Tatyana Cherkashina

«Литературная газета» – одна из четырёх, подписчиков которых изучала Лаборатория социологии печати СО АН СССР в 1965-1969 гг. Руководил исследованиями и лабораторией Владимир Шляпентох. Больше всего в этих исследованиях поражают не столько результаты (их не так много опубликовано), сколько плотность методических экспериментов. Сочетали разные источники данных – почтовые опросы и опросы по месту жительства и работы, сравнивали response rate почтовых опросов с разными анкетами и аудиториями рассылки ; экспериментировали с исключением из анкеты паспортички, чтобы определить, важна ли для респондентов анонимность; пытались узнать ценности подписчиков не «в лоб», а спрашивая о прочитанных книгах и просмотренных фильмах («Скажите нам, что вы читаете и смотрите, и мы скажем, каковы ваши ценности»); строили всесоюзную выборку так, чтобы репрезентировать среднего читателя газеты; оценивали устойчивость распределений ответов, дробя массивы данных... Список можно было бы продолжать.

Возможно, это один из первых (если не первый) всесоюзный опрос общественного мнения, в котором фиксируется отношение к социологии. Правда, специфической части советских людей – подписчиков «Литературной газеты». И, скорее, не непосредственно, а через интерес к статьям по социологии.
 
Март 1968. 2000 интервью с подписчиками ЛГ по месту жительства и 3000 анкет почтового опроса. Предложив список из 13-ти разделов газеты, у читателей спросили, «С какой полнотой Вам удается читать материалы нашей газеты и в какой степени они интересуют и удовлетворяют Вас»? Полностью читали статьи по социологии 42,2% респондентов, еще 25,2% читали полностью отдельные материалы. По общей «читаемости» статьи по социологии были в середине рейтинга, отстав от фельетонов и юмора, статей о международной жизни, «статей о морали», статей о науке, советском или зарубежном искусстве, публикаций прозы. Из респондентов того исследования были «обычно довольными» статьями по социологии 24,1%, еще 30,5% – «чаще довольны».
 
#листаястарыеанкеты

Это уже данные, дополненные алкомаркетами и аптеками, про которые забыли первоначально (хотя про аптеки есть поправки в комментариях к посту). В этих данных мне интересно не столько соревнование, кто перегнал, а кто скоро догонит Почту России, сколько созвучность мыслям, бродящим в голове по поводу связанности пространства, которая обеспечивается торговыми сетями и e-commerce.
https://t.me/AlekseevDNS/487

Лингвистическая ремарка

Вполне сложилось, что к социологическим данным и информации применяем "сбор", "собрать", "методы сборы" (будто бы данные "выросли" где-то как 🍄, а социолог их собирает). Но читаю тексты В. Шляпентоха, написанные в конце 1960-х - начале 1970-х. И в нескольких местах он пишет про добычу данных:

... позволяет рассматривать добытую информацию как достаточно надежную.
... Нужные сведения социолог может добыть либо беседуя с индивидуумом (интервьюирование), либо предлагая ему вопросы, содержащиеся в анкете (анкетирование).
… Однако следует помнить, что интервью служит для добывания нужной информации.

Причем в этих текстах "добывают" именно опросную информацию, в наблюдении её "собирают". И ведь до data mining было ещё далеко...

А то, что мы сейчас называем "неответами", в его текстах – "уклонение от ответов".

Пока мне известен только один российский опросный источник данных, в котором бы подробно спрашивали больше, чем об одной дополнительной квартире, и больше, чем об одном дополнительном доме (дополнительных к занимаемому жилью) – Всероссийское обследование домохозяйств по потребительским финансам. В нём до 2020 даже о жилой недвижимости за границей спрашивали.
Для унификации расчетов за разные годы на диаграмме только дополнительные квартиры и/или дома, находящиеся на территории РФ.

✔️Четверть российских домохозяйств имеет дополнительное жильё (точнее, кто-либо из членов домохозяйства), как правило, одно; две и более дополнительных квартиры и/или дома есть у 4,2% домохозяйств.
✔️Но в Москве домохозяйств с дополнительным жильём – почти половина; у 13,4% оно даже не одно.
✔️Столица – единственный тип территории, где за почти десять лет стало больше домохозяйств, владеющих дополнительным жильём.

Мы всё-таки решились провести IV Новосибирские чтения. Ещё полгода до них, многое может измениться, но пока надеемся, что всё получится.

Продолжая уже ставшие традиционными Чтения памяти академика Т.И. Заславской, Институт экономики и организации промышленного производства СО РАН и Новосибирский национальный исследовательский государственный университет 17–19 октября 2024 года проводят IV Новосибирские научные чтения по теме «Время перемен: индивидуальный и групповой выбор в ответ на новые вызовы».

Приветствуются выступления об исследованиях:
✔️на стыке социологии и экономики, демонстрирующие комплексное, системное изучение социальных явлений и проблем;
✔️сочетающих социологические, статистические и математические методы;
✔️отражающих погруженность в фактические социально-экономические практики в разных регионах страны, непосредственное знакомство с эмпирическим объектом исследований в социологических экспедициях и обследованиях.

Примерные тематические направления:
✔️Социально-экономические отношения и неравенства в современной России
✔️Субъекты территориальных отношений: интересы, поведение, взаимодействие
✔️Городские пространства и сообщества: трансформация, развитие, конфликты
✔️Динамика рынка труда и занятости в условиях цифровизации и трансформации экономики
✔️Пространственная мобильность и связанность: какие потоки делают пространство единым?
и др.

Основные даты:
Март-апрель 2024 г. – Анонс IV Новосибирских научных чтений памяти академика Т.И. Заславской
1 июня – 30 августа 2024 г. – Приём заявок на участие в конференции и тезисов докладов.
2–8 сентября 2024 г. – Отбор докладов для включения в программу конференции. Информирование о результатах отбора.
16 сентября 2024 г. – Публикация предварительной программы конференции.
17–19 октября 2024 г. – Конференция.

Из не типичного для сегодняшнего дня: издания сборника материалов конференции, индексируемого в РИНЦ, не планируется, мы за то, чтобы обсуждать и разговаривать.
Более детальная информация о тематических направлениях, текст информационного письма и архив трёх предыдущих Чтений – на сайте отделения социологии ЭФ НГУ или на сайте ИЭОПП СО РАН.

Читаю стопятьсотое обсуждение про веру в «заклинание репрезентативности», а тут под рукой ретро-тексты, написанные на заре советской, конкретной и эмпирической, социологии:

Как обычно поступают исследователи в случае недобора возвратившихся опросных листов? Смотрят, насколько репрезентативен ансамбль реально опрошенных относительно всего обследуемого массива. Если окажется, что для представительности «не хватает» рабочих или, скажем, женщин (смотря по каким параметрам организуется выборка), «добирают» тех или других до полной квоты. Все это общеизвестно.
В результате получается правильная картина в смысле представительства по полу, возрасту и другим социально-демографическим признакам, но только не по такой «мало значащей» характеристике, как желание вообще отвечать. И здесь открывается такая «брешь», такая возможность для утраты репрезентативности суждений, которая может свести на нет все усилия по расчетам выборки, поддержанию строгости процедуры и т.п. …
Получается, что мы обследуем не население, а лишь ту его часть, которая так или иначе ориентирована на опросы. В этом еще не было бы беды, если бы мы именно эту, не совпадающую с целым, часть полагали объектом исследования. Но ведь мы претендуем судить о населении в целом. … Иначе говоря, данные о специфической части (пусть даже полученные по всем правилам) распространяем на целое. А этого как раз и не имеем права делать, без дополнительных, контрольных процедур.

Алексеев А.Н. Ориентация анкетируемых на опросы и проблема репрезентативности / Ценностные ориентации личности и массовая коммуникация. Кяярику – 1967. Материалы встречи социологов II. Тарту: Тартуский государственный университет, 1968. С. 196–209.

Хотя в тексте речь про газетные опросы, непосредственно в цитате даже ничего менять не надо, чтобы соответствовало технологическим реалиям сегодняшнего дня. Если нужен пример стабильности, то вот он.

«Эта музыка будет вечной». Несите батарейки…
#этамузыкабудетвечной

Иду по библиографическому следу в поисках первых публикаций сотрудников отдела о качестве социологических данных. Один из следов привёл к «Материалам встреч социологов» в Кяэрику, спортивной базе Тартуского университета, в третьей из которых участвовали новосибирцы. Просто «встреч», без определения их статуса, даже не семинаров. Опубликованные материалы тоже не совсем «сборники тезисов»: кроме текстов выступлений включают и дискуссию вокруг них.

«Оргкомитет гарантирует опубликование Ваших сообщений, если Вы не будете целиком полагаться на труд стенографисток, и если будет одна мысль на 1000 печатных знаков», ‒

предупреждал оргкомитет участников встречи в «приглашении». Как и предупреждал о мочалке, буфете и температуре в бане.

Как оказалось, в «Телескопе» опубликованы воспоминания о встречах одного из их участников – Леонида Столовича, профессора Тартуского университета. Вот где детали про «карнавализацию», в которую они вписывались.

«У каждого поколения свой экономический кризис» – как бы говорят нам эти данные.
Но тут же нужно сделать уточнение, что опрос проводился в мае–июле 2022 г.: ожидаемо, что хронологически самое близкое событие будут называть чаще. Если для почти четверти респондентов из самой старшей возрастной группы реформы начала 1990-х оказались значимее, чем пандемия 2020-го, то в остальных возрастных группах пандемия 2020-го «конкурирует» по частоте упоминаний не с другими экономическими кризисами, а с «никакое событие не повлияло на личное материальное положение». Среди самых молодых этот вариант выбрали почти половина, а в целом четверть опрошенных дистанцируется от макрособытий как влияющих на их материальное положение.

Источник данных

Оценивала несколько конкурсных студенческих работ по социологии. И за десять лет подобных оценок впервые такие удручающие впечатления. Конечно, слабые (по моим меркам) работы были всегда. Но также всегда 1-3 работы из моей партии выделялись в очень лучшую сторону. А тут таких проблесков не оказалось вообще… Попыталась упорядочить свои субъективные, ограниченные, смещённые, но критичные и безрадостные впечатления о промахах, ошибках в студенческих работах.

Нет чувства времени. В 2024 г. ссылаться на данные обследования Росстата 2012 г. как характеристику современного состояния (когда после 2012 проведено еще две волны этого обследования, и есть явные изменения), на данные опроса более десятилетней давности, используя глаголы настоящего времени – откуда такая уверенность, что столь давние данные релевантны, чтобы характеризовать происходящее сегодня? Или просто не придают значение тому, когда был сбор данных? В последнем случае как раз даты и не указаны, по ссылкам нашла, что речь про опрос 2013 г.

Магия и заклинания. «Выборка квотировалась по полу, возрасту и территории проживания. Объем выборочной совокупности … Ошибка выборки по одному признаку не превышает 3%»; «Структура и объем выборочной совокупности свидетельствуют о достоверности полученных данных и возможности экстраполяции выводов, полученных по результатам анализа данных по выборке на всю генеральную совокупность»; «Согласно исследованию, анкету прошли 150 респондентов» (уже нужно отдельное исследование, чтобы узнать, что анкету прошли 150 респондентов? зато флёр весомости утверждения); «Факт личного взаимодействия с респондентами дает возможность получить максимально открытые и полные ответы, а значит, полученная информация будет носить истинный характер».

Подмена содержательных задач этапами исследования. Проблема неспособности разложить поиск ответов, движение к цели на «порции знания», приближающие к ней, – вечная. За ней неспособность выделить и разложить ключевые понятия на индикаторы, операционализировать их. На этот раз меня задело распространение «выполнить обзор литературы, провести эмпирическое исследование, проанализировать его результаты»: в доставшейся мне партии работ – только одно исключение.

«Юридические функции» общественного мнения. Как тенденция уже не новость, но до сих пор считала, что толковать закон можно и без опросов общественного мнения, но тут «по данным ВЦИОМ, Федеральный закон Российской Федерации … регулирует … Согласно ВЦИОМ, закон устанавливает требования …».

Очень надеюсь, что другим экспертам достались реально лучшие работы.

📣 Запущен Хаб СМБиз – открытые данные лонгитюдного исследования предпринимателей

ФОМ разработал систему предоставления доступа к первичным данным первого в России лонгитюдного исследования индивидуальных траекторий предпринимателей – Хаб СМБиз.

На сегодняшний день Хаб содержит результаты 11 волн Лонгитюда Малого Бизнеса ФОМ. Эти данные позволяют отслеживать жизненные и бизнес-траектории участников и изучать отложенные эффекты различных событий. 

Материалы Хаба со ссылкой на источник информации могут быть использованы в научной, аналитической и педагогической деятельности для решения широкого спектра задач в области изучения и поддержки малого предпринимательства в России.

🔍 Подробное описание Хаба и порядка получения доступа к нему размещено на
сайте СМБиз, в разделе «Лонгитюд».

🤝 Присоединяйтесь к Хабу СМБиз: работайте, изучайте, дерзайте!

#ЛонгитюдМалогоБизнеса #Хаб


🚀 Социология Малого Бизнеса

Оппоненты полстеров

«Если попытаться как-то упорядочить критику, чаще всего скрытую, ставящую под сомнение необходимость осуществления в больших масштабах работ по изучению общественного мнения, то можно воспользоваться таблицей».

«Если бюрократ-волюнтарист испытывает отвращение «ко всяким там модным выдумкам вроде социологии», так как он явно боится сквозняков, создаваемых изучением общественного мнения, то представители другой группы испытывают недоверие, переходящее часто в открытую враждебность, к социологическим исследованиям вообще, общественного мнения в частности по прямо противоположным мотивам. … они видят угрозу полного исчезновения интимного мира человеческой личности, где она обладает известной свободной, индивидуальностью».

Проблемы социологии печати. Вып. 1. Новосибирск: Наука. Сибирское отделение. 1969.

#ретро

-1 открытых данных???

Пару недель безуспешно пытаюсь попасть в Единый архив экономических и социологических данных ВШЭ http://sophist.hse.ru/. С разных устройств, с домашнего и рабочих компьютеров, через разные браузеры, с vpn и без него - результат один: "Не удается получить доступ к сайту".

Всё? Навсегда или временно? Это было то место, куда ходила за микроданным опросов конца 1980-х - начала 1990-х. Забыть?

До 31 марта можно успеть принять участие в нашем фотоконкурсе

Мы, социологи Новосибирского государственного университета, проводим уже четвёртый конкурс социологической фотографии. Тематический направления (категории) в этом году такие:

📍В движении (фиксируя социальные и культурные изменения)
📍Коды повседневности (социология в деталях)
📍Без людей (материальное как отражение социального)
📍По мотивам теорий (фотоиллюстрации социологических концепций)
📍Семейные сюжеты (социальное в личных отношениях и поколениях)
📍Лабиринты социализации (как учатся жить в обществе)
📍Urban vs rural (сочетание, сопоставление, конфликт городского и сельского)
📍Общество неравных (социальная дифференциация, неравенство в визуальных образах)
📍Свой особый мир (сообщества, идентичности, группы)
📍С «цифрой» по жизни (человек в новой технологической среде)

Если среди этих тем не увидели нужную, всегда есть "Другое".

Для участия нужно заполнить регистрационную форму и прислать фото / серию фото с описанием на почту конкурса. Мы ожидаем, что участниками конкурса будут студенты, но если вы не студент, то тоже можно. Победителей ждут призы (прежде всего книжные), дипломы и множество восхищенных взглядов на их фотографии!

Более детально о текущем конкурсе, а также архив предыдущих - в группе В Контакте.

Ступени дата-грамотности

Тот случай, когда опыт чтения книги получился противоречивым.

Морроу Дж. Как вытащить из данных максимум. Навыки аналитики для неспециалистов; Пер. с англ. М.: Альпина Паблишер, 2022.

Если говорить про обыкновенную грамотность, мы все что-то пишем, но не все из нас писатели. Морроу разлагает дата-грамотность на несколько элементов, следуя примерно такому же принципу: «не всем нужно быть специалистами по данным или статистике, но всем необходима дата-грамотность». Она включает чтение данных, работу с данными, анализ данных и общение на языке данных. И хотя книга небольшая, эту идею можно было бы донести ещё меньшим количеством слов, не ходя по кругу. Но противоречивость прочтения как раз в том, что на каком-то очередном текстовом круге в голове сложилось, в какой логике выстроить вводный курс по аналитике данных в нашей магистратуре, в которую зачастую приходят учиться практически без опыта работы с данными (как сегодня такое возможно?).
Второй полезный результат прочтения этой книги – нашла пару тестов на определение уровня дата-грамотности.

Тест «How Data Literate Are You?» от Data Literacy Project. По ответам на 10 вопросов вы будете определены в одну из четырёх категорий (сразу, онлайн, на сайте):
«избегающие данных»: скептически относитесь к решениям, основанным на данных, поэтому нужно учиться «видеть преимущества использования данных для проверки интуиции и tribal knowledge», на которые «избегатели» обычно полагаются;
«новичок в данных»: вы на начальной стадии грамотности в области данных, осознавая преимущества работы с данными;
«подмастерье данных» (Data Apprentices): стремитесь совершенствовать свои навыки в data science, алгоритмах, статистическом анализе;
«гуру данных»: вполне грамотны в области данных, обладают навыками и опытом в анализе данных. Можете начинать учить других.
Мне показалось, что по этому тесту как-то легко оказаться среди гуру данных...

MyDatabilities – ещё один ресурс с «индивидуальной оценкой грамотности в отношении данных с персонализированными результатами и рекомендациями» от проекта Data To The People. Обещают, что на ответы на вопросы вы потратите не больше десяти минут, но у меня ушло в два раза больше. Дата-грамотность определяется по вашим самооценкам способности действовать с данными под руководством, самостоятельно или учить других работать с данными. Действия с данными включают их поиск, ориентацию в разных источниках данных, оценку качества, хранение, преобразование, анализ данных, понимание и интерпретацию результатов анализа, визуализацию, принятие решений на основе данных, работу с данными, опираясь на стандарты, политики, этические нормы, и др. После ответов на все вопросы просят сообщить почту, куда прислать результаты. И присылают.

3 марта отмечается Международный день писателя. Странно, что такой праздник вообще существует, потому что — если верить самим писателям — профессия обрекает их на бесконечные мучения. Она вызывает боль, стыд, скуку, тошноту и бессонницу. От нее выпадают зубы и волосы. Это пытка и каторга. Вот как они сами об этом рассказывают:

Когда пишу, я чувствую себя безруким безногим человеком с карандашом во рту.
Курт Воннегут

Не знаю, что писать после деепричастия, не подберу никак главного предложения, хоть и литератор.
Антон Чехов

Я начинаю писать и впадаю в то состояние, в котором находилась на протяжении двух месяцев истерии: слабость, бешеная обида на все вокруг, ночи без сна, усталость с самого утра, нервы на пределе.
Сильвия Плат

Написание романа — ужасное занятие, во время которого частенько выпадают волосы и гниют зубы.
Флэннери О’Коннор

Ей-богу, не могу писать, кажется, как будто на каждой руке по четыре пуда тяжести. Право, не подымаются.
Николай Гоголь

Я просто сижу перед печатной машинкой и тихонько матерюсь.
Пелем Гренвилл Вудхаус

Вымарал все и написал крупными буквами: … мать! да на том и покончил.
Иван Тургенев

Пишу о нашей любви. Это сверхъестественно тяжело. Я же просто отдираю корки с сердца и разглядываю его, чтобы записать, как оно мучается.
Андрей Платонов

Каждый день я добросовестно сижу — по восемь часов сижу и все. За это время я пишу от силы три предложения, которые стираю, прежде чем встать из-за стола.
Джозеф Конрад

Летом неохотно работается. Нет ощущения приближающейся смерти.
Эрнест Хемингуэй

Писать не могу — пойду косить.
Лев Толстой

В нужное время попалось на глаза

Совсем по другому поводу продолжаю просматривать и читать давние статьи и книги старших коллег. И невольно ищу (и находятся) переклички с сегодняшним днём.

Региональный социологический мониторинг экономических реформ (руководитель и редактор Бородкин Ф.М.) // Регион: экономика и социология. 1992. Вып. 3. Октябрь–декабрь. С. 14–46.

Во введении Фридрих Маркович с сожалением замечает, что «в коллективе не оказалось специалиста-социолога, профессионально исследующего процессы приватизации» (а в каких коллективах они были в 1992-м?), поэтому эту часть методологии мониторинга экономических реформ взял на себя. И предложил две трактовки приватизации: узкую как формирование частной собственности и слоя собственников, в которой социологические акценты делаются на отношении разных групп к приватизации, о социальных нормах в отношении собственности. И вторую – широкую трактовку: «придание тому или иному процессу, общественному явлению независимости от государства и создание таких условий, в которых определенные процесс и явления окажутся независимыми друг от друга. Например, приватизация личной жизни с этой точки зрения означает создание законодательных и других условий, которые обеспечили бы возможность максимально независимого существования каждого индивида, невмешательство в его частную жизнь со стороны государства, других индивидов».

С тех пор случилась и «узкая», и «широкая» приватизация. Причём обе, на мой взгляд, социологами меньше обсуждались (что для меня одна из самых больших загадок), чем осуждались. И сегодняшние публичные «речевые» события – от «деприватизировать часть квартир» до «ваша жизнь вам не принадлежит» – разыгрываются в соответствии и с узким, и широким пониманием деприватизации.