Все уже видели, как Шаман aka Ярослав Дронов сжег свои кожаные штаны. Еще и в русской печи.

Покринжевали, посмеялись, даже углеродный след посчитали. А у меня невольно родилась аналогия с Иванушкой, который сжег шкурку Царевны-лягушки.

Шкурки в волшебных сказках, как известно, по-пусту не жгут.

По Проппу, подобные действия запускают процесс внутренних трансформаций героев, становятся началом геройского путешествия и испытаний. Результат — завершенная инициация, переход в новый статус. Мудреца, царевича, наконец — взрослого мужчины.

Антрополог Клод Леви-Стросс обнаружил бы в акте сожжения общемировой мифологический мотив «звериной невесты». Наша Царевна-лягушка или тот же Шрек — как раз про этот сюжет. Герой берет в жены существо из иного мира, которое обращается в человека, скинув звериную кожу. Герой пугается (еще бы!), кожу-шкуру сжигает и теряет любимую. Дальше по классике — путешествие и трансформации, в наказание за недоверие и нарушение запретов. Интересно, что шкура в таких мифах символизирует связь с нечеловеческим миром и ее уничтожение нарушает равновесие между мирами. Так нельзя!

По Юнгу же акт такого сжигания совсем беда-беда. Звери в мифах для него были проявлением бессознательного и дикого в человеческой психике.
Поэтому превращение в человека — это не смена одежды, а длительный внутренний процесс. Если уничтожить «животную» часть слишком рано, развитие оказывается насильственно прервано, начинается разложение личности.

Еще одна причина, по которой жечь шкурки нужно осторожно — лягушачья шкура символизирует временную, «иную» природу Василисы. Сжигая ее, Иван принимает только прекрасный человеческий облик, но отвергает путь и тайну, частью которых она является.

В общем, чтобы не вкладывал Ярослав в этот акт сожжения своих кожаных штанов — впереди опасный путь. Главное уследить за сюжетом.

Даже не знаю, серьезно я или нет.

Запрещенный источник