Сейчас будет три акта моей любви к нему.
Акт первый – Лужники
Команда Вани невероятно хорошо чувствует артиста. Шоу не перегружено: никаких бесконечных переодеваний и стадионных подтанцовок. Артистки балета – были. Камелот – был. А ощущения поп-фест-ярмарки тщеславия не было.
Все, конечно, выдержано в обещанной рыцарской эстетике. Но сам Ваня будто немного отстроен от декораций: одинокая фигура на «языке» замка – и 70 тысяч (!!!) человек, которые поют с ним в унисон. Каждую песню.
Рыцарство в шоу в итоге раскрывается не через латы, кольчуги и столицу короля Артура. А через одинокого героя, который выходит вперед и ведет за собой людей. Через лирику, обращение к даме, служение чему-то чуть большему, чем ты сам. Внешняя форма не съедает смысл.
Есть классический концертный прием: отвести микрофон и дать залу спеть за артиста. Здесь он почему-то считывается иначе – будто Ваня на несколько секунд уступает зрителю собственную сцену.
Совсем юный исполнитель, а такой зал держит. По-настоящему держит. Даже несмотря на съемку с телефонов 😉
Акт второй – рыцарство, героизм и бесстрашие
Рыцарь же должен быть смелым? Храбрым? Сильным?
Трогательный маленький рыцарь Ваня Дмитриенко храбр прежде всего в своей искренности.
Не боится читать свои стихи десяткам тысяч людей. Говорить о страхах, трудностях, пройденном пути. Не возвышается при этом ни над публикой, ни над оппонентами – существующими или вымышленными. Не боится собственной чувствительности.
И вот еще какой момент я поймала: мальчик Ваня стоит один на этом «языке». Но не перед толпой в 70 тысяч человек – вместе с ней. И куда-то всех ведет.
Одинокий рыцарь чистоты и света.
Я пристально смотрела в зал: бабушки с внуками, подростки, мои ровесники. И, конечно, бесконечное количество влюбленных глаз всех возрастов. Он говорит со всеми о чем-то очень нужном, понятном и простом, но немножко забытом. Без менторства. Просто как чувствует.
Я понимаю, что за этим наверняка стоит и сценический образ, и невероятная работа продюсерской команды. И я сама (прости Господи!) из шоу-бизнеса, немного понимаю, как это устроено.
Но чары от этого почему-то не рассеиваются.
И отдельно скажу (похвастаюсь!), что удалось пообщаться с Ваней лично. Клянусь, он такой же как на сцене. Я даже в растерянности немного. Цинизм внутренний шепчет: образ. А при знакомстве как-будто просто продолжили уже сложившийся диалог. Не было ощущения необходимости преодолеть какую-то первую дистанцию. Поймала себя на мысли: со всеми было бы так легко.
Акт третий – Егор Крид
Обсуждали с детьми нашу дальнейшую культурную программу. Я предложила еще сходить на Егора Крида.
Они отказались. Сказали как отрезали: не крутой, неблагодарный. Рассказали историю про хлеб с солью и аллергию на глютен.
Аллергии Егора я сочувствую. И все же – детей не обманешь. За Камелотом и идеями Круглого стола они пошли не к Криду.
Наверное, потому что для внутренней трансформации из Пусси боя в рыцаря недостаточно построить Камелот в Лужниках. Нужно что-то еще. Что-то обманчиво простое и ускользающее.
А я это все к чему?
Сколько ни беги – все повторится вновь.
Там, где умирает ненависть, рождается любовь!