Искусственный Разум в Верховном суде

Вот сообщают, что Верховный суд РФ использовал ИИ при подготовке Пленума. Другие в связи с этим в шутку (ли) предвещают конец правосудия. Но если вспомнить идею, что право в Англии XVII в. понималось как Artificial Reason, то можно попробовать увидеть в нейросетификации правосудия закономерный этап развития права как такового.

Идея искусственного разума принадлежит английскому юристу Эдварду Коку, который под правом понимал строгую систему правовых принципов, отделенную от морали, и которой должны подчиняться даже монархи. Юриспруденция в этом свете является особым навыком, приобретаемым сквозь годы практики, и потому доступным только правоведам. Такой подход критиковал Томас Гоббс, указывая, что право, во первых, может быть доступно natural reason, и следовательно понятно всем, а, во вторых, подобное понимание права приводит к делению суверенитета, поскольку отводит юристам монополию на закон, тем самым отбирая власть законотворчества и толкования у монарха.

Как пишут авторы сборника Oxford Studies in Private Law Theory: Volume II, в современных западных обществах право все таки представляет собой именно форму искусственного разума, делая право техническим и профессиональным дискурсом, уводя его от нужд обычных людей. В итоге искусственный разум права может проявляться в несправедливых решениях. Не удивительно, что подобное пишут именно исследователи частного права — сферы, которая должна облегчать и защищать повседневные нужды обычных людей.

Искусственный разум, освобожденный от разума природного, воплощает себя в искусственном интеллекте и находит применение в правосудии. Очищенный от лишних сентиментальностей он вершит правосудие, определяет практику и верно следует курсу, определенному новым председателем Верховного суда.

Впрочем, это лишь один из способов фреймирования этой новости. Виктор Вахштайн* в книге «Техника» Азбуки понятий пишет, что моральная оценка действия искусственного интеллекта в сфере правосудия — это не самостоятельный феномен, но лишь четвертая операция делегирования искусственному интеллекту операций для осуществления маневра. Но можно усомниться в возможности делегирования искусственному разуму способности морального суждения как такового. Как отмечала Аленка Зупанчич, ИИ не хватает Другого, он заперт в ловушке языка, и до того момента не может обрести субъективность. И если право существует для людей, то его буквальное и окончательное превращение в Artificial Reason не сулит ничего хорошего.

*Минюст РФ считает иноагентом. Возможно решение тоже было принято искусственным разумом?