Начало здесь.

Дальнейший ход войны известен. В августе, после ввода на Донбасс «ограниченного контингента» российских войск (официально это РФ не признавала), ВСУ потерпели поражение под Иловайском и под Луганском. И Порошенко был вынужден пойти на первые Минские соглашения. А затем, после очередного военного обострения на Донбассе в январе-феврале 2015 года – на вторые Минские соглашения.
 
При этом осенью 2014 года в российских пабликах были опубликованы интересные свидетельства военного РФ, который участвовал в боях на Донбассе. Он сказал, что даже захват Мариуполя, не говоря уже о более глубоком продвижении, был бы сложной задачей для армии РФ, привел бы к большим жертвам и к полной «демаскировки» участия российских войск. На что тогда, очевидно, руководство РФ идти не хотело по описанным выше мотивам.
 
Что касается вторых минских соглашений, то Порошенко пошел на них не по военным причинам (несмотря на поражение ВСУ в битве за Дебальцево и Донецкий аэропорт, фронт тогда не рушился), а по экономическим – страны Запада, которые не хотели дальше обострять отношения с РФ, потребовали от Киева согласится на «Минск-2» в качестве условия продолжения финансовой поддержки.
 
В целом, Минские соглашения были достаточно выгодны для РФ, так как выносили за скобки переговоров обсуждение вопроса Крыма (де-факто, тем самым признавая его российский статус), а также позволяли ей, «сохранив лицо» (через предоставление территориям «ЛДНР» особого статуса в составе Украины), выйти из конфликта на Донбассе, что открывало путь к снятию санкций с России.
 
Однако, по итогу, Минские соглашения в их политической части реализованы не были. Что также является одним из обвинений со стороны РФ в адрес Украины: «Киев и не хотел выполнять эти договоренности, усиливая свою армию, чтоб потом напасть на Донбасс».
 
Однако, это не совсем так. Да. Украинские власти не хотели выполнять политическую часть, о чем они примерно с 2017 года начали говорить прямо. Но это не означало, что они готовились силой вернуть контроль над Донбассом. Никаких свидетельств этому нет. Военный сценарий если и рассматривался Киевом, то только при абсолютных гарантиях того, что Россия не вмешается (например, в случае начала каких-то внутренних потрясений в РФ). Но это точно не была ситуация февраля 2022 года, когда у границ Украины стояла 150-тысячная российская армия, а в "ЛДНР" объявили мобилизацию. Кроме того, военный путь решения вопроса неподконтрольных территорий Донбасса по всем опросам в период с 2015-2021 годов поддерживало подавляющее меньшинство украинцев. 
 
По каким причинам Киев не хотел выполнять политическую часть и реинтегрировать Донбасс с особым статусом?
 
Их можно разделить на тактические, обусловленные внутри- и внешнеполитической конъюнктурой, а также экономическими интересами, и стратегические. 
 
Тактические причины заключались в том, что украинские постмайданные власти восприняли неподконтрольную часть Донбасса, как чужеродный элемент, интеграция в Украину которой в «особом статусе» несло огромные риски. При этом сохранение статус-кво сулило, по тогдашней логике Киева, большие выгоды. Во-первых, постоянное поддержание военного напряжения на Донбассе позволяло привлекать к этой проблеме внимание Запада и создавало препятствие для процесса нормализации его отношений с РФ, а также давало аргументы продолжения финансовой поддержки Запада через МВФ и другие структуры. Во-вторых, ситуация «войны как бы нет, но война как бы есть», установившаяся на Донбассе с 2015 по 2021 год, позволяла украинским властям извлекать как политические (поддержание в обществе темы «мы находимся в состоянии войны, у нас есть внешний враг, все кто «шатает» ситуацию внутри страны его пособники»), так и экономические (освоение военных бюджетов) дивиденды. При том, что крупномасштабных боевых действий с большими жертвами и с угрозой новых потерь территорий, не было. 
 
Но главная причина, по которой украинские власти как при Порошенко, так и при Зеленском не хотели идти на выполнение политической части Минска заключалась в другом.

Продолжение здесь.