Сначала видела у Насти @drinkread, затем у Дины @bookranger. Решила, что ничего не вспомню, но…

Первая книга, купленная на свои деньги, —
Не книга, а журнал по вязанию — «Сандра», экстра-выпуск, летняя мода 1995, да, #вяжутнетолькобабушки. Но книгу, уже в 1998-м, на первом курсе, — англо-русский словарь Мюллера. И сборник Пелевина «Жизнь насекомых» (там, собственно, была «Жизнь насекомых» и любимый навек великий «Омон Ра»).

Первая книга с автографом автора —
Здесь, наверное, надо уточнять, знакомого лично или закорючка анонимному читателю. Потому что первых у меня тьмы и тьмы: с кем-то дружу, с кем-то работаю, кто-то моим детям что-то передал. Вторых, кажется, один — попросила у Григория люблю-не-могу Михайловича Кружкова. Расписался на биографии Кэрролла, пока я ему рассказывала, что он кумир переводческой и поэтической моей юности и вообще человечище.
Ну и пусть будет еще «Тубагач» Шамиля Идиатуллина: абый к нам на стенд в какой-то другой, уже сильно позапрошлой, жизни на нонфике в ЦДХ сам принес, сам подписал, сам подарил (все хвастаются, а я чо).

Первая книга, которую я выиграла, —
В уютной жжешечке. Задала вопрос Людмиле Васильевой-Гангнус, той самой, что «Азбука вежливости». Эту книгу мне и прислали.

Первая книга, которую я украла, —
Таких нет, но о книге, которую кто-то стырил из библиотеки до меня, рассказывала уже.
Зато мои уносили только в путь, и я считаю, что если читают — уже хорошо. Все на пользу. Вообще относительно легко с бумажными расстаюсь.

Кстати, первые книги, которые я вытащила из макулатуры на школьном хоздворе —
Году в 1995 или 1996, «Мертвая зона» Кинга в советском еще издании: переводы Таска, Володарского и, боюсь соврать, Васильева, что ли (сборник, а там заглавный, несколько купированный, если память не изменяет, роман, обожаемая «Корпорация “Бросайте курить”», «Карниз», «Поле боя» и какие-то еще рассказы, уже не помню, честно) и два сборника со взрослыми рассказами Кира Булычева «Летнее утро» и «Обозримое будущее». А еще «Сумеречный Джек» Желязны, внутри были собственно Джек, «Этот бессмертный» и «Бог света». И это была любовь. И номер ИЛ с Кингом там тоже был, год не помню.

Первая книга, с которой начался мой интерес к современной литературе —
Ну вот собственно с Пелевина в середине 1990-х все и началось, только с номера «Химии и жизни» и рассказов, а не книги. Ну и великой «Водонапорной башни», которую прочитала не помню уж где.

А первые книги, с которых начался мой интерес к литературе как феномену не только для погружения, но для профессионального занятия, — это «Боевые дни» Николая Олейникова и «Кондуит и Швамбрания» Льва Кассиля. Я с несвойственной мне кристальной ясностью памяти и абсолютной уверенностью могу сказать с точностью до поздней осени 1987 года, что именно тогда решила заниматься детлитом, и спустя 10 лет действительно начала изучать вопрос. Правда, как педагог. А вот вторым, филологическим, образованием обязана как раз советской библиотеке фантастики и тем самым книгам из макулатуры. Так что книгами я бы занялась в любом случае, но если бы не Макар Свирепый и не Леня с Оськой, не провела бы столько лет в детской и подростковой литературе. А если бы не ПВО, может, не начала бы писать сама.


Ну и первая книга в канале —
Вообще я в телеге с самого ее начала, с 2016, что ли, года, а канал завела в 2017, и он назывался, кхм, «Мама не матерится» — о нем почти никто не знал, просто собирала в одном месте так и оставшиеся постами в запрещенной сети заметки для будущей, так и не написанной, книге о моих детях. Потом все это удалила, о книгах писала под настроение в запрещенной же сети и для разных ресурсов, в том числе и как литафроамериканец (часть колонок редакторов современной зарубежки и кое-какие тексты все о том же Пелевине — мои, так получилось).
А сюда, уже не помню зачем, в 2020 году пульнула заметку о постковидном 1 сентября с привязкой к «Тринадцатой любви Марины» Сорокина. О книгах, фильмах, вопросах вселенной и вообще писать регулярно не собиралась, но выросло что выросло.