Великий разрыв в культуре переживали только немцы
и
прописали свой диагноз всей Европе, которая подобным никогда не болела.
И я задумалась.
Да, возможно, немцы действительно однажды реально слишком сильно загнались по этому поводу. Ну так, во-первых, тот же немецкий романтизм — это не столько литература даже, сколько философия, даже если выглядит как странная сказка, так что всё прям ну очень серьёзно. А во-вторых, немцы en masse будто бы склонны к излишнему рвению и сопутствующей ему дотошности, потому, кажется, и писали об этом дольше и методичнее всех остальных.
В меня саму как германиста это извечное Bürger vs. Künstler вбито, конечно, намертво. Я легко нахожу эту оппозицию в совершенно разных текстах, независимо от времени и места их написания. Возможно, это просто необратимые изменения в моём мозгу под воздействием германистики. Возможно, это немецкие романтики и иже с ними оказали значительное влияние на отдельных авторов (или снова на меня, да:) Возможно, если не конфликт, то некоторое напряжение между условными обывателями и условными же творческими людьми действительно существует в жизни, и о нём периодически пишут всякие там книжки. Возможно, я просто играю в интерпретацию и дело в моём селективном внимании. Как знать!
В карманах Штанов завалялось несколько текстов, где я вспоминаю о бюргерах и кюнстлерах. Один из них, например, про книгу, в которой автор ставит эту проблему (или «проблему»?) с ног на голову. Сейчас покажу, как.