Татьяна Черкашина, академический и преподающий социолог, про людей и смыслы, скрытые за цифрами.
Основные темы: экономическое неравенство, социологические данные, история отечественной социологии, книги.
Новосибирск
Post #440
564
- 👍 5
Channel Public Channel
TA Tatyana Cherkashina
@touch_241
- Subscribers
- 1.38K
- Photos
- 302
- Videos
- 2
- Links
- 347
Showing posts older than #441 · Back to latest
Older Posts 19 shown
Post #439
578
Территориальная проекция жилищного неравенства
Росстат отслеживает цены на первичном и вторичном рынках жилья только в региональных центрах и городах в субъектах федерации (точнее, на «территориях массовой застройки жилья», причём лишь для квартир; методически подробнее здесь и здесь). По сравнению со статистикой данные РМЭЗ и ВОДПФ, содержащие стоимостные оценки в том числе сельского жилья, делают сельский жилой фонд «видимым» в ценовом измерении.
Ещё одна диаграмма из результатов исследования о жилищном неравенстве на основе стоимости жилья как раз показывает, домохозяйства из каких населённых пунктов оказываются в разных «жилищных слоях». Среди не имеющих никакого жилья в собственности несколько больше представлены городские домохозяйства из столицы и городов с численностью населения более 100 тыс. чел. (по сравнению с их долей среди всех домохозяйств). На другом полюсе жилищной стратификации десятая децильная группа более чем на половину состоит из московских домохозяйств, их доля в этой группе увеличилась с 54,4% в 2013 г. до 58% в 2022 г. За это время среди 10% самых богатых в плане жилья стало больше домохозяйств из городов-миллионников, а сельские домохозяйства практически покинули эту страту (их доля сократилась до 1,8% в 2022 г.).
В статье представлено два варианта группировки населённых пунктов. Если домохозяйства из сельских и малых городских населённых пунктов Московской области рассматривать вместе с остальными городскими и сельскими домохозяйствами, то эти «территориальные слои» окажутся наиболее дифференцированными по величине жилищного богатства. Но если населённые пункты Москвы и Московской области объединить в одну группу, жилищное неравенство среди остальных сельских домохозяйств существенно сокращается и в целом уменьшается степень дифференциации домохозяйств внутри территориальных слоёв. Но при любой территориальной классификации с 2013 по 2022 г. наблюдается увеличение жилищного неравенства внутри территориальных групп и между ними. И если до 2020 г. вклады внутри- и межгруппового неравенства в общую величину индекса Тейла были близки, то в 2022 г. вклад межгруппового неравенства стал существенно выше. Проще говоря, домохозяйства столичных регионов еще больше «оторвались» от остальной России по стоимости всего жилья, принадлежащего им.
Росстат отслеживает цены на первичном и вторичном рынках жилья только в региональных центрах и городах в субъектах федерации (точнее, на «территориях массовой застройки жилья», причём лишь для квартир; методически подробнее здесь и здесь). По сравнению со статистикой данные РМЭЗ и ВОДПФ, содержащие стоимостные оценки в том числе сельского жилья, делают сельский жилой фонд «видимым» в ценовом измерении.
Ещё одна диаграмма из результатов исследования о жилищном неравенстве на основе стоимости жилья как раз показывает, домохозяйства из каких населённых пунктов оказываются в разных «жилищных слоях». Среди не имеющих никакого жилья в собственности несколько больше представлены городские домохозяйства из столицы и городов с численностью населения более 100 тыс. чел. (по сравнению с их долей среди всех домохозяйств). На другом полюсе жилищной стратификации десятая децильная группа более чем на половину состоит из московских домохозяйств, их доля в этой группе увеличилась с 54,4% в 2013 г. до 58% в 2022 г. За это время среди 10% самых богатых в плане жилья стало больше домохозяйств из городов-миллионников, а сельские домохозяйства практически покинули эту страту (их доля сократилась до 1,8% в 2022 г.).
В статье представлено два варианта группировки населённых пунктов. Если домохозяйства из сельских и малых городских населённых пунктов Московской области рассматривать вместе с остальными городскими и сельскими домохозяйствами, то эти «территориальные слои» окажутся наиболее дифференцированными по величине жилищного богатства. Но если населённые пункты Москвы и Московской области объединить в одну группу, жилищное неравенство среди остальных сельских домохозяйств существенно сокращается и в целом уменьшается степень дифференциации домохозяйств внутри территориальных слоёв. Но при любой территориальной классификации с 2013 по 2022 г. наблюдается увеличение жилищного неравенства внутри территориальных групп и между ними. И если до 2020 г. вклады внутри- и межгруппового неравенства в общую величину индекса Тейла были близки, то в 2022 г. вклад межгруппового неравенства стал существенно выше. Проще говоря, домохозяйства столичных регионов еще больше «оторвались» от остальной России по стоимости всего жилья, принадлежащего им.
- 👍 4
Post #438
494
- 🔥 6
Post #437
505
Каков уровень жилищного неравенства в России на основе стоимостных оценок жилья?
В «Социологическом журнале» вышла ещё одна моя статья, в которой анализируются данные о стоимости жилья. На этот раз – для того, чтобы определить степень неравенства российских домохозяйств по жилищному богатству – стоимости объектов жилой недвижимости, которой они обладают:
Черкашина Т.Ю. Неравенство российских домохозяйств по жилищному богатству: уровень и динамика // Социологический журнал. 2025. Том 31. № 2. С. 51–78.
Казалось бы, количественные данные – всё однозначно, конкретно, просто считай. Но нет. Хотя первая статья, в «Экономической социологии» была методической, с анализом масштабов и предпосылок пропусков ответов на вопросы о стоимости принадлежащих домохозяйствам квартир и домов, во второй всё равно больше двух страниц посвящено описанию допущений и решений, которые были приняты при работе с данными РМЭЗ (стоимость занимаемого жилья, 2006-2022) и Всероссийского обследования домохозяйств по потребительским финансам (стоимость занимаемого жилья и всех объектов жилой недвижимости, 2013-2022).
Основной показатель для оценки неравенства – коэффициент Джини, через значения которого часто описывают различия в доходах. Но в отличии от доходного неравенства, были годы (в пределах рассматриваемого периода), когда неравенство по жилищному богатству снижалось. Измеренное по стоимости основного жилья, оно было максимальным в 2006–2007 гг. (G=0,599…0,633), стабилизировалось в 2010-е гг. (G=0,517…0,531), но с конца 2010-х росло (до 0,551 в 2022 г.). В публикациях смогла найти только одно исследование, с которым можно было бы соотнести эти цифры: жилищное неравенств в 2006 г. (G=0,633) было близко к значениям, зафиксированным на данных Национального обследования бюджетов домашних хозяйств и участия в социальных программах (НОБУС) в 2003 г. – G=0,631.
Если учитывать совокупное чистое жилищное богатство, с середины 2010-х гг. к 2022 г. дифференциация домохозяйств выросла, хотя и не очень существенно (от G=0,554 до 0,573). И тут пригодился индекс Тейла, чтобы определить, что, хотя основной вклад в жилищное неравенство вносят различия в стоимости жилья, рост G в 2013-2022 объясняется нарастающими различиями в количестве квартир и домов, которые есть в собственности домохозяйств. На диаграмме ниже именно это и показано: за последнее десятилетие среди домохозяйств, которые оказывались в числе 10% самых «жилищно богатых», стало больше тех, у кого несколько квартир или домов, то есть чья жилая собственность не только дорожает, но и «прирастает» новыми объектами.
В «Социологическом журнале» вышла ещё одна моя статья, в которой анализируются данные о стоимости жилья. На этот раз – для того, чтобы определить степень неравенства российских домохозяйств по жилищному богатству – стоимости объектов жилой недвижимости, которой они обладают:
Черкашина Т.Ю. Неравенство российских домохозяйств по жилищному богатству: уровень и динамика // Социологический журнал. 2025. Том 31. № 2. С. 51–78.
Казалось бы, количественные данные – всё однозначно, конкретно, просто считай. Но нет. Хотя первая статья, в «Экономической социологии» была методической, с анализом масштабов и предпосылок пропусков ответов на вопросы о стоимости принадлежащих домохозяйствам квартир и домов, во второй всё равно больше двух страниц посвящено описанию допущений и решений, которые были приняты при работе с данными РМЭЗ (стоимость занимаемого жилья, 2006-2022) и Всероссийского обследования домохозяйств по потребительским финансам (стоимость занимаемого жилья и всех объектов жилой недвижимости, 2013-2022).
Основной показатель для оценки неравенства – коэффициент Джини, через значения которого часто описывают различия в доходах. Но в отличии от доходного неравенства, были годы (в пределах рассматриваемого периода), когда неравенство по жилищному богатству снижалось. Измеренное по стоимости основного жилья, оно было максимальным в 2006–2007 гг. (G=0,599…0,633), стабилизировалось в 2010-е гг. (G=0,517…0,531), но с конца 2010-х росло (до 0,551 в 2022 г.). В публикациях смогла найти только одно исследование, с которым можно было бы соотнести эти цифры: жилищное неравенств в 2006 г. (G=0,633) было близко к значениям, зафиксированным на данных Национального обследования бюджетов домашних хозяйств и участия в социальных программах (НОБУС) в 2003 г. – G=0,631.
Если учитывать совокупное чистое жилищное богатство, с середины 2010-х гг. к 2022 г. дифференциация домохозяйств выросла, хотя и не очень существенно (от G=0,554 до 0,573). И тут пригодился индекс Тейла, чтобы определить, что, хотя основной вклад в жилищное неравенство вносят различия в стоимости жилья, рост G в 2013-2022 объясняется нарастающими различиями в количестве квартир и домов, которые есть в собственности домохозяйств. На диаграмме ниже именно это и показано: за последнее десятилетие среди домохозяйств, которые оказывались в числе 10% самых «жилищно богатых», стало больше тех, у кого несколько квартир или домов, то есть чья жилая собственность не только дорожает, но и «прирастает» новыми объектами.
- 👍 9
- ❤ 2
Post #435
412
Forwarded from Если быть точным
▫️▫️▫️▫️▫️ Доля социальных выплат в доходах россиян может доходить до 73%. Хорошая новость — она постепенно снижается.
В Коми есть Троицко-Печорский район, где живет всего 9,4 тысячи человек. В 2023 году 73% годового дохода местных жителей составляли пособия по безработице, выплаты на детей и пенсии. Нигде в России такой большой доли социальных выплат в структуре дохода нет.
Мы проанализировали данные по всем муниципалитетам и узнали, где люди все еще живут за счет пособий от государства — а в каких местах ситуация улучшилась:
▫️Больше всего зависимых от соцвыплат районов — в Тыве и на Северном Кавказе. Например, в Ингушетии, Кабардино-Балкарии и Дагестане половина занятых работает неофициально, что позволяет получать пособия по безработице, а коррупция облегчает оформление инвалидности. Некоторые семьи фиктивно разводятся ради выплат.
▫️В 67% муниципалитетов зависимость от выплат сокращается. Система социальной поддержки стала более адресной: помощь дают только действительно нуждающимся, особенно семьям с детьми. При этом учитываются не только доходы, но и имущество. Безработным без уважительной причины пособие не положено.
▫️ В районах с высокой долей соцвыплат — высокая безработица. Зависимость от выплат снижается за счет роста зарплат и вывода теневых доходов из тени — особенно в сельских районах, где люди стали оформлять самозанятость.
▫️В части районов рост соцвыплат связан с поддержкой военных. В ряде бедных районов рост выплат обусловлен массовыми военными начислениями — их получают контрактники и их семьи. Особенно это заметно в Тыве, Ставрополье и Кабардино-Балкарии, где других причин для резкого роста доходов не было.
⚫️О том, в каких районах страны люди сильнее всего зависят от социальных пособий, читайте на сайте «Если быть точным».
В Коми есть Троицко-Печорский район, где живет всего 9,4 тысячи человек. В 2023 году 73% годового дохода местных жителей составляли пособия по безработице, выплаты на детей и пенсии. Нигде в России такой большой доли социальных выплат в структуре дохода нет.
Мы проанализировали данные по всем муниципалитетам и узнали, где люди все еще живут за счет пособий от государства — а в каких местах ситуация улучшилась:
▫️Больше всего зависимых от соцвыплат районов — в Тыве и на Северном Кавказе. Например, в Ингушетии, Кабардино-Балкарии и Дагестане половина занятых работает неофициально, что позволяет получать пособия по безработице, а коррупция облегчает оформление инвалидности. Некоторые семьи фиктивно разводятся ради выплат.
▫️В 67% муниципалитетов зависимость от выплат сокращается. Система социальной поддержки стала более адресной: помощь дают только действительно нуждающимся, особенно семьям с детьми. При этом учитываются не только доходы, но и имущество. Безработным без уважительной причины пособие не положено.
▫️ В районах с высокой долей соцвыплат — высокая безработица. Зависимость от выплат снижается за счет роста зарплат и вывода теневых доходов из тени — особенно в сельских районах, где люди стали оформлять самозанятость.
▫️В части районов рост соцвыплат связан с поддержкой военных. В ряде бедных районов рост выплат обусловлен массовыми военными начислениями — их получают контрактники и их семьи. Особенно это заметно в Тыве, Ставрополье и Кабардино-Балкарии, где других причин для резкого роста доходов не было.
⚫️О том, в каких районах страны люди сильнее всего зависят от социальных пособий, читайте на сайте «Если быть точным».
- 👍 6
- 🔥 3
Post #434
491
«Если быть точным» опубликовал аналитический материал о динамике налогооблагаемых доходов и социальных выплат в доходах постоянного населения муниципальных образований. Временные ряды охватывают последнее десятилетие. Это административные данные о доходах населения самого «низкого» территориального уровня, то есть это самая детальная из публично открытых территориальная проекция неравенства населения по доходам.
В материале есть мои комментарии о согласованности тенденций, которые фиксируются разными данными, о предпосылках снижения вклада социальных выплат в совокупные доходы населения. У нас, в принципе, любой период – переломный; и после «исторического пика» в 2020 г. по доле социальных трансфертов в денежных доходах россиян (на который постепенно, планомерно поднимались с 2007-2008 гг.) также устойчиво с него сейчас спускаемся. Политика социальных трансфертов всё больше подчиняется «рационализации и адресной концентрации».
В материале есть мои комментарии о согласованности тенденций, которые фиксируются разными данными, о предпосылках снижения вклада социальных выплат в совокупные доходы населения. У нас, в принципе, любой период – переломный; и после «исторического пика» в 2020 г. по доле социальных трансфертов в денежных доходах россиян (на который постепенно, планомерно поднимались с 2007-2008 гг.) также устойчиво с него сейчас спускаемся. Политика социальных трансфертов всё больше подчиняется «рационализации и адресной концентрации».
- 👍 10
Post #433
573
В руках билет туда-обратно на электричку. На станции "обратно" турникет просит особый qr-код, которого нет на билете. Иду через проход для тех, кто с проездными.
- Ваш билет?
- Вот билет!
- Он не действительный.
- Как не действительный? Утром же он действовал.
- Ваш билет действителен в электричке, но не действителен для прохода на платформу!
- И как попасть в электричку?
- Не знаю!
#пятница
- Ваш билет?
- Вот билет!
- Он не действительный.
- Как не действительный? Утром же он действовал.
- Ваш билет действителен в электричке, но не действителен для прохода на платформу!
- И как попасть в электричку?
- Не знаю!
#пятница
- 🤓 13
- 😱 7
- 😁 4
Post #432
702
Комментарий на полях. Про сроки
В замеченных мной обсуждениях эмпирически плотного отчета о том, какие барьеры мешают защищать диссертации в российской аспирантуре, почему-то оказался упущенным сюжет про сроки.
Отчёт начинается с графика на данных Росстата о доле выпускников, окончивших аспирантуру с защитой диссертации, в 2010–2023 гг. Если в 2010 г. закончили вузовские аспирантуры с защитой 30% выпускников, аспирантуры научных организации – 17%, то к 2023 эти сегменты подготовки аспирантов сравнялись – только 11 и 10% защищали диссертации к концу обучения. (Мысль в сторону: в этом отчете есть данные о том, каким исследовательским опытом обладали выпускники аспирантуры до поступления в неё. Они показывают, что «наличие исследовательского опыта до поступления в аспирантуру в большей степени характерно для аспирантов научных организаций, нежели вузов», с. 24. Так почему же среди тех, кто обладает большими исследовательскими компетенциями на входе (в аспирантуры научных организаций) ниже доля защищающихся к концу обучения?)
При таких цифрах впору задавать вопрос не что мешает, а кто эти 10% из дошедших до финиша, и что им помогает сломать систему и всё-таки защитить диссертацию в аспирантуре. Но не всё так печально, если раздвинуть временны’е рамки. Аспиранты защищаются, но позднее: «как показывают данные опроса выпускников, использующиеся в настоящем исследовании, средняя продолжительность продвижения к защите у аспирантов [от поступления в аспирантуру до защиты диссертации] составляет 4,5 года». И в отчёте есть ссылка на исследование с оценками, что «в общественных и гуманитарных науках не менее 80% диссертаций защищаются после окончания аспирантуры, а в естественных и технических науках вклад постаспирантского периода составляет ≈ 55%». В общем, три нормативных года просто мало, чтобы пройти весь путь до защищённой диссертации.
Так вот. А есть ли где-нибудь статистика научных фондов, например, РНФ, какая доля двух-, трёхлетних научных проектов завершается с полностью выполненными публикационными планами? Не справками, что рукопись принята редакцией или статья принята к печати, а уже всеми опубликованными статьями в обещанном количестве?
Telegram Социология с любовью Почему аспиранты не защищаются
Многие из вас знают, что одна из тем, к которой я возвращаюсь снова и снова — это аспирантура и воспроизводство научных кадров. Не просто как структура, а как живой опыт людей, которые приходят в науку с мотивацией, идеями… В замеченных мной обсуждениях эмпирически плотного отчета о том, какие барьеры мешают защищать диссертации в российской аспирантуре, почему-то оказался упущенным сюжет про сроки.
Отчёт начинается с графика на данных Росстата о доле выпускников, окончивших аспирантуру с защитой диссертации, в 2010–2023 гг. Если в 2010 г. закончили вузовские аспирантуры с защитой 30% выпускников, аспирантуры научных организации – 17%, то к 2023 эти сегменты подготовки аспирантов сравнялись – только 11 и 10% защищали диссертации к концу обучения. (Мысль в сторону: в этом отчете есть данные о том, каким исследовательским опытом обладали выпускники аспирантуры до поступления в неё. Они показывают, что «наличие исследовательского опыта до поступления в аспирантуру в большей степени характерно для аспирантов научных организаций, нежели вузов», с. 24. Так почему же среди тех, кто обладает большими исследовательскими компетенциями на входе (в аспирантуры научных организаций) ниже доля защищающихся к концу обучения?)
При таких цифрах впору задавать вопрос не что мешает, а кто эти 10% из дошедших до финиша, и что им помогает сломать систему и всё-таки защитить диссертацию в аспирантуре. Но не всё так печально, если раздвинуть временны’е рамки. Аспиранты защищаются, но позднее: «как показывают данные опроса выпускников, использующиеся в настоящем исследовании, средняя продолжительность продвижения к защите у аспирантов [от поступления в аспирантуру до защиты диссертации] составляет 4,5 года». И в отчёте есть ссылка на исследование с оценками, что «в общественных и гуманитарных науках не менее 80% диссертаций защищаются после окончания аспирантуры, а в естественных и технических науках вклад постаспирантского периода составляет ≈ 55%». В общем, три нормативных года просто мало, чтобы пройти весь путь до защищённой диссертации.
Так вот. А есть ли где-нибудь статистика научных фондов, например, РНФ, какая доля двух-, трёхлетних научных проектов завершается с полностью выполненными публикационными планами? Не справками, что рукопись принята редакцией или статья принята к печати, а уже всеми опубликованными статьями в обещанном количестве?
- ❤ 6
- 👏 5
- 🤔 1
Post #431
498
Семинар Центра молодежных исследований НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге, 3 июня в 16:00 (мск), онлайн (Zoom). Выступает коллега, Полина Лаврусевич, тема – «Время и опыт в формировании компонент чувства места: случай неформального природопользования».
В эмпирической части доклада – материалы и результаты исследования «Неформальные практики природопользования Караканского бора: между социальным присвоением и социальной кооперацией» (Новосибирская область, 2021-2022), поддержанного Фондом «Хамовники».
Исследовательский интерес сфокусирован на формировании отдельных компонент чувства места (привязанности к месту, зависимости от места, идентификации с местом и удовлетворенности им) у агентов природопользования с разной историей жизни и опытом природопользования: сельских жителей, дачников-горожан и горожан-туристов. Совокупность индивидуального опыта в сочетании с особенностями восприятия биофизических характеристик ландшафта определяет структурную сложность, а часто и противоречивость чувства места как обобщающей категории, но в итоге приводит к восприятию места не только как «лучшего», но и как «родного», «своего». Длительность постоянного и сезонного проживания, наличие и характер поколенческих связей с местом, особенности практик природопользования рассматриваются как детерминанты базового неформального дифференцирующего резидентов бора критерия, укорененности в ландшафте.
Регистрация – по ссылке.
spb.hse.ru Семинар СОЦ UP 3 июня «Время и опыт в формировании компонент чувства места: случай неформального природопользования» 3 июня в 16:00 Центр молодежных исследования проведет очередной семинар СОЦ UP. Спикер: Лаврусевич Полина Евгеньевна, старший преподаватель кафедры общей социологии экономического факультета… В эмпирической части доклада – материалы и результаты исследования «Неформальные практики природопользования Караканского бора: между социальным присвоением и социальной кооперацией» (Новосибирская область, 2021-2022), поддержанного Фондом «Хамовники».
Исследовательский интерес сфокусирован на формировании отдельных компонент чувства места (привязанности к месту, зависимости от места, идентификации с местом и удовлетворенности им) у агентов природопользования с разной историей жизни и опытом природопользования: сельских жителей, дачников-горожан и горожан-туристов. Совокупность индивидуального опыта в сочетании с особенностями восприятия биофизических характеристик ландшафта определяет структурную сложность, а часто и противоречивость чувства места как обобщающей категории, но в итоге приводит к восприятию места не только как «лучшего», но и как «родного», «своего». Длительность постоянного и сезонного проживания, наличие и характер поколенческих связей с местом, особенности практик природопользования рассматриваются как детерминанты базового неформального дифференцирующего резидентов бора критерия, укорененности в ландшафте.
Регистрация – по ссылке.
- 👍 8
Post #430
770
Более двадцати лет в РМЭЗ респондентов просят назвать примерную рыночную стоимость занимаемого жилья, с 2013 подробнее о стоимости объектов в собственности спрашивают во Всероссийском обследовании домохозяйств по потребительским финансам. До момента, пока не открыли для широкого использования данные последнего обследования, встречала в публикациях только цифры о средних величинах стоимости отдельных активов. «Что не так с этими данными, если их не используют для оценки богатства (имущества в собственности) российских домохозяйств, для оценки неравенства по богатству?» – с этого вопроса начинался мой интерес к этим данным. Уже когда стала погружаться в динамику ответов и неответов о том, сколько стоит, прежде всего, жильё, возник второй исследовательским вопрос: чем, собственно, определяется наличие таких ответов? Итоги поиска – в публикации в новом номере «Экономической социологии»:
Черкашина Т. Ю. Опросные данные о стоимости жилья: качество и перспективы использования в оценке жилищного богатства россиян // Экономическая социология. 2025. № 3. С. 44–75.
Работа сосредоточена на жилье: и потому, что это основной актив в портфеле российских домохозяйств (даже если не актив, всё равно – основной), и чтобы сравнить данные двух обследований (они пересекаются только в вопросе о стоимости основного (занимаемого) жилья). Диапазон уровня ответов на вопрос о рыночной цене собственного занимаемого жилья в РМЭЗ – 62–74% (минимум – во второй половине «нулевых» годов, максимум – в конце «десятых» годов); в ВОДПФ – 82–87%. Разница этих цифр для двух обследований связана преимущественно с методическими различиями: в ВОДПФ тем, кто затрудняется назвать стоимость своего жилья в денежных единицах, предлагают выбрать интервал значений, что дает прирост уровня ответов примерно на 10 п.п. Из факторов, влияющих на наличие ответов респондентов о рыночной цене их жилья, наиболее важны финансовая компетентность и «финансовая скрытность», то есть готовность сообщить интервьюерам финансовую информацию. Более высокая доля неответов о стоимости жилья характерна для респондентов старших возрастов, живущих в столичных регионах и городах-«миллионниках» или, наоборот, в сельских населённых пунктах. Недавний опыт финансового поведения, связанного с недвижимостью (уплата налога на недвижимость), повышает вероятность ответов о стоимости жилья, как и наличие планов когда-либо приобрести недвижимость.
Доля указавших возможную цену продажи занимаемого жилья не дифференцируется в зависимости от того, является ли респондент анкеты собственником этого жилья; способ приобретения прав собственности слабо дифференцирует наличие ответов, лишь к началу 2020-х среди тех, кто всё еще живет в приватизированном жилье стала снижаться доля тех респондентов, кто называет стоимость своего жилья. В целом судя по динамике уровня ответов о стоимости жилья, за последние 20 лет россияне стали лучше ориентироваться в происходящем на жилищном рынке и соотносить своё жильё с этим рынком.
Черкашина Т. Ю. Опросные данные о стоимости жилья: качество и перспективы использования в оценке жилищного богатства россиян // Экономическая социология. 2025. № 3. С. 44–75.
Работа сосредоточена на жилье: и потому, что это основной актив в портфеле российских домохозяйств (даже если не актив, всё равно – основной), и чтобы сравнить данные двух обследований (они пересекаются только в вопросе о стоимости основного (занимаемого) жилья). Диапазон уровня ответов на вопрос о рыночной цене собственного занимаемого жилья в РМЭЗ – 62–74% (минимум – во второй половине «нулевых» годов, максимум – в конце «десятых» годов); в ВОДПФ – 82–87%. Разница этих цифр для двух обследований связана преимущественно с методическими различиями: в ВОДПФ тем, кто затрудняется назвать стоимость своего жилья в денежных единицах, предлагают выбрать интервал значений, что дает прирост уровня ответов примерно на 10 п.п. Из факторов, влияющих на наличие ответов респондентов о рыночной цене их жилья, наиболее важны финансовая компетентность и «финансовая скрытность», то есть готовность сообщить интервьюерам финансовую информацию. Более высокая доля неответов о стоимости жилья характерна для респондентов старших возрастов, живущих в столичных регионах и городах-«миллионниках» или, наоборот, в сельских населённых пунктах. Недавний опыт финансового поведения, связанного с недвижимостью (уплата налога на недвижимость), повышает вероятность ответов о стоимости жилья, как и наличие планов когда-либо приобрести недвижимость.
Доля указавших возможную цену продажи занимаемого жилья не дифференцируется в зависимости от того, является ли респондент анкеты собственником этого жилья; способ приобретения прав собственности слабо дифференцирует наличие ответов, лишь к началу 2020-х среди тех, кто всё еще живет в приватизированном жилье стала снижаться доля тех респондентов, кто называет стоимость своего жилья. В целом судя по динамике уровня ответов о стоимости жилья, за последние 20 лет россияне стали лучше ориентироваться в происходящем на жилищном рынке и соотносить своё жильё с этим рынком.
- ❤ 12
- 🔥 2
- 🤔 1
Post #429
409
Forwarded from Заметки в полях
5 июня в 18:00 на семинаре Проектно-учебной лаборатории муниципального управления пройдет презентация книги «Потенциальный Дальний Восток. Как расцветают и угасают проекты развития в самом большом регионе России», вышедшей в издательстве «Common place» при поддержке Фонда «Хамовники».
Что скрывается за абстрактным понятием «развивать Дальний Восток»?
Кто они — люди, бравшиеся на свой страх и риск за проекты развития в самом большом и самом удалённом от Москвы регионе России? Что ими движет, о чём они мечтают? Что изменилось за последнее десятилетие, когда развитием Дальнего Востока стало заниматься специальное министерство?
Об этом мы поговорим с авторами книги Анатолием Савченко и Иваном Зуенко.
Для участия в семинаре просьба заполнить регистрационную форму.
#анонс
Что скрывается за абстрактным понятием «развивать Дальний Восток»?
Кто они — люди, бравшиеся на свой страх и риск за проекты развития в самом большом и самом удалённом от Москвы регионе России? Что ими движет, о чём они мечтают? Что изменилось за последнее десятилетие, когда развитием Дальнего Востока стало заниматься специальное министерство?
Об этом мы поговорим с авторами книги Анатолием Савченко и Иваном Зуенко.
Для участия в семинаре просьба заполнить регистрационную форму.
#анонс
- 👍 10
Post #428
443
Forwarded from Шанинка
🔠Структурные дыры как ресурсное проклятие: Неочевидные истоки академической зависимости в социальных науках. Лекция Михаила Соколова
Почему учёные из (полу)периферийных стран обычно остаются невидимыми для своих зарубежных коллег? Для объяснения этого феномена предлагались разные объяснения: нехватка исследовательских ресурсов, утечка мозгов, символическое насилие со стороны глобального англо-американского академического истеблишмента и зависимость, обусловленная асимметричным разделением академического труда.
На лекции социолога Михаила Соколова мы поговорим о том, какие преимущества черпают наиболее ресурсно обеспеченные из периферийных ученых из своей позиции брокеров, заполняющих структурные дыры (Бёрт), разделяющие их локальные и глобальные аудитории. Тезис будет проиллюстрирован эмпирическими примерами из истории российской социологии, которая, несмотря на то, что последние 70 лет она является одной из крупнейших в мире, на протяжении большей части этого периода оставалась практически незаметной в международном академическом пространстве.
Зарегистрироваться ➡️
Почему учёные из (полу)периферийных стран обычно остаются невидимыми для своих зарубежных коллег? Для объяснения этого феномена предлагались разные объяснения: нехватка исследовательских ресурсов, утечка мозгов, символическое насилие со стороны глобального англо-американского академического истеблишмента и зависимость, обусловленная асимметричным разделением академического труда.
На лекции социолога Михаила Соколова мы поговорим о том, какие преимущества черпают наиболее ресурсно обеспеченные из периферийных ученых из своей позиции брокеров, заполняющих структурные дыры (Бёрт), разделяющие их локальные и глобальные аудитории. Тезис будет проиллюстрирован эмпирическими примерами из истории российской социологии, которая, несмотря на то, что последние 70 лет она является одной из крупнейших в мире, на протяжении большей части этого периода оставалась практически незаметной в международном академическом пространстве.
Зарегистрироваться ➡️
- ❤ 7
- 👍 1
- 🔥 1
Post #427
466
Два ожидания от лекции: понять границы применимости предлагаемого объяснения, можно ли бо'льшими ресурсами интеллектуальных брокеров периферии объяснить, почему "учёные (полу)периферийных научных центров обычно остаются невидимыми" для своих столичных коллег, и просто услышать что-то интересное об истории отечественной социологии
- 👍 2
Post #426
594
Не знаю, почему в предыдущем посте нет возможности оставить комментарии. Но на случай, если они есть, то здесь
- ❤ 2
Post #424
1.32K
Russian Field представил обобщённый портрет участников инициативы "Студенческие исследования", помогающей студентам найти респондентов для курсовых и дипломных исследований. И то, о чём складывалось впечатление, представлено хотя и не в цифрах, но в обобщении: студентам-социологам интересны преимущественно другие студенты и молодёжь. Это логично, но - можете закидать меня 🍅 🍅 - очень печально. Исследовать свой круг, тех, кто в социальном плане рядом, буквально на расстоянии вытянутой руки -
и вот вам воспроизводство социальных капсул.
и вот вам воспроизводство социальных капсул.
- 👍 11
- 🤔 3
- ❤ 2
- ☃ 1
- 👏 1
Post #421
430
Итак, в перспективе
– административные респонденты с «личными кабинетами на цифровых платформах органов публичной власти»;
– полевые интервьюеры, переквалифицировавшиеся в кабинетных контролёров;
– радость живого общения интервьюеров и респондентов только в местах отсутствия широкополосного доступа к информационно- телекоммуникационной сети «Интернет» и др.
Но теряюсь в догадках, какой будет «система стимулирования участия населения в цифровых опросах» и за счет каких вопросов анкет при обследованиях населения предзаполнение с использованием административных данных превысит половину вопросов. Вот, к примеру, Выборочное наблюдение рациона питания населения, в котором респонденты рассказывают о своих пищевых привычках, физической активности, заполняют дневник питания за прошедшие сутки. Через пять лет о многом из этого будут административные данные? Или «половина вопросов» будет из всей совокупности обследований, проведенных за год? Состав и содержание обследований сменится?
А если серьёзно, то «предзаполнение с использованием административных данных более половины вопросов анкет при обследованиях населения» – это кардинальная смена парадигмы данных. Сейчас в открытом доступе материалы обследований населения, проводимых Росстатом, – с 2011 г., ОБДХ – с 2003; в них большая часть переменных – со слов респондентов. С интересом бы прочитала, как будет обеспечиваться преемственность разных по природе данных – опросных и административных – при сопоставлении в динамике.
– административные респонденты с «личными кабинетами на цифровых платформах органов публичной власти»;
– полевые интервьюеры, переквалифицировавшиеся в кабинетных контролёров;
– радость живого общения интервьюеров и респондентов только в местах отсутствия широкополосного доступа к информационно- телекоммуникационной сети «Интернет» и др.
Но теряюсь в догадках, какой будет «система стимулирования участия населения в цифровых опросах» и за счет каких вопросов анкет при обследованиях населения предзаполнение с использованием административных данных превысит половину вопросов. Вот, к примеру, Выборочное наблюдение рациона питания населения, в котором респонденты рассказывают о своих пищевых привычках, физической активности, заполняют дневник питания за прошедшие сутки. Через пять лет о многом из этого будут административные данные? Или «половина вопросов» будет из всей совокупности обследований, проведенных за год? Состав и содержание обследований сменится?
А если серьёзно, то «предзаполнение с использованием административных данных более половины вопросов анкет при обследованиях населения» – это кардинальная смена парадигмы данных. Сейчас в открытом доступе материалы обследований населения, проводимых Росстатом, – с 2011 г., ОБДХ – с 2003; в них большая часть переменных – со слов респондентов. С интересом бы прочитала, как будет обеспечиваться преемственность разных по природе данных – опросных и административных – при сопоставлении в динамике.
- ❤ 4
- 👍 3
- 👎 1
Post #420
2.23K
Какими будут обследования населения к 2030 году в исполнении Росстата?
До января 2027 г. будет «разработан и внесен в Правительство Российской Федерации проект федерального закона, предусматривающий использование административных данных в качестве источника сведений о населении при проведении федерального статистического наблюдения населения».
До декабря 2027 г. будут проведены пилотные федеральные статистические наблюдения населения в цифровом формате.
До декабря 2028 г. произойдёт «переход на цифровой формат проведения федеральных статистических наблюдений населения, включая формирование системы стимулирования участия населения в цифровых опросах». С декабря 2028 г. «Федеральные статистические наблюдения населения в населенных пунктах с обеспечением широкополосного доступа к информационно- телекоммуникационной сети "Интернет" проводятся преимущественно в цифровом формате».
К 2030 году
– более половины вопросов анкет при обследованиях населения будут предзаполнены с использованием административных данных;
– три четверти домашних хозяйств (Т.Ч.: надо полагать, из выборки) будут «проходить обследование с использованием личных кабинетов на цифровых платформах органов публичной власти»;
– главной функцией привлекаемых интервьюеров станет «не собственно сбор первичных статистических данных, а контроль полноты учета населения и качества обследования».
Также нас ожидает
Стратегия развития системы государственной статистики и Росстата до 2030 года
План мероприятий по реализации Стратегии развития системы государственной статистики и Росстата до 2030 года
government.ru Правительство утвердило план мероприятий по реализации Стратегии развития системы государственной статистики и Росстата до 2030… Распоряжение от 30 апреля 2025 года №1083-р До января 2027 г. будет «разработан и внесен в Правительство Российской Федерации проект федерального закона, предусматривающий использование административных данных в качестве источника сведений о населении при проведении федерального статистического наблюдения населения».
До декабря 2027 г. будут проведены пилотные федеральные статистические наблюдения населения в цифровом формате.
До декабря 2028 г. произойдёт «переход на цифровой формат проведения федеральных статистических наблюдений населения, включая формирование системы стимулирования участия населения в цифровых опросах». С декабря 2028 г. «Федеральные статистические наблюдения населения в населенных пунктах с обеспечением широкополосного доступа к информационно- телекоммуникационной сети "Интернет" проводятся преимущественно в цифровом формате».
К 2030 году
– более половины вопросов анкет при обследованиях населения будут предзаполнены с использованием административных данных;
– три четверти домашних хозяйств (Т.Ч.: надо полагать, из выборки) будут «проходить обследование с использованием личных кабинетов на цифровых платформах органов публичной власти»;
– главной функцией привлекаемых интервьюеров станет «не собственно сбор первичных статистических данных, а контроль полноты учета населения и качества обследования».
Также нас ожидает
«… публикация официальной статистической информации на уровне населенных пунктов, в том числе опорных;
расширение состава статистических показателей, собираемых и публикуемых на уровне населенных пунктов».
Стратегия развития системы государственной статистики и Росстата до 2030 года
План мероприятий по реализации Стратегии развития системы государственной статистики и Росстата до 2030 года
- 🤨 4
- ❤ 1
Post #418
532
Всё же про «жилищный вопрос» для разных возрастов: из самых молодых домохозяйств-одиночек (до 25 лет) по данным ВНДН–2024 47% живут в принадлежащем этому домохозяйству жилье; в каждой следующей возрастной группе это доля увеличивается вплоть до 95-96% среди одиночек старше 60 лет. Зеркально с 46 до 2,5–3% падает доля домохозяйств, которые живут в квартирах или домах, принадлежащих другим частным лицам.
К сожалению, в анкете ВНДН нет дальнейших уточнений, платят ли занимающие жильё, принадлежащее другим частным лицам, арендную плату или живут в квартирах и домах, принадлежащем родным. И нет данных о том, как жильё стало собственным.
Реалистичные данные?
К сожалению, в анкете ВНДН нет дальнейших уточнений, платят ли занимающие жильё, принадлежащее другим частным лицам, арендную плату или живут в квартирах и домах, принадлежащем родным. И нет данных о том, как жильё стало собственным.
Реалистичные данные?
- 👍 3
- 🤔 1
Post #417
2.15K
Накануне майских праздников Росстат открыл микроданные ВНДН–2024. Всё еще пытаюсь по росстатовским обследованиям отслеживать собственность домохозяйств, в том числе на занимаемое жильё. Но всё больше кажется мне это дело безнадёжным; точнее, не могу пока понять, как понимать и интерпретировать эти данные.
✔️В сырых данных ВНДН–2024 38,8% домохозяйств из одного человека – по-прежнему меньше, чем в переписи 2020 (2021) – 41,8% (замечу, что нюансы не столько в количестве, сколько в структуре: в сырой выборке доля домохозяйств из одного человека 61+ 59,5%; в взвешенной, то есть скорректированной с учетом ВПН–2020 (2021), – 40,9%).
✔️Но домохозяйства в чём-то живут. Если из обнаруженных в ВПН–2020 (2021) 66 млн. частных домохозяйств исключить почти 2 млн живущих в общежитиях, гостиницах и др. помещениях, то на оставшиеся 64 млн домохозяйств, которые живут в индивидуальных квартирах и домах и коммунальных квартирах, приходится только 59 млн таких жилых помещений. Примерно 13% домохозяйств живёт не изолированно, разделяя жилье (не общежитие!) с ещё одним или больше домохозяйством. Квартир (в том числе коммунальных) и домов, в которых живёт одно домохозяйство из одного человека, – 20,5 млн, 31% от численности всех домохозяйств, что явно меньше 41,8%.
✔️Однако для всех обследований Росстата (и не только) «принятая модель формирования выборки домохозяйств обеспечивает включение в её состав только одного домохозяйства независимо от количества домохозяйств, проживающих в жилом помещении». И не встречала в анкетах обследования уточнения, проживает ли в жилье опрашиваемого домохозяйства еще одно.
___________________________
Ульрих Бек именно домохозяйства одиночек (a single households) приводил как пример зомби-категории (a zombie category) – понятий, которыми мы продолжаем пользоваться, но которые уже не отражают то, что должны бы отражать, понятийные «живые мертвецы» («living dead» categories), не соответствующие современным реалиям.
После попыток пробраться через лабиринт цифр о домохозяйствах впору всё это понятие счесть зомби-категорией. Хотя большинство исследований социально-экономического неравенства оперирует именно домохозяйством как единицей анализа.
✔️В сырых данных ВНДН–2024 38,8% домохозяйств из одного человека – по-прежнему меньше, чем в переписи 2020 (2021) – 41,8% (замечу, что нюансы не столько в количестве, сколько в структуре: в сырой выборке доля домохозяйств из одного человека 61+ 59,5%; в взвешенной, то есть скорректированной с учетом ВПН–2020 (2021), – 40,9%).
✔️Но домохозяйства в чём-то живут. Если из обнаруженных в ВПН–2020 (2021) 66 млн. частных домохозяйств исключить почти 2 млн живущих в общежитиях, гостиницах и др. помещениях, то на оставшиеся 64 млн домохозяйств, которые живут в индивидуальных квартирах и домах и коммунальных квартирах, приходится только 59 млн таких жилых помещений. Примерно 13% домохозяйств живёт не изолированно, разделяя жилье (не общежитие!) с ещё одним или больше домохозяйством. Квартир (в том числе коммунальных) и домов, в которых живёт одно домохозяйство из одного человека, – 20,5 млн, 31% от численности всех домохозяйств, что явно меньше 41,8%.
✔️Однако для всех обследований Росстата (и не только) «принятая модель формирования выборки домохозяйств обеспечивает включение в её состав только одного домохозяйства независимо от количества домохозяйств, проживающих в жилом помещении». И не встречала в анкетах обследования уточнения, проживает ли в жилье опрашиваемого домохозяйства еще одно.
___________________________
Ульрих Бек именно домохозяйства одиночек (a single households) приводил как пример зомби-категории (a zombie category) – понятий, которыми мы продолжаем пользоваться, но которые уже не отражают то, что должны бы отражать, понятийные «живые мертвецы» («living dead» categories), не соответствующие современным реалиям.
После попыток пробраться через лабиринт цифр о домохозяйствах впору всё это понятие счесть зомби-категорией. Хотя большинство исследований социально-экономического неравенства оперирует именно домохозяйством как единицей анализа.
- 👍 7
- ❤ 4
- 🤔 2