Театр крупным планом 

Недавно перебирал фотографии и наткнулся на нашу прошлогоднюю работу — «Создавая рассвет». Иммерсивный моноспектакль в павильоне «Атом» на ВДНХ, где я работал как артист и драматург.

Именно в этой работе у меня наконец сбылась одна маленькая творческая мечта. Тут отдельно хочется сказать спасибо режиссёру спектакля Арине Дроздовой и креативному продюсеру Марии Мелик-Пасадановой, с которыми мы всё это и создавали.

Я давно хотел поработать в спектакле, где вместе с артистом на площадке существует оператор с камерой, который может подснимать крупные планы, детали, глаза, эмоции и всё это параллельно выводить на экран. Тогда толком отрефлексировать этот опыт я не успел, а сейчас вдруг понял, что эксперимент был очень интересным. И поставил передо мной несколько вопросов.

Первый вопрос: как существовать артисту одновременно на сцене и в кадре? Театр всё-таки требует более широкого жеста, большей подачи. Камера, наоборот, чувствительнее и позволяет существовать гораздо более закрыто и экономно. Я в итоге старался меньше форсировать голос, и тут очень спасала гарнитура. Но сценическая привычка всё равно периодически тащила меня в другую сторону.

Второй: на кого работать: на зрителя или на камеру? Является ли камера главным ориентиром или всё-таки зритель, а камера только вспомогательный инструмент? Думаю, тут можно разводить режимы. Например, в каком-то важном монологе выйти напрямую в объектив, сломать четвёртую стену и дать зрителю прямой взгляд. А в другой сцене вообще забыть о камере и работать только с залом.

И третий момент: сам оператор. У нас зрители сидели справа и слева от меня, а оператор со стедикамом постоянно находился внутри пространства. Репетиций с камерой почти не было, поэтому никакого отдельного «балета» между артистом и оператором мы толком не успели выстроить. И это, конечно, проблема. Оператор в таком спектакле должен существовать примерно как кукловод в кукольном театре: быть частью действия, но визуально стираться, не перетягивать на себя внимание и ни в коем случае не перекрывать артиста.

В общем, это был очень полезный эксперимент. И я почти уверен, что ещё вернусь к этому формату. Потому что сама идея мне по-прежнему очень нравится: когда театр и кино существуют одновременно, не конфликтуют, а усиливают друг друга. И теперь я хотя бы гораздо лучше понимаю, что именно в следующий раз надо будет учесть.