🤩😊😊😊😊😊😊😊😊😊😊
🤩ᴘᴀʀᴛ ᴛᴡᴏ | #ꜱᴛᴏʀʏʟɪɴᴇ | ᴛᴏᴏ-ᴄʟᴇᴠᴇʀ ꜰᴏx
🤩ᴛʀᴀᴄᴋɪɴɢ ᴅᴏᴡɴ ᴛʜᴇ ʟᴏꜱᴛ ᴛʀᴇᴀꜱᴜʀᴇ

Хоть солнце и стояло в самом зените, от него тут не было абсолютно никакого проку. От тепла, что ласкало моё лицо ранним утром, не осталось и следа. Само солнце превратилось в бледную, размытую тарелку, бесполезно нависающую над мачтами и едва пробивающую лучами плотную хмарь.

Двигаться вглубь Костяной тропы было опасно — вокруг россыпи каменистых островов клубился плотный туман, из-за которого коварные берега внезапно выныривали перед самым носом кораблей. Поэтому «Волк Волн» встал на якорь возле двух гранитных глыб — островов Желка и Вилка. Сглаженные временем и штормами, они напоминали мне пару китовых спин, покрытых потрёпанным лишайником. У их подножия в чёрной воде угадывались остовы разбитых судов, намекая, что моя белоснежная красотка-шхуна также украсит обломками рей и досок монолитные пороги, если я решу испытать судьбу.

— Погост веселее выглядит, если честно, — поёжилась Эрисс, бросая тревожный взгляд на шепчущихся матросов.

Кладбищенская тишина, в которой отчётливо слышался скрип снастей, и облизывающий корпус корабля туман делали своё дело, нагнетая зловещую атмосферу и припугивая мою уже не очень бравую команду.

— Не отвлекайся, — шикнул я. Взгляд прикипел к одному из островов. Воображение играло со мной злую шутку, заставляя туман неестественно покачиваться над гранитной «спиной».

Эрисс тяжело вздохнула и продолжила затягивать гайки на воротниках водолазов. Её обычно бледное лицо стало абсолютно пепельным, от напряжения побелели и пальцы, сжимающие гаечный ключ. Земенские ловцы жемчуга, клюнувшие на обещанные мной золотые горы, с самым обречённым видом позволяли замуровывать себя в громоздкие каучуковые костюмы.

Когда первый шлем был зафиксирован, над палубой прокатился натужный скрип от работы ручных помп. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Поршни вгоняли воздух в длинные резиновые шланги, змеящиеся по всей палубе. От этого монотонного звука зависела жизнь людей, которых мы опускали под воду.

— Что-то я… волнуюсь… — Эрисс закончила снаряжать земенцев и повторила мою позу, опёршись рядом локтями о поручни. От качки наши плечи едва ощутимо соприкоснулись, передавая мне дрожь прочницы.

— Дыши, Золотце, — я не мог посмотреть на неё: боялся, что она заметит моё волнение, которое только усилит её мандраж. — Если ты упадёшь в обморок от нервов, мне придётся ловить тебя, — первый водолаз неуклюже перевалился через борт и исчез в тёмной воде. — А ты вся измазюканная. Испачкаешь ещё мне рубашку, настроение испортишь…

— Там чудовищное давление, — продолжала она, не сводя расширенных глаз со шланга, стремительно уходящего в глубину. — Если я ошиблась хоть на миллиметр в расчётах плотности каучука… если я что-то сделала неправильно… их расплющит…

— Ты не ошиблась, — я позволил себе короткий, ободряющий взгляд в её сторону. — Ты только представь… ты создала нечто, что позволяет человеку дышать там, где он дышать не должен. Это уже не просто латать пробоины и чинить пушки, Золотце. Это прорыв! — я легонько качнулся в её сторону, мягко толкая в плечо. — К тому же я вложил в этот каучук целое состояние. Он не имеет права лопнуть.

Уголок губ Эрисс дрогнул в слабой полуулыбке, но напряжение не отпускало. Никого из нас.

Время влачилось черепашьим шагом. Трое земенцев уже скрылись в пучине. Нам оставалось только ждать и считать скрипы помп. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

Особенно сосредоточенно держался Толя, сжимающий сигнальный конец в своих лапищах.

И наконец-то трос дёрнулся.

— Есть! — закричал он и сразу замер. — Святые, я забыл, что значит, если он дёрнулся один раз!

— Погоди, — шикнула Тамара.

Трос дрогнул ещё два раза.

— Сигнал на подъём груза! — рявкнул я. Сердце уже грозилось пробить грудную клетку.

Матросы бросились к лебёдке, и вскоре из воды показалась плетёная металлическая корзина. Когда её вывалили на палубу, вместе с кусками почерневшего дерева из корзины высыпалось фьерданское золото, давным-давно вышедшее из обихода. Матросы зашлись победным воем. Но мой взгляд приковали вовсе не монеты…

        ➖🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟