Несколько слов о фильме Йоргоса Лантимоса «Бугония» (2025) и одной повести Стейнбека. Не прошло и полгода, как я обещала Алексею об этом написать (а может быть прошло).

В 1937 году Джон Стейнбек написал повесть «О мышах и людях» – о двух мужчинах, которые в поиске заработка кочуют от фермы к ферме и никак не могут вписаться в этот мир. На фоне – Великая депрессия, безработица, никакой надежды на собственное жилье (знакомо?). Джордж заботится о своем друге, умственно отсталом Ленни, невероятно сильном, но ранимом здоровяке с мечтой о своей ферме, где целыми днями можно будет гладить щенят и кроликов (знакомо!). С прошлого места работы им пришлось сбежать, потому что Ленни ухватился за юбку девушки и не мог ее отпустить, отчего его едва не обвинили в изнасиловании и собирались линчевать.

В сторону
За подобное в романе Фолкнера «Шум и ярость» (1929) Бенджи, младенца в теле 33-летнего мужчины, подвергли кастрации.

Еще дальше в сторону
Американская литература XX века вообще полна историй о нейроотличных людях – со всеми историческими, экономическими, социальными потрясениями того времени ей нужен был рассказчик, который незамутненным, детским и искренним взглядом сможет охватить этот хаос и, как получится, о нем поведать.

Назад, к Стейнбеку
Ленни случайно убивает жену сына хозяина фермы, на которой они работают. Джордж, понимая, что его друга ждет страшная расправа, и зная, как Ленни ему доверяет, успокаивает его историями о прекрасном будущем, которое их ждет на своей ферме, и стреляет в него, обеспечивая ему более милосердную смерть.

Вперед, к Лантимосу
«Бугония». Провинциальная Америка, юг (в фильме, вероятно, действие происходит в Джорджии, у Стейнбека – в Калифорнии), социальное расслоение, тяжелый низкоквалифицированный труд, которым приходится заниматься главному герою. Тоже два мужчины – конспиролог Тэдди и его уязвимый наивный кузен-аутист Дон. Первый искренне желает второму добра, но здесь это не пребывание в райском пушистом кроличьем раю, а победа над злобными инопланетянами, вознамерившимися уничтожить планету. Ну а миролюбивый Дон, как оказывается, на самом деле хочет улететь отсюда, «прочь с Земли». Спойлер: жизнь Дона тоже заканчивается выстрелом, который он, однако, совершает сам, ясно поняв, что мечта его недостижима.

Такая вот трансформация «американской мечты».

При не особо значительной разнице в декорациях (лачуги сезонных рабочих в эпоху Великой депрессии, зажиточные хозяева ферм vs. дом на отшибе, далекие от народа хозяева корпораций, еще более далекие андромеданцы) это все попытки высказаться об отчуждении, о всемирном хаосе, о людях, которых мир не принимает и не понимает, и, конечно, о мечте, которая мерцает слабым зеленым огоньком где-то впереди, но обязательно рано или поздно затухнет.

The best laid schemes o’ Mice an’ Men // Gang aft agley,
An’ lea’e us nought but grief an’ pain, // For promis’d joy!

Лучшие планы Мышей и Людей // Сплелись воедино,
И не принесли нам ничего, кроме горя и боли, // Вместо обещанной радости!