключения наконец добрались до цифр.

Спрос жмут сверху. Предложение жмут снизу. Обе руки одного ведомства.

Я не за то, чтобы ничего не менять: закон о связи правили сто четыре раза за двадцать три года, это давно заплатки вместо полотна.

Но реформа обязана отвечать на вопрос, кому после неё станет лучше. Абоненту в частном секторе, у которого исчезнет единственный провайдер, — не станет. И тарифу его не станет: крупному игроку придётся ставить СОРМ на маленькую базу, и это ляжет в счёт.

Требование у отрасли ровно одно, и оно скромное: опубликовать проект и обсудить его до внесения. Пока обсуждают сливы.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#связь #операторы #регулирование #лицензирование

Линия на карте — это ещё не связь

В профильном канале снова была фраза, которую хочется выбить в граните: «расчёт по прямой видимости — это уровень детского сада». Провёл линию от антенны до цели, не упёрлась в холм — «связь есть». Радиоволна про эту линию не знает: она огибает, дифрагирует, тонет в лесу и путается в застройке.

Сказано по поводу того, что за месяц сайтов и программ «посчитать радиовидимость» расплодилось как грибов. Инструментов много. Понимания, что они считают, — нет.

Начнём с главного заблуждения: волна летит не по линии.

Она летит по объёму. Первая зона Френеля — вытянутый эллипсоид между антеннами. Основная часть энергии идёт в нём, и свободен должен быть он, а не тонкая линия на карте.

Теперь цифры, без них не чувствуется.

Радиостанция на 433 мегагерцах, трасса десять километров, препятствие посередине. Радиус первой зоны в этой точке — сорок два метра. Обычно считают достаточным, если свободно шестьдесят процентов, — это двадцать пять метров.

То есть коридор высотой в девятиэтажку. А на карте — линия толщиной в пиксель.

Чем ниже частота, тем эллипсоид толще: на 146 мегагерцах радиус в той же точке уже семьдесят два метра, на 5,8 гигагерца — одиннадцать.

Дальше дифракция.

Волна огибает препятствие, но платит за это. Число, которое стоит запомнить: если линия визирования ровно касается кромки — всё чисто, вы её видите, — потери уже около шести децибел. Это половина мощности дважды.

А если кромка поднялась выше линии, потери растут быстро. Никакого «видно или не видно» там нет, есть плавная кривая.

Теперь лес, и это отдельная боль.

Пятьдесят метров подлеска на 433 мегагерцах по стандартной модели растительности дают около десяти децибел, сто метров — около шестнадцати. Те же сто метров на 5,8 гигагерца — уже за тридцать.

Полоса деревьев шириной в футбольное поле съедает на видеолинке тридцать децибел. Это тысяча раз по мощности. Усилитель этого не закроет: ватты в начале не лечат потери в середине.

Отсюда понятно, чем модели отличаются друг от друга.

Прямая видимость с кромкой — «упёрлось или нет» плюс поправка на дифракцию. Годится прикинуть за минуту.

Лонгли-Райс, она же модель нерегулярной местности, — классика конца шестидесятых. Берёт профиль рельефа, считает дифракцию на неровностях и рассеяние, даёт результат с вероятностями. Про лес и дома не знает ничего: холм под сосняком и голый холм для неё одно и то же.

МСЭ-R P.1812 умеет то, чего не умеет предыдущая: принимает карту подстилающей поверхности. Подгрузили клаттер — скажем, ESA WorldCover с разрешением десять метров — и она видит, что на пятом километре лес, на седьмом застройка, на девятом пашня, и считает потери по каждому куску.

Разница между второй и третьей — это ровно разница между «холм не мешает» и «холм не мешает, но за ним двести метров ельника».

И то, что важнее самих моделей.

Любая честна ровно настолько, насколько честны входные данные. Частая ошибка не в выборе модели, а в высоте антенны: вводят высоту мачты, забыв, что мачта стоит на крыше. Ошиблись на пять метров при трассе в десять километров — расчёт поехал сильнее, чем от смены модели.

Второе: результат «связь есть» бессмысленен. Уровень на приёме гуляет от погоды, листвы, влажности, времени года. Расчёт, выдавший ровно порог чувствительности, означает «связи не будет».

Коротко: Считайте не факт связи, а запас по уровню. Меньше десяти децибел — канала нет. Пятнадцать-двадцать — рабочий вариант. Высоты берите фактические: от земли до фазового центра антенны, с учётом того, на чём она стоит.
Клаттер подгружайте всегда, если модель позволяет. Голый рельеф в средней полосе не встречается. И проверяйте расчёт замером. Хотя бы раз на трассу.

Хорошая новость: инструменты для всего этого есть, бесплатные и работающие без интернета. Плохая: они посчитают ровно то, что вы в них ввели.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#связь #матчасть #радиотрасса #антенны

Минута философии

Никто не ожидает, что на самом обычном перекрёстке перед ним разверзнется бездна. У Макса Фрая это сказано почти буднично: между табачной лавкой и зоомагазином, на пересечении Хохштрассе и Марктплац. Человек просто шёл. Не искал предел. Не изучал зло. Не выбирал смотреть в пропасть. А она открылась сама.

На СВО бездна разверзается каждый день. Не как метафора. Как ландшафт. Руины, выжженные леса, сетки-тоннели, города, которых уже нет. Ты не «заглядываешь» туда по желанию. Ты оказываешься внутри. И это другая история, чем у Ницше.

У Ницше человек сам смотрит в бездну. «Кто с чудовищами сражается, пусть позаботится о том, чтобы самому не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, бездна также смотрит в тебя». Там субъект совершает действие: он всматривается туда, где привычные опоры уже не работают. Опасность не в том, что мир стал ужасным. Опасность в длительном созерцании ужаса.

У Фрая всё наоборот. Бездна приходит сама. На обычную улицу. В обычный день. И это страшнее. Потому что рушится самое базовое доверие: следующий метр мира будет похож на предыдущий. Вышел из дома — улица есть. Перекрёсток есть. Дальше снова улица. Мы вообще живём за счёт этого предположения. А разверзшаяся бездна на перекрёстке говорит другое: мир внезапно перестал быть тем миром, который ты считал существующим.

Теперь гражданская жизнь.

Там бездна редко выглядит как воронка в асфальте. Там она выглядит как лента. Война. Катастрофа. Политический абсурд. Массовое насилие. Очередная дичь. Мем. Погода. Спорт. Всё это становится прямоугольниками одного размера на экране. Исключительное перестаёт ощущаться исключительным. Норма кринжа поднимается так высоко, что уже почти не цепляет. Не потому что бездна стала нормой. А потому что мы нормализовали её присутствие. «Да, сегодня произошло чудовищное. Ладно. Следующая новость».

Это не то же самое, что стать чудовищем. Это хуже по-другому. Можно начать считать, что бездна и есть вся реальность. Что за лентой больше ничего нет. Тогда бездна действительно смотрит обратно: не из новости, а из твоей модели мира.

Самый честный ответ на это — не отвернуться и не смотреть без остановки. А вернуть себе способность видеть, что бездна — не весь мир. Она может открыться на перекрёстке. Но вокруг неё всё ещё стоят табачная лавка и зоомагазин. Кто-то выбирает корм для кота. Кто-то ругается с курьером. Кто-то варит кофе.

Это не отрицание бездны. Это отказ отдать ей монополию на реальность.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#СВО #бездна #Ницше

🔵В Киеве «Герань» у@бала по главному офису СБУ. Прилет произошел в кабинет исполняющего обязанности главы СБУ Поклада.

Судя по всему, красных линий больше нет. До слёз. Гойда!

@RuFront 🏴‍☠️

Одна мачта на четверых. Читаем приказ, а не заголовок

С 1 января 2027 года для крупных мобильных операторов вступает в силу обязательство по совместному использованию оборудования. Формулировка звучит так: на каждой базовой станции LTE в населённых пунктах до тысячи человек всегда будут работать четыре федеральных оператора. Если в точке есть доминирующий оператор, он обязан обеспечить остальным доступ к своему оборудованию на договорных условиях.

Прежде чем радоваться, откроем перечень территорий. Он вышел приказом Минцифры двумя днями раньше и остался незамеченным.

Семьдесят шесть населённых пунктов. И двести семь участков федеральных автодорог. На всю страну. При том, что деревень до тысячи человек у нас десятки тысяч.

Что такое шеринг, если по слоям.

Нижний — пассивный. Общая мачта, контейнер, ввод электричества, заземление. Каждый вешает свои антенны и ставит своё железо. Делится бетон и сталь.

Верхний — общее радиооборудование. Одна железка отрабатывает четыре набора диапазонов, в эфир уходят четыре идентификатора сети, телефон видит свою и регистрируется в ней.

Ключевое, что теряется при пересказе: делят железо, а не частоты. Спектр остаётся у каждого свой, лицензионный, в общий котёл его никто не отдаёт.

Чтобы одна железка отработала диапазоны всех четверых, она должна быть многодиапазонной. Станция, поставленная под одного оператора десять лет назад, этого не умеет: радиомодуль там ровно под свою полосу.

Значит, во многих точках обязательный шеринг означает не подписание договора, а замену оборудования. За чей счёт — приказ отвечает словами «на договорных условиях».

Дальше транспорт, о котором в таких новостях не говорят никогда. В деревню приходит либо тонкая оптика, либо радиорелейка, и строилась она под одного оператора. Шеринг радио не расширяет её ни на бит: в точку пустили вчетверо больше абонентов по той же трубе. А канал до узла — самый дорогой элемент, его надо копать через лес.

Раньше в крупном селе могли стоять две-три мачты разных операторов. Дублирование, неэффективно — всё так. Но когда падала одна, люди перекидывались на другую сеть.

Теперь единственная станция обслуживает всех четверых. Она гаснет — гаснут все четыре оператора одновременно. Резервирование, которое раньше возникало само собой из-за конкуренции, исчезает как побочный эффект экономии.

Железо принадлежит доминирующему оператору. Аварию устраняет он, по своему регламенту и своей очерёдности. Трое остальных — гости на чужой площадке, рычагов у них нет. А абонент звонит своему оператору, и тот честно отвечает, что ведутся работы.

В посёлке на триста человек четыре мачты не окупятся никогда: абонентская база не отобьёт даже электричество. Делёж инфраструктуры — единственный способ дать там связь хоть какую-то.

А двести семь участков федеральных трасс в этом списке для меня осмысленнее самих деревень. На трассе важна непрерывность, а не ёмкость: провал покрытия там — это человек, который не вызвал помощь на обочине. Латать такие дыры вскладчину правильно.

Если ваша площадка попала в перечень — а его стоит открыть и проверить, — пересчитайте три вещи. Транспорт под учетверённую нагрузку. Батареи и топливо под всех четверых. И записанное чёрным по белому время реакции, потому что теперь ваша авария — это авария всего посёлка.

Хорошая мера. Просто применена к семидесяти шести точкам, а прочитана как реформа связи в сельской местности.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo

#связь #шеринг #регулирование #сети

Север

Сегодня ночью погиб Павел с позывным «Север» — командир отряда БАРС «Арсенал», собранного в «Ростелекоме». Целенаправленная атака дронами. Вместе с ним ушли Док и Будда.

Утром я в это не поверил. Весь день ждал, что опровергнут, что перепутали позывной, что окажется однофамилец. К вечеру подтверждений стало слишком много.

Про Павла скажу коротко: Хороший специалист. Честный человек. Из компании, которую в нашей отрасли принято ругать, и я сам её задевал не раз — и, наверное, ещё буду. Только компания это одно, а люди в ней разные. И вот эти — пошли. Отряд связистов. Люди, которые в мирной жизни тянули линии, поднимали узлы и держали сети, собрались и поехали делать то же самое, только там, где за это убивают.

Дело связи будет жить.
Быть воином — значит жить вечно.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#связь #память #Арсенал

Чуть заменим саундтрек в этот прекрасный день.

Communicatio est victoria.

— Душнила
t.me/zas_svo
vk.com/zas_svo
#связь #3сентября