Наслышанъ о томъ, что юнкѣръ из моаго попалъ попалъ сюда жѣ, лѣчить нѣрвъ. Возрадуюсь за наго, что жѣ! Ввалился въ мою комнату за трi дня до выезда въ эти дали, зыявилъ о трусости. На дуэль должѣнъ былъ мнѣ подсунуть рѣвольвѣръ бѣзъ заряда. Мнѣ нiчаго не оставалось, кромѣ однаго – простить. Что подѣлаешь съ юношескимъ брѣдомъ? Мой глазъ достаточно набитъ, чтобъ углядѣть такую осѣчку. Не выдѣржавъ, видно, раскрытiя, повалился въ обморокъ. Малѣцъ, до чаго смѣшонъ! Видно, услышана была моя скука, – и сразу послѣ испѣчёнъ онъ. Прiшлось возвращать въ сознанiя крайнiмъ путѣмъ, вѣдь провалялся он такъ дольше дамочекъ. Но, быть честнымъ, губъ аго слаще бабскихъ и подавно. Дажѣ жалко дуэлянтствовать, потѣряю такое наслаждѣнiя. Можѣтъ быть, я и не откажусь от повтора.
Не поняли? Смотрите здесь!
Не обратил прежде внимания на занимательные здешние пейзажи. Напоминает прежние панорамы во флигелях. Почти готов сказать о том, что удовлетворён.
Наслышан о том, что юнкер из моего попал попал сюда же, лечить нервы. Возрадуюсь за него, что же! Ввалился в мою комнату за три дня до выезда в эти дали, заявил о трусости. На дуэль должен был мне подсунуть револьвер без заряда. Мне ничего не оставалось, кроме одного – простить. Что поделаешь с юношеским бредом? Мой глаз достаточно набит, чтобы углядеть такую осечку. Не выдержав, видно, раскрытия, повалился в обморок. Малец, до чего смешон! Видно, услышана была моя скука, – и сразу после испечён он. Пришлось возвращать в сознание крайним путём, ведь провалялся он так дольше дамочек. Но, быть честным, губы его слаще бабских и подавно. Даже жалко дуэлянтствовать, потеряю такое наслаждение. Может быть, я и не откажусь от повтора.