Хитклиф, милый, заждался? Я плутала по болоту: дорога от Скворцов длинна, а в грозу легче легкого сбиться с пути. Почему твои глаза так блуждают, Хитклиф? Вот же я, рукой подать, только отвори чердачное окошко, мой изверг, исчадие ада, любовь моя.
Побежали кататься в траве, как щенята, пугать тетеревов, смеяться над пустышками Линтонами, балагурить на кладбище. Заберемся на верхушку самой высокой ели и спрыгнем оттуда, держась за руки.
Ты можешь меня ударить или даже убить — я всё равно не сведу с тебя глаз, Хитклиф, не отпущу твою расцарапанную до крови руку.
Моя дочь будет смотреть на тебя моими глазами, Хитклиф, она выжжет ненависть, держащую тебя на земле, и тогда мы вновь заключим друг друга в объятья, Хитклиф, и сможем просто любить.
*** бедный мой бражник сосновый несчастный мой Sphinx pinastri тесно твоему вечному возвращению спутник люстры с бумажными крыльями изошедший весь на жужжание несущий весть о свечении без того пронзительном как шпиль готического собора
если бы моя головушка столько раз ударилась о стекло зазвенела бы по мне панихида осколков погас бы свет очей моих
но ты непреклонен как скрипач-вундеркинд в вираже каприччио паганини и только орбиты становятся непредсказуемей
*** так мы узнаём друг друга: я палочкой тук-тук по асфальту а ты идёшь легко, пружинишь, чуть-чуть — и взлетишь
дятел клювом тюк-тюк по сосне она стареет, трухлявится, наращивает сувели смотрит корой сон о летней жаре о снующем поползне, ловящем златоглазок о трескучих дроздах, при взлете оставляющих ветку раскачиваться в пустоте о смоге — снова пожары в далёких лесах
в сон ее вплывают порой облака вместо солнца несут на крыльях вялое время пока их ветер не подгоняет прутиком свиста
я вижу, как ты взлетаешь и мечешься, словно стриж без права осесть на земле, в которую я всё больше врастаю
*** сегодня тени разной плотности я обнаружила на плоскости листок домашнего растения и приближение цветения мерцание пятилитровки моя рука ее касается качание свечение издалека
*** кто-то выучил наизусть весну и повторяет раз в год легато ее облаков ветер подгоняет кораблики а они рвутся вдаль как дети под дребезжание звонка черпают горькую весеннюю воду бумажными носами как будто пьют снежок перед сном прохудившийся ботинок уселся поперек ручья пьет и пьет вперемешку с грязью небесную синь
*** рассеянный как солнечным утром джованни потерявший ухо нашедший веселую банку из-под консервов летит человек на крыльях демисезонной куртки резок лёд на оби но и солнце резко
так что слезится чурбан миндальный вот-вот готовый выпустить что-то из головы засвистать щегленком и кончиком завалявшейся небылицы карту проткнуть где сладкое слово линден
