Нам пишут.

Один из читателей моего Телеграм-канала, дал совет: «Увидел на РИА заметку с прямой линии с президентом. Подумал, что может Вам удастся поднять вопрос о лесных угодьях как на «Рублёвке», так и по всей стране».

Совет разумный. Но дело в том, что на протяжении прошедших лет мы (моя семья) неоднократно обращались к президенту как через «Прямые линии», так и с официальными заявлениями. В наших обращениях говорилось и о том, какое психологическое, административное, судебное давление приходится испытывать нам, увидевшим некоторые «секреты бизнеса на Рублёвке» и не оставляющим больше десятилетия назад отключённый мошенниками от всех коммуникаций свой дом, расположенный в подмосковном коттеджном посёлке «Изумрудный век», и о сомнительных «бизнес-практиках» лиц, захвативших контроль над этим коттеджным посёлком, и о возможном использовании недвижимости этого посёлка в финансовых махинациях, и, разумеется, о «правовой коллизии», которая связана с незаконным выводом земель из Гослесфонда, оставшихся в гражданском обороте даже после решения Верховного суда, признавшего незаконность таких действий. И эта ситуация, помимо посёлка «Изумрудный век», затрагивает многие тысячи гектар по всей стране.

Обо всём этом говорилось, например, в моём обращении на «Прямую линию» 2017 года. В ходе самой программы оно не прозвучало, и никто впоследствии не связался с нами и не попросил рассказать подробнее. Более того, когда я в сентябре того же года упомянул об этом в моём официальном заявлении на имя президента, то его Администрация ответила буквально следующее: ««Прямая линия с Владимиром Путиным» является специальной программой телеканалов «Первый», «Россия 1», «Россия 24», радиостанций «Маяк», «Вести FМ» и «Радио России». Вопросы Вами направлялись в адрес соответственно телеканалов «Первый», «Россия 1», «Россия 24», радиостанций «Маяк», «Вести FМ» и «Радио России» для Главы государства … Ваш вопрос, заданный в рамках «Прямой линии с Владимиром Путиным», не является обращением и не поступал в Администрацию Президента Российской Федерации».

Формально, наверное, так и есть — обращение на «Прямую линию» не является обращением, поданным в соответствии с законом «Об обращениях граждан». Но верен ли такой подход по сути? И многие другие тысячи (если не миллионы) обращений на «Прямые линии» тоже на самом деле «не являются обращениями»?

В 2018 и 2019 годах мы также обращались на «Прямую линию». В них про «коллизию», правда, не упоминалось. Зато там было сказано о том, что человек, являющийся инициатором и ключевым участником того «прессинга», тех действий, которые предпринимают в отношении нас в закрытом от посторонних глаз посёлке в самом центре «Рублёвки», непосредственно связан с поставками спецоборудования для психологического тестирования практически во все силовые структуры, и о том, как это могло повлиять на явное нежелание правоохранительных органов увидеть незаконность созданной нам ситуации. Говорилось в этих обращениях и о том, что, возможно, с этим оборудованием не всё в порядке. Но, по-видимому, этот человек по какой-то причине очень важен для власти.

Ответа на эти обращения почти не было. «Почти» — потому что в прошлом (или позапрошлом) году на указанный в них номер телефона позвонил робот с вопросами: «Вы обращались на «Прямую линию с президентом»? Удалось ли решить проблему? Нет? Очень жаль, спасибо за ответ!».

Что же касается «правовой коллизии», связанной с незаконным выводом земель Гослесфонда, то она, судя по ответам, которые мы получали от госорганов, должна быть «урегулирована» так называемой «лесной амнистией». Только вот получилось, что «амнистия» «снивелировала» не случайные самозахваты лесных земель, а решение Верховного суда. И аргумент «так решил суд», как я уже говорил ранее, больше не является окончательным.

В любом случае, читателю за совет обратиться на «Прямую линию» — спасибо. Может быть, на этот раз получится по-другому?

@TheStandOnRublevka

#изумрудныйвек #коллизия