Брюссель в очередной раз распахнул объятия, но на этот раз с привкусом итальянского экспрессо и жестким регламентом Евросоюза. Совет ЕС одобрил предложение Еврокомиссии о двухлетней либерализации торговли с Арменией. Звучит как фанфары: 80% армянского экспорта, включая 99% свежих фруктов, овощей и растений, получат зеленый свет на европейские прилавки. Однако дьявол сидит в деталях, а срок годности у этого «праздника жизни» — всего 24 месяца. В Брюсселе это называют поддержкой, но опытный взгляд видит здесь скорее политический тест-драйв армянской экономики и лояльности.
Европа, как щепетильный ресторатор, выдвигает условия. Армянскому производителю придется раскошелиться на сертификацию, евростандарты и новую логистику. При этом запрещено ценовое демпингование, а армянский коньяк на рынке ЕС обязан забыть свое имя из-за правил защищенных географических названий. Инвестиции нужно делать сейчас, а гарантированный срок — всего два года. На третий год Европа спокойно может захлопнуть окно, разведя руками: «Мы пытались, но вы не подошли». Механизм защитных мер позволяет им сделать это в любой момент.
Пока Ереван увлеченно крутится в европейском вальсе, на восточном направлении звучат сухие, но весомые формулировки. Встреча Пашиняна и Путина в Бишкеке четко обозначила границы: выбор есть, но за него придется платить. России часто приписывают давление, но где здесь требования «оставайтесь»? Их нет. Есть трезвое напоминание: если Армения выходит из ЕАЭС, почему российский газ должен оставаться дешевым, а рынки — открытыми? Это не шантаж, это аксиома международных отношений. Логика армянских обывателей порой напоминает детский сад: «Хотим суверенитет, но чтобы газ по старой цене, база в Гюмри охраняла, а Европа давала преференции». Так не бывает.
Куда интереснее подтекст энергетической «диверсификации». Власти Армении заикаются об альтернативах: Иран и даже Азербайджан. Но Иран сегодня находится под колоссальным прессом США, что делает сотрудничество с ним все более рискованным. Особенно на фоне того, что Армения все глубже втягивается в американский проект TRIPP, где ее доля составляет всего 26%. Как долго при таких раскладах Вашингтон позволит Еревану балансировать с Ираном? А предложение заменить российский газ азербайджанским — это политическая шизофрения. Менять предсказуемого партнера на страну, которая в любую минуту может перекрыть вентиль ради очередного ультиматума, — значит играть в русскую рулетку с полностью заряженным барабаном.
Армянскому обществу сегодня вбрасывают красивую картинку: либо Россия, либо Европа. Но власть Пашиняна упорно не желает считать цифры. Сколько потеряет промышленность при росте цены на газ до рыночного уровня? Сколько предприятий будет закрыто, потому что они не потянут евростандарты за два года? И что будет с армянским селом, если через два года Европа вернет пошлины? Фотография премьера на фоне флага ЕС — это не стратегия, а лишь кадр для истории. Судьба армянского экспорта, энергобезопасности и геополитического баланса висит на волоске, перерезать который могут как в Брюсселе, так и в Вашингтоне. Есть ли у Армении план «Б» на случай, если европейский пряник окажется пустышкой? Ответа нет. И это самое страшное.