Пытаясь выловить из снов какую-то закономерность или намёки на так называемую авторскую вселенную, повторяю про себя отрывки, казавшиеся столь многозначительными ночью:

моей подруге становится плохо на паре, и я, как будто заранее зная, что с ней, при поддержке двух одногруппников тащу ее до медпункта, который оказывается дальше, чем мы предполагали. Окрестности вуза, к удивлению всех, простираются аж до самого Метрополиса, что на Войковской, и в какой-то момент мы уже перестаем понимать, где находимся. Меж тем подруге все хуже и хуже, она то плачет, то перестаёт реагировать, кто-то из сопровождающих теряется по дороге, я с грустью думаю о том, что вон тот мальчик-то был ничего, но и он сгинул в текстурах. Передать чувства из сна невозможно, как ни пытайся, можно только представить, как ты открываешь дверку на месте «сердца» — на, мол, смотри, что у меня тут, вот это всё я чувствую, даже если не знаю об этом. Плюс оно всегда безупречно срежиссировано — любой переход сделан фантастически красиво, каждая эмоция — оглушительна. Смирившись кое-как с частью исчезнувшей компании, забыв впопыхах где-то оплаченный кофе, я не оставляю попыток разговаривать с подружкой — той то ли не хочется жить, то ли она испытывает мое терпение, но абсурд только крепчает. В итоге через какие-то летние веранды и игровые автоматы мы почему-то оказываемся на чужой квартире, где наконец-то можно кинуть вещи и передохнуть (напоминаю, мы вышли в медпункт 🫡), я, как всегда во снах, вываливаю содержимое сумки и начинаю в нем рыться, как вдруг слышу поворот ключа в дверном замке. Как и кому сейчас придётся объяснять вторжение, я не знаю, хочется уже просто исчезнуть, сдаться, но оказывается, что это возрастная пара — мужчина и женщина — с некоторыми погрешностями в психике, так что даже не замечают присутствия кого-то лишнего в своей квартире. Мне уже фантастически страшно от идиотизма вокруг, подруге хоть бы хны, она как будто уже смирилась с любой участью. Думая теперь только о том, как глупо было потерять того ангелоподобного одногруппника, который называл меня красивой и готов был на любую помощь, я перестаю пытаться что-то изменить и просыпаюсь.