2 марта – 95 лет со дня рождения Михаила Горбачёва.
В память об этой фигуре, масштабно изменившей отечественную и мировую историю, напомним три текста, опубликованных Smart Power Journal в разные годы.
Первый — один из важнейших международных документов эпохи Горбачёва, «Парижская хартия для новой Европы» 1990 года. Как сказал при подписании хартии сам Михаил Сергеевич:
«Мы вступаем в мир иных измерений, где общечеловеческие ценности приобретают одинаковое для всех значение, где свобода и благо человека, самоценность человеческой жизни должны стать и основой всеобщей безопасности и высшим критерием прогресса. Единая, демократическая и процветающая Европа, сообщество и содружество не только наций и государств, но и миллионов ее граждан — мечта великих европейцев. Нашему поколению предстоит начать превращать ее в необратимые реальности грядущего века».
https://smartpowerjournal.ru/parischarter/Второй текст — размышления очевидца и участника событий Перестройки, правозащитника и публициста Виктора Когана-Ясного о том, чем была та эпоха — и к чему от неё перешла современная Россия:
«Казалось необратимо очевидным, что слово – это поступок, что без свободы общество не имеет будущего и что ответственность – это ответственность за собственную человеческую сущность, а не перед прокурором и госбезопасностью»
https://smartpowerjournal.ru/110614/Ещё один, третий, текст — взгляд на эпоху и фигуру Горбачёва от нового поколения — эссе Александра Гнездилова для книги «Горбачев. Урок свободы», вышедшей в 2021-й к 90-летию первого и последнего президента СССР:
https://smartpowerjournal.ru/gorby/«Едва ли не главная заслуга М. Горбачева – гласность. Предвидел ли он ее последствия достаточно полно? Не знаю. Понимал ли, что в приоткрытую дверную щель хлынет поток – не только из современных ему мыслей и идей, но и из всех, накопленных миром за десятилетия «железного занавеса», всех, изгнанных в эмиграцию, всех, списанных в утиль из-за несоответствия постулатам Маркса-Ленина?
Все пропущенное в XX в. гуманитарное знание – литература, история, экономика, живопись, кинематограф, культурология, психология и многое другое – окатило страну живой водой. (...) Сегодня ни мне, ни моим сверстникам, ни тем более следующим поколениям не представить себе мир, где под запретом столько всего, сколько было под запретом до Горбачева.
Примерно половина моей домашней библиотеки была издана тогда, на волне гласности, с середины 1980-х и до середины 1990-х. Миллионы людей открыли целый мир, на который прежде могли разве что смотреть в замочную скважину.
Это был невероятный, хоть и очень краткий расцвет культуры. Время, когда во весь голос смогли заговорить и Лихачев, и Лотман, и Эйдельман, и Аверинцев... В это время распахивался мир, открылись двери, упали стены… Но в это время Россия обретала и саму себя, возвращаясь к своей истории»
