«Стояние на Рублёвке». Об общении с Российской прокуратурой.

В своём канале я уже рассказывал о труднопредставимой «правовой коллизии», о которой мне довелось узнать из-за «стояния на Рублёвке», выпавшего на долю моей семьи. Если коротко, то «коллизия» заключается в том, что посёлок «Изумрудный век», где находится наш дом, за который мы боремся уже больше десяти лет, построен на землях, незаконно выведенных из лесного фонда нашей страны, и незаконность этого вывода подтверждается решением Верховного суда РФ.

Дело в том, что во второй половине 1990-х годов Правительство РФ приняло целый ряд распоряжений «о переводе лесных земель в нелесные в лесах первой группы», как оказалось — без проведения государственной экологической экспертизы. Это дало повод группе экологов обратиться с иском в Верховный суд, который признал незаконными три таких распоряжения (от 20.12.1997 г. №1793-р, от 30.12.1997 г. №1859-р и от 21.02.1998 г. №266-р). На основании двух из этих распоряжений областные и районные власти изъяли земли под «Изумрудный век» из государственного лесного фонда. Всего же признанные незаконными распоряжения затрагивают 5 тысяч гектаров в 70 регионах страны, так что эта проблема затрагивает не только один коттеджный посёлок.

В 2016 году в силу ряда обстоятельств я был вынужден поставить перед органами государственной власти, в том числе — перед прокуратурой, такой вопрос: «Имеются ли основания для возврата земельных участков, расположенных в границах кадастровых кварталов №50:20:0040615 и №50:20:0040616 [которые занимает «Изумрудный век»] в Государственный лесной фонд и принятия мер в соответствии компетенцией органов прокуратуры?». Может показаться, что, задавая такой вопрос, я действовал против своих же интересов. Но на самом деле это не так.

Одно из обращений с таким вопросом было направлено в Генеральную прокуратуру депутатом Госдумы VI созыва, первым зампредом Комитета по безопасности и противодействию коррупции Вахаевым М.Х. (в VII созыв не вошёл). Генпрокуратура перенаправила моё обращение в Прокуратуру Московской области, поставив исполнение поручения на контроль (ответ от 07.06.2016 г. №73/1-1595-2013 за подписью начальника отдела управления по надзору за исполнением законодательства в сфере экономики Д.Ю.Данилова; прилагается ниже).

Прокуратура Московской области, в свою очередь, сообщила, что не нашла оснований для принятия мер прокурорского реагирования, сославшись на то, что зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке, а срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Какой именно сделки — не уточнялось (ответ от 12.07.2016 г. № 7/3-425-2016/60539 за подписью начальника отдела по надзору за исполнением законов в экологической сфере А.А.Ильина).

Ну и кроме этого, Прокуратура Московской области направила материалы в Комитет лесного хозяйства Московской области для проведения проверки, есть ли наложение участков, которые находятся в границах кадастровых кварталов №50:20:0040615 и №50:20:0040616 на земли лесного фонда, и «принятия мер в соответствии с компетенцией».

Здесь хотелось бы уточнить у представителей юридического сообщества, если этот пост вдруг попадётся им на глаза: справедливо ли относить вопрос о хищении государственного, федерального имущества, земель Гослесфонда, к вопросам, регулируемым частным правом, Гражданским кодексом РФ, и ссылаться при этом на срок давности в 3 (три) года? Или же случай, когда затронуты интересы общества и государства, то это вопрос публичного права, в котором, как говорили юристы, к которым я обращался за советом, срока давности по таким преступлениям нет? Говоря по-простому: так ли это — украл государственные земли, три года подождал, и спроса нет, всё законно?

Продолжение в следующем посте.

@TheStandOnRublevka

#летопись #изумрудныйвек #коллизия