1

Когда я открыла для себя автофикшн, он показался выходом в иное литературное русло. Иногда кажется, что случилось это от недостатка опыта и начитанности. Конечно, здесь еще сыграла усталость от одинаковых текстов в современной литературе (хотя сейчас знаю, что просто не знала, где искать — они были не на поверхности). Желание новых горизонтов. Не просто новых — а близких моему опыту. Мне хотелось увидеть в литературе наконец-то себя.

2

Разве усталость от конструированных текстов — значит усталость от вымысла? Может, это просто плохо сделанные тексты, настроенные на массовый читательский вкус? Автофикшн в российской литературе сейчас так же подстраивается под читательские ожидания.

3

Автофикшн — это ленность. Мы пишем о себе не потому, что фикциональные структуры изжили себя. Они как раз-таки вечны. А потому что разучились думать дальше собственного я.

И если смотреть с такой стороны, то действительно автофикшн — это посты в соцсетях, потому что, как мы знаем, соцсети уже давно не о том, чтобы объединяться — а чтобы смотреться в собственное зеркало. Автофикшн по определению не соприкасается с другим.

4

Обычно автофикшн защищают цитатой Лидии Гинзбург, что личное — это типическое. Но любая литература в любом веке это и личное, и типическое. Вся она исходит из личного опыта, но, в отличие от автофикшена, фикциональный текст содержит ещё и творческую работу с фабулой.

5

Еще один аргумент в защиту: автофикшн позволяет писать о себе, как не позволяет никакой другой жанр.

А кто пишет не о себе? Мы вообще уверены, что есть кто-то, кроме нас в этом мире?

6

Недолгое время автофикшн был полем экспериментов. Но потом он стал модным и продаваемым, и эта его особенность на книжном рынке перевесила все остальные. Новизна при капитализме — это прежде всего товар. Как и вкус.

И тексты пошли одинаковые, чтобы вписываться в ожидания и продаваться.