​​«Изуродованная» победа?

Тезис, будто Италия формально выиграла в Первой мировой войне, но «как-то не так», «не до конца» и по «ненастоящему», пожалуй, является трюизмом. Примерно таким же, будто Версальский мир якобы стал катастрофой для Германии и предопределил приход нацистов к власти.

Про то, что с Версалем всё не так просто, я уже писал (ничего хорошего как для страны, проигравшей мировую войну, но не катастрофа). А что же с Италией?

Италия вступила в Первую мировую в соответствии с условиями Лондонского договора, заключённого в апреле 1915 г. В обмен на помощь Антанта обещала итальянцам Южный Тироль, Австрийское Приморье и Северную Далмацию. После конца войны Тироль и Приморье отошли к ней без вопросов, а вот с Далмацией произошла оказия. Если присоединение первых двух регионов ещё можно было счесть ирредентой – там действительно жило значительное число итальянцев, хотя одновременно бок о бок с ними жили и немцы (в Тироле), и славяне (словенцы и хорваты в Приморье), то претензии на Далмацию были уже чистой «имперщиной». Итальянцев здесь было мало, большинство составляли хорваты, и все претензии сводились к тому, что «когда-то эти земли принадлежали Венеции».

На Парижской мирной конференции американский президент-идеалист Вудро Вильсон выворачивал руки своим союзникам, чтобы те забыли о прежних «империалистических» договорах и определяли границы исходя из «права народов на самоопределение». В итоге Италия получила те территории, где жили итальянцы (и даже те, где они не жили, если вспомнить про тирольских немцев, а также приморских словенцев и хорватов). А вот от Далмации удалось откусить лишь населённый итальянцами прибрежный город Зара. Остальное отошло к Югославии.

Ещё одна оказия случилась с Фиуме (Риекой). По Лондонскому договору этот на 60% италоязычный город должен был остаться в составе Австро-Венгрии как её единственный порт (в 1915 г. даже Антанта не верила, что Габсбургская монархия распадётся). В 1918 г., когда империя рухнула, Фиуме оказался «бесхозным», после чего претензии на него выдвинули как Италия, так и Югославия. Великие державы не смогли решить его будущее в Париже, оставив спорный вопрос на усмотрение Рима и Белграда. Но договориться не успели, так как в сентябре 1919 г. Фиуме захватили отряды знаменитого поэта Габриеле Д’Аннунцио. Он хотел явочным порядком присоединить город к Италии. Однако итальянское правительство не оценило такой самодеятельности и начало блокаду Фиуме. Тогда Д’Аннунцио провозгласил независимое «Итальянское регентство Карнаро» с прицелом уже не присоединить Фиуме к Италии, а скорее присоединить Италию к Фиуме. Весь этот карнавал продолжался около года, пока в конце 1920 г. итальянские войска силой не взяли город. По договорённости с югославами Фиуме до 1924 г. был «Вольным городом», а затем разделён между двумя державами.

Каков же итог? После Первой мировой войны Италия полностью достигла ирредентистских идеалов Рисорджименто, окончательно объединив все италоязычные области в своих национальных границах (и даже кое-где выйдя за пределы проживания итальянского этноса). Контроль над Истрией, Зарой и рядом островов автоматически обеспечивал контроль и над Адриатическим морем в целом. Италия стала членом «Большой четвёрки» (наряду с Великобританией, Францией и Японией), имея статус постоянного члена Совета Лиги Наций (этакий аналог Совбеза ООН).

Но итальянским национал-имперцам всё было мало. Начиная с Д’Аннунцио, они носились с идеями об «итальянских Балканах» и «итальянском Средиземноморье» (где итальянцев очевидно никто не ждал). Эти идеи, будто Италию «обидели» и чего-то «недодали», отравили некогда либеральный итальянский национализм и стали одним из компонентов фашистской идеологии.

Муссолини, как известно, попытался реализовать эту имперскую программу через авантюрный союз с Германией. Итог мы знаем. Италия получила гражданскую войну и иностранную оккупацию, лишившись в придачу всех колоний, анклавов в Далмации и всего Приморья, откуда итальянское население было частью выселено, а частью – вырезано (гуглите слово «Фойба»).