Глава одиннадцатая. О победе.
I.

Про "победу" на фронте - я, на серьезных щах, слышал всего один раз.

Дело было в августе 2023 года.
Я тогда, как писал ранее, был прикомандирован к Н-ской бригаде морской пехоты, и вот нас буквально только что, вывезли, крайне потрепанных, в "муравейник", в относительный тыл.

В "муравейник" иногда что-то прилетало, но после оставленной позиции это воспринималось как некая досадная погрешность.
Дня через два начали дергать ребят на БЗ

И вот, наступила ночь.
Блиндаж. Темно, хоть глаз выколи.
Мы только что легли спать.

У входа в блиндаж, выделяясь силуэтами на фоне чуть менее густой темноты, сидят двое.
Какой-то дедок, позывной не помню, и молодой боец.

Дед бубнит, а пацан слушает.
Мне стало интересно, о чем они говорят, и я чуть приподнял голову.
Дед вещал, как из телевизора, рассказывая пацану о том, как мы сейчас отобьем "контрнаступ", а потом пойдем прямо на Запорожье, а оттуда на Киев.
Что делов-то осталось - тьфу, да маленько.

И все это он так уверенно, обстоятельно излагал, и вот тогда-то я и услышал суждения о победе.

Но не до конца.
Потому что откуда-то с верхней полки неожиданно раздался просто душераздирающий рык: "блядь, да как ты заебал уже!! Дай поспать! Мы завтра в Работино уходим!"

Что творилось в Работино, я уже, вкратце, отписал. Школа еще была под нами, но уже ходили очень нехорошие слухи, что все, кто там был, в подвале, погребены под завалами, и школу сегодня-завтра хохлы заберут.

В Работино, одна за другой, уходили группы и многие просто исчезали там, как корабли в Бермудском треугольнике. Никто не мог сказать, как, и при каких обстоятельствах они исчезли.

Изредка доходили и страшные, очень, известия.
"Седой в плен попал".
И оттого внутри возникал липкий ледяной холод.
Седой был из Крыма, и судьба его была всем очевидна, но об этом уже вслух не говорили....

... Дед заткнулся и растворился во тьме.

Утром я увидел его в составе той же группы, в которой был и заоравший на него боец.
Они молча, не прощаясь, погрузились в камаз и их увезли.

Навсегда.
Никто их больше не видел, и судьба этой группы так же осталась покрыта мраком.