Принципиальный выбор (1/2)

С выбором модели, в рамках которой правительство финансирует «приоритетный сектор» и нужных ему бюджетниц и пенсионерок, на самом деле долгая история – в общем, то что в экономике происходит сейчас в значительной степени было предопределено действиями правительства технокрад-реформаторов еще треть века назад – когда дружными силами прихватизаторы делили «экономическое наследство СССР» оказалось, что в «производстве потребительских товаров» делить особенно нечего – то, что было в создано в этой сфере в Советском Союзе по настоящему массовый спрос удовлетворить не могло (иначе бы СССР не давился в очередях за дефицитом). Оказалось, что привезти европейское/турецкое/китайское – проще/выгоднее/дешевле.

Могло ли быть все иначе – в принципе да, надо конечно, строить модель, но умозрительно можно предположить, что советская легкая промышленность могла на рубеже 1990х встроиться в мировые цепочки создания добавленной ценности, получить технологии для создания потребительских товаров и «работать на весь мир» - ну, вот как это сделал Китай. Да, у Китая была дешевая рабочая сила – но у России была квалифицированная рабочая сила, Китай в 1990е, это еще, по большому счету Деревня, Россия – это уже безусловно, Город. Хорошая могла быть попытка, но нет. Российским «капиталистам-без-капитализма», как выражался Иван Селеньи, это было неинтересно. Вот «ресурсы», «тяжелая промышленность», «металлические изделия и транспортные средства» - и обсуживающая это все финансовая инфраструктура – да, это понятно, это интересно. А всякие там тряпочно-игрушечно-обувные истории – может быть кому-то и интересно, но далеко не так интересно, как нефтегаз, и тяжелая промка, в которую как раз перед прихватизацией, еще в 1980е закачали колоссальные средства, вырученные от продажи нефтегаза. То есть прихватизаторам, по большому счету, и инвестировать в доставшиеся им добычи и промзоны особенно ничего не надо было. Там был понятный внешний спрос, и живая валюта, и понятный правительственный спрос

А возиться с «производством потребительских товаров», которое а) сложная штука, требующее доступа к технологиям и – б) доступа к рынкам сбыта – и в) это очень конкурентные рынки - ну, такое... Вот как советские телевизоры/бытовая электроника/одежда – могли конкурировать на мировых рынках с мировыми брендами? Никак, они и на внутреннем рынке то конкурировать не могли.
Китайские барахольные вещички – тоже не могли (только если продавались за копейки), но зато вполне могли конкурировать изделия «design in Germany, made in China».
Но хозяева РФ-экономики на это идти не хотели – во первых, потому что строить «потребительское производство» в РФ было просто некогда – в девяностые технокрад-реформаторы пришли к власти пообещав народу ликвидировать дефицит (и это было, кстати, единственное четко артикулированное требование людей), и ждать, пока наладиться производство ширпотреба никто не хотел, а во-вторых – и это не менее важно – строительство всяких «заводов по производству кошачьего корма» воспринималось как «откат назад», а не шаг вперед». Уже в нулевые социологи удивлялись – подмосковный город, с самыми современными производствами бытовой химии, кормов, и т.д., все работают, вылизанные дороги и новые дома – а жители все равно бурчат – «нет, вот было производство, это когда мы стабилизаторы точили, а не это вот все…»

Продолжение следует