ПОВОРОТ ТУДА

ПОВОРОТ ТУДА pinned «Однажды во время поездки в Йоркшир Чарльз Диккенс имел несчастье посмотреть, что происходит за стенами печально известных школ-пансионов, коих в этом графстве было предостаточно. Увиденное натолкнуло его на написание "Николаса Никльби". Второй роман классика…»

Однажды во время поездки в Йоркшир Чарльз Диккенс имел несчастье посмотреть, что происходит за стенами печально известных школ-пансионов, коих в этом графстве было предостаточно. Увиденное натолкнуло его на написание "Николаса Никльби". Второй роман классика английского реализма в своё время хорошо встряхнул общество, а фамилия одного из антагонистов — Уэкфорда Сквирса — стала нарицательной. Однако сатира на "учебные" заведения выросла в целую эпопею. В новом лонгриде рассказываю, кто и за что заслужил насмешки Диккенса, и почему героев его текстов может спасти только чудо.

И — да, если у вас возникал вопрос, почему в последнее время на канале такое затишье, то этот текст даст исчерпывающий ответ.

Последний фильм Джима Джармуша "Отец, мать, сестра, брат" по инерции хочется прочитывать, как кино о разрыве семейных уз и о масках, которые носят люди. До определённой степени это так. Это фильм о недоговорённостях и утаиваниях, но больше всего здесь недоговаривает и скрывает сам Джармуш. В очередном лонгриде пытаюсь (безуспешно) расшифровать систему знаков в этом фильме и объясняю, почему он больше говорит об искусстве и авторе, чем о семье.

В американском тюремном сленге есть выражение "down by law", которое обозначает верного товарища, на которого можно положиться. Выражение это очень понравилось Джиму Джармушу, и он назвал так один из своих ранних фильмов. В новом лонгриде рассказываю, как обычный нуар вдруг превращается в метафизический травелог о поиске нового жизненного пути, и кто здесь действительно down by law.

Ведьма из Блэр / The Blair Witch Project (реж. Дэниел Мирик и Эдуардо Санчес, 1999)

Как только сегодня не пытаются напугать зрителей режиссёры хорроров! Жуткие морды, скримеры и больше (чем больше, тем лучше) паранормальщины. Но едва ли все эти страшилки способны достучаться до самых глубоких, самых первобытных страхов. А вот вроде бы совсем примитивная "Ведьма из Блэр", где — спойлер — ведьму не видно вообще, смогла.

"Ведьма из Блэр" не была, в общем-то, суперноваторской, и её предшественников можно обнаружить ещё в начале 1980-х — речь, конечно же, о печально известном "Аде каннибалов", а прямым предшественником с приблизительно похожим сюжетом справедливо считают "Последнюю трансляцию", вышедшую годом ранее. Однако именно "Ведьма" спровоцировала взлёт жанра found footage в 2000-х.

Картина Мирика и Санчеса минималистична настолько, насколько возможно. Две камеры, туристические принадлежности, три актёра, немного массовки в начале, лес и заброшенный дом — вот и всё, что мы имеем. Ни графики, ни чудовищ, разве только ещё немного элементарных звуковых эффектов. Режиссёры, следуя замыслу, постарались показать историю как можно более правдоподобно. Главные герои — это ничем особо не примечательные молодые люди: Хэзер, бодрая девушка, затеявшая всё это рискованное предприятие, необщительный Майкл и Джош. Имена героев, надо заметить, совпадают с именами сыгравших из актёров — видимо, так сделали для пущей убедительности. Вместе они едут снимать фильм о мифической ведьме из Блэр, реальность которой они едва ли верят. Для них это всего лишь местная легенда, за которой, как и за всякой легендой, стоят гораздо более прозаичные события. Постепенно их мнение, однако, меняется.

Самый сок начинается тогда, когда студенты обнаруживают, что заблудились и не знают дороги назад. И уже этого достаточно, чтобы от фильма стало не по себе. Подчёркнутая натуралистичность съёмки заставляет забыть (по крайней мере, на бессознательном уровне), что это всего лишь игровое кино. Всё, на что воздействуют Мирик и Санчес на данном этапе — это зеркальные нейроны, поэтому тревога персонажей в столь реалистичных обстоятельствах, передаётся и зрителю. За страхом заблудиться не стоит никакой мистики, он рационален и естествен для человеческого существа по умолчанию.

Однако это лишь прелюдия. По ночам несчастные киношники начинают слышать загадочные звуки, обнаруживают жутковатые куклы из веток, аккуратно сложенные пирамидки из камней и прочие неприятные "колдовские" штуки, вызывающие у них отвращение, в чём их нетрудно понять. Кто их преследует? Может быть, сектанты. Может быть, какой-то псих. Неизвестно. Тем временем они уходят всё глубже в лес, теряют карту, и безнадёжность их положения вырисовывается всё отчётливее.

Сама ведьма не появляется в кадре ни единого раза, и о том, что герои столкнулись со сверхъестественными силами, свидетельствуют разве что загадочные крики детей, внезапная атака на палатку в одну из ночей и далёкий голос неожиданно пропавшего без следа Джоша. Как раз в этом главный козырь "Ведьмы из Блэр". Это фильм вообще не про паранормальное, он о страхе перед неизвестной угрозой. Может быть, ведьма — это вовсе и не ведьма, и называют её так, чтобы просто как-то обозначить сущность, обитающую в лесной чаще, дать ей имя и лицо. Это не важно. Главное — это то, что героям грозит нечто, против чего они бессильны и от чего не могут спастись. Призраки, демоны, дьявол, восставшие мертвецы и прочая нечистая сила напрямую связана с культурой, и страх перед ней является по большей части следствием социальной адаптации. Но ужас перед неизвестной опасностью и перед смертью первобытны и прошиты самой природой. Именно поэтому отсутствие ведьмы в кадре заставляет бояться и тревожиться куда больше, чем если бы нам показали её воочию.

Простой, без всяких спецэффектов и сюжетных наворотов фильм смотреть действительно как минимум некомфортно, и в разговорах о "самых страшных" ужастиках следует вспоминать скорее об этой заслуженной классике, чем о перегруженных астралоподобных пустышках.

10/10

Пока пишу текст для своего музыкального канала, вброшу, чтобы не пропадать из поля зрения, одну старенькую рецензию с лайвлиба на автобиографию Кози Фанни Тутти, соосновательницы пионеров индастриала Throbbing Gristle, которая часто остаётся в тени их фронтмена. Книги в продаже уже, к сожалению, нет, но всё же захотелось поделиться впечатлениями и тут.

Джордж Оруэлл. "Скотный двор" / "Animal Farm" (1945)

Известно, что до того, как написать одну из величайших антиутопий, Джордж Оруэлл сочинил сатирическую сказку, где звери подняли восстание, свергли человека, и попытались построить коммунизм. "1984" мне всегда нравился, а потому стало интересно, что предвосхитило этот роман. И насколько справедливо то, что "Скотный двор" оказывается в его тени.

Итак, действие разворачивается на ферме. Однажды старый хряк увидел сон про конец людского господства и произнёс перед животными пламенную речь о несправедливости по отношению к ним, о том, что из-за людей вся скотина умирает под мясницким ножом, и о грядущем восстании. Предсказание сбывается. Интеллектуальной верхушкой оказываются два других свина как наиболее умные, остальные превращаются буквально в рабочий класс — но зато теперь знают буквы (хотя тут тоже не все справляются) и работают лишь на себя.

Что стало мишенью для Оруэлла, читателю становится очевидно с первых страниц, и тут даже не надо знать об отношении автора к коммунизму и тоталитарным режимам (в тот период жизни, но его переобувания — это тема для отдельного разговора). "Скотный двор" практически повторяет историю СССР. Вера в коммунистические идеалы помогает животным установить свои порядки, но уже к этим убеждениям Оруэлл настроен критично. Появление на политической арене хряка Наполеона, в котором без труда считывается фигура Сталина, приводит к борьбе за власть. Противник изгнан и поруган, а на ферме начинаются репрессии, манипуляции массовым сознанием, искажение истории и переписывание принципов идеологии "скотизма".

Читатель, знакомый с "1984" увидит в "Скотном дворе" множество мыслей, которые послужили основой для будущего романа, однако тут они ещё не концептуализированы и сильнее бьют в лоб. Да, "1984" тоже прямолинеен, но выигрывает не только за счёт мрачной атмосферы, но и за счёт гротеска, там автор фантазирует, что будет, если довести реально существующие проблемы тоталитарного социализма до предела. С Оруэллом, безусловно, во многом можно поспорить, особенно в том, что касается вопроса управления сознанием с помощью языка, но это же и признак более глубокого произведения.

"Скотный двор" же не оставляет возможности дискуссии. Это прямолинейная, лобовая сатира. Кому как не свиньям быть у власти, если свиньи ассоциируются с жадностью, обжорством и бесчестием? Кому, как не стадным овцам играть роль стада? Кому, как не лошадям быть работягами? Едва ли повесть можно назвать аллегорией коммунизма (или социализма — кому как нравится, для Оруэлла это примерно одно и то же). Скорее это насмешливый пересказ учебника истории Советского Союза в форме сказки.

Казалось бы: в "Скотном дворе" есть всё, что нужно сатире: гротеск, иносказательность, актуальность. Но чего ей не хватает, так это подлинной остроты. Высмеивая коммунистов, Оруэлл вообще не задумывается о морфологии этого строя и довольствуется тем, что лежит на поверхности. Не хватает и той самой неоднозначности, которая провоцировала бы дискуссии. Не хватает универсальности, которая позволила бы находить отголоски описываемых проблем и явлений в современности.

Всё это Оруэлл исправил в "1984", но о "Скотном дворе" можно в итоге сказать только одно: написано хорошо и в какой-то мере даже увлекательно, но состарилось плохо.

6/10

"Окулус" Майка Флэнагана я уже давно хвалю. Однако честно признаюсь, что первый просмотр был у меня не очень внимательный и чисто случайный. Давно было пора исправить это и посмотреть уже целенаправленно один из немногих хороших хорроров 2010-х в мейнстримном сегменте. В новом лонгриде рассказываю о том, кто настоящий антагонист в этом потрясающем фильме.

P.S. Кстати, это сотый (!!!) текст, вышедший на этом канале (репост из Мусоросвалки не в счёт).

Админ спятил, посмотрел в течение последнего месяца от начала до конца фильмографию Евгения Юфита и деградировал до скрюченного homo mortuus (то бишь, трупо-шимпанзе). Это, впрочем, не помешало мне написать лонгрид о его фильме "Прямохождение", который подводит итог всего творчества некрореалиста.

ПОВОРОТ ТУДА pinned «Начинаю понемногу выходить из спячки. И так вышло, что первым крупным в этом году текстом стал разбор романа о спящих, блуждающих во тьме людях. В новом лонгриде о главном произведении Юрия Мамлеева пытаюсь проникнуть в солипсический мир людей-полутрупов,…»

Начинаю понемногу выходить из спячки. И так вышло, что первым крупным в этом году текстом стал разбор романа о спящих, блуждающих во тьме людях. В новом лонгриде о главном произведении Юрия Мамлеева пытаюсь проникнуть в солипсический мир людей-полутрупов, которых автор очень метко назвал шатунами.

Пинк Флойд: Стена / Pink Floyd — The Wall (реж. Алан Паркер, 1982)

"Стена" была и остаётся, возможно, самым известным в истории рок-мюзиклом после "Иисуса Христа — суперзвезды". Несмотря на ограниченный прокат, экранизация концептуального альбома Pink Floyd собрала неплохую кассу и стала культом. Отчасти тут сыграла роль слава самой группы, отчасти — популярность песни и клипа "Another Brick in the Wall, Part 2". И именно тут-то и кроется проблема: как оценить мюзикл как фильм, без оглядки на песни?

Сам по себе замысел картины был достаточно смелым. Хотя "The Wall" принято считать рок-оперой, его принадлежность к этому жанру спорна. Целостная история рассказана с перспективы всего одного человека. Через лирику главный герой по имени Пинк обнажает свои переживания рок-звезды и раскрывает травмировавшие его детские секреты: гиперопека матери и потеря отца на войне становятся отправной точкой для построения внутренней стены, отгородившей его от людей и прочих внешних раздражителей. Это не эпос, это погружение в сознание и подсознание героя, и в огромной степени "The Wall" — чистая поэзия, концентрирующаяся на внутреннем мире главного героя. Если бы Алан Паркер взялся экранизировать альбом дословно, то получился бы скорее калейдоскоп сюрреалистических образов, из которых зритель не вынес бы ничего. При таком раскладе, само собой, приходится восполнять сюжетные пробелы, перекидывать мостики между песнями.

Попытка засчитана. Однако в конечном итоге создать целостную картину у режиссёра не очень получилось. Кино на восемьдесят процентов состоит из музыки. Диалоги тут можно пересчитать по пальцам, и само по себе это не плохо. Двойной альбом был целостным произведением, которое не оставляло пустых мест, детали слушатель узнавал постепенно, и в конце из них складывалась целостная картина. Но как раз в интерпретации Паркера история, напротив, начала распадаться на отдельные фрагменты, которые подчас с трудом связуются между собой. Фильм слабо раскрывает драму Пинка, а только запутывает. Дело не в нелинейном повествовании, а в том, что "Стена" словно составлена из объединённых общей темой, но разрозненных клипов на песни из одноимённого альбома. Отдельные моменты и вовсе сбивают с толку: протесты молодёжи сперва кажется лишней вставкой, сделанной непонятно зачем. И только позднее, когда уже и начал о них забывать, сцены бунта увязываются с антимилитаристским посылом, который соседствует в фильме с рефлексией по поводу духовного выгорания от сцены и славы.

Короче говоря, "Стена" — это клиповый фильм, который никак не может сложиться в целостный мюзикл. В отдельных эпизодах есть своё очарование. Бунт школьников под "The Happiest Days of Our Lives/Another Brick in the Wall, Part 2" поставлен просто безупречно и отлично передаёт эмоциональный накал в душе униженного учителем Пинка. Восхищает и заслуживает исключительно похвалы психоделическая анимация, где главенствуют холодная цветовая гамма под стать военным образам — с одной стороны, и душевному омертвению главного героя — с другой. В визуальном плане сцена суда над Пинком — пожалуй, лучшее, что есть в фильме, а колонна марширующих молотков заслуженно стала чуть ли не символом Pink Floyd в массовом сознании.

Что касается музыкальной стороны, то тут можно только лишний раз отметить композиторский талант Уотерса и Гилмора и то, что музыка их нисколько не постарела. "The Wall" — это случай, когда произведение одновременно целостно и, как кажется, неразделимо, но парадоксальным образом легко разбирается на отдельные песни, которые отлично слушаются и в отрыве от контекста. Это гениальный альбом, один из лучших в дискографии Pink Floyd, и вечная классика прог-рока.

Говоря откровенно, на прекрасной музыке по большей части и держится весь фильм. С другим саундтреком картина была бы довольно слабым, хотя и местами стильным фильмом с отличными анимационными вставками. Иными словами, не будь это гениальные Pink Floyd, работа Алана Паркера вряд ли получила бы столько признания.

7/10, но 3-4 балла я накидываю только из-за большой любви к альбому, всегда приятно переслушать этот шедевр.

ПОВОРОТ ТУДА pinned ««Камера» Селби уже давно лежала у меня на книжной полке в ожидании своего часа. Дождалась. Об идеях Кафки и Фуко во втором романе знакового американского прозаика – в разборе по ссылке. https://telegra.ph/Hyubert-Selbi-ml-Kamera--The-Room-1971-10-03»

ПОВОРОТ ТУДА pinned «Год подходит к концу, пора начинать как-то подводить итоги. Киношные я выложу, наверное, только в начале января, а пока что — литературные. В плане книжек год у меня получился непривычно скудным, но надеюсь исправиться в наступающем 2026! Тут без подробных…»

Что мы видим, когда смотрим на небо? / Ras vkhedavt, rodesac cas vukurebt? (реж. Александр Коберидзе, 2021)

Грузинское кино, кажется, чаще остаётся в тени, но и там попадаются весьма нетривиальные вещи. "Что мы видим, когда смотрим на небо?" будет любопытен одновременно тем, кто интересуется структурой сознания (и души) и юнгианством, и фанатам... футбола.

Картина Коберидзе — это одновременно что-то вроде сказки и репортаж о жизни. Студентка-фармацевт Лиза, работающая в аптеке, несколько раз за день сталкивается с футболистом Гиорги, у них возникают друг к другу чувства, но некто со "злым глазом" проклинает влюблённых, и на следующий день оба мало того, что просыпаются с другой внешностью, но ещё и утрачивают свои таланты (Лиза — к медицине, Гиорги — к спорту). Лиза узнаёт о проклятии, но от неё ускользает тот момент, что и Гиорги постигнет та же участь, что и её. Однако волею судеб они оба устраиваются на работу в одно и то же кафе-мороженое — но не узнают друг друга.

Тут прослеживаются два уровня. Первый, очевидно, касается любви. Постепенно преображённые девушка и молодой человек начинают сближаться, хотя в душе хранят верность "прошлым" себе. Коберидзе ставит вопрос о том, когда начинается подлинная любовь.

Более интересно, однако, разобрать фильм с точки зрения юнгианских архетипов. Теневая сторона и самость тут выпадают, и Коберидзе концентрируется на персоне и "Я". Футболист и фармацевт — это, конечно же, социальные маски. Те, кем предстают Лиза и Гиорги, те роли, которые они отыгрывают. Сложности, однако, добавляет то, что это одновременно и их таланты, и они сами себя определяют соответственно своим способностям. Лиза может сказать о себе: "Я — фармацевт", а её возлюбленный — "Я — футболист". Но действительно ли это их "Я"? Теряя то, чем их одарила природа, они не перестают осознавать себя как Лизу и Гиорги. Что у них остаётся, так это любовь. Так, получается, что их настоящее "Я" — это их любовь.

Сюжет фильма во многом вращается вокруг футбола. Коберидзе использует "футбольные" метафоры, разбрасывает шутки, которые будут понятны зрителю, хотя бы поверхностно знакомому с тем, как проходят матчи. Сам фильм по съёмке, постановке кадра и планам напоминает телерепотраж, что создаёт ощущение документальности и, опять же, перекликается с футбольной тематикой — с одной стороны, а с другой — история Гиорги и Лизы начинает напоминать телевизионную документалку. Коберидзе при этом одновременно подаёт рассказ и как реальную историю, и как режиссёрский вымысел. Закадровый голос говорит о том, какие, мол, странные вещи произошли в городе. И тут же этот закадровый голос оказывается голосом режиссёра и начинает рассуждать о том, как режиссёр может быть жесток. Коберидзе утверждает сразу и сказочность, и подлинность истории. И тут не стоит выбора, считать ли события правдой или вымыслом, в пределах фильма это и то, и другое в одно и то же время.

В "Что мы видим, когда смотрим на небо?" нет какой-то одной центральной темы, Коберидзе не распыляется, а ведёт все линии до конца, всё здесь одинаково важно. Кому-то фильм покажется динамичным, кому-то — медленным, но в любом случае это весьма необычный зрительский опыт.

8/10