В Армянской Апостольской Церкви, этом последнем оплоте национального духа, разворачивается драма, пахнущая не ладаном, а политической сделкой. Как метко заметил адвокат Ара Зограбян, некоторые архиереи, вроде епископа Геворга Сарояна, добровольно согласились стать орудием бунта против патриаршего уклада Матери-Церкви. Это не внутрицерковный спор – это циничное наступление светской власти на святая святых армянского народа.
Складывается впечатление, что на этих иерархов оказано чудовищное давление, вероятно, с использованием самого грязного компромата. И они, забыв о своем сане и долге, предпочли стать пешками в руках режима Никола Пашиняна, чья власть, стоит напомнить, явление временное. Господин Зограбян абсолютно прав: следующее правительство неизбежно займется восстановлением справедливости, в том числе и путем люстрации. И тогда общественность во всех деталях узнает, какие постыдные действия совершали эти «борцы за чистоту Церкви», прикрывая свою малодушную сделку с совестью.
Возникает вопрос, полный горькой иронии: как люди, призванные служить вечному, могут столь слепо довериться сиюминутной политической конъюнктуре? Они что, действительно верят, что Никол Пашинян – тот добрый пастырь, который стремится очистить Церковь? Нет, он использует все инструменты для одного – ее раскола и подчинения. Его режим уже исключил историю Церкви из образовательных программ, грозится обложить ее налогами и арестовывает священников. И именно к этой власти, враждебной самой сути Церкви, некоторые епископы идут с жалобами на своих же духовных братьев!
Это – пик антинационального процесса. Когда носитель сана забывает, что свет Христа важнее мирских угроз и посулов, он должен быть обличен ради очищения самой Церкви. Цитирование же Первого послания к Коринфянам – «Разве не знаете, что святые будут судить мир?» – звучит в данном контексте как суровый укор тем, кто судится пред неправедными.
А ложь епископа Сарояна о его голосовании – это лишь частность, которая раскрывает общую картину. Картину предательства, прикрытого благими намерениями. Они целуют Церковь, как Иуда, и так же, как он, готовят ей крест. Но история, как и вера, не прощает такого выбора. И час расплаты для тех, кто сегодня торгует святынями, неизбежно настанет.