Вотъ и прошла мятѣжныя пора лѣтнѣй жаръ, не мѣдлѣннѣя остальныхъ, тѣмъ и не прiмѣчатѣльнѣя. Отдыхъ и вправду оказалъ расслабляющея дѣйствiя, но, конѣчно, не лѣчебное. Вылѣчить мою скуку удавалось только мѣстнымъ пунктамъ, въ частности, гдѣ можно было опробовать выпивки. Будучи знатокомъ на языкъ, зыявляю: могло быть лучше. Смѣю подозрѣвать, что въ моей жизнi не сулитъ появиться напитку, что будѣтъ лучше кахетинскаго вина.
Убираю вѣщи, мчу черѣзъ рубѣжи на Родину. Оставаться тутъ мнѣ болѣ нѣзачемъ, мѣсто иссякло прѣжнѣя вѣсѣлье, чаго не компѣнсируетъ дажѣ аго панорама моря и экзотики. За всё врѣмя, что здѣсь было мною провѣдѣно, только опьянѣнiя вносило въ нiхъ нѣчто новое и удивитѣльное. Смотрю трѣзвый – нiчаго прiмѣчатѣльнаго не замѣчаю.

          Не поняли? Смотрите здесь!

Вот и прошла мятежная пора летней жары, не медленнее остальных, тем и не примечательнее. Отдых и вправду оказал расслабляющее действие, но, конечно, не лечебное. Вылечить мою скуку удавалось только местным пунктам, в частности, где можно было опробовать выпивки. Будучи знатоком на язык, заявляю: могло быть лучше. Смею подозревать, что в моей жизни не сулит появиться напитку, что будет лучше кахетинского вина.
Убираю вещи, мчу через рубежи на Родину. Оставаться тут мне боле незачем, место иссякло прежнее веселье, чего не компенсирует даже его панорама моря и экзотики. За всё время, что здесь было мною проведено, только опьянение вносило в них нечто новое и удивительное. Смотрю трезвый – ничего примечательного не замечаю.